— Я впервые в жизни сделала то, что хотела сама, — голос Юи стал ещё холоднее. — Не то, что ожидает мать. Не то, что положено наследнице. А то, что хотела я. И не буду за это извиняться. Всё ясно?

— Ваша мать будет недовольна.

— Тогда пусть скажет мне это лично, — Юи выпрямилась, приподняв подбородок. — А не через тебя, Юнеко. Я устала от посредников. И ещё. Передай ей, я ещё буду с ним гулять.

Охранницы открыли рты от изумления. Юнеко же внешне оставалась спокойной, хотя внутри была поражена не меньше! Десять лет она охраняла эту девчушку! Десять лет наблюдала, как та подчиняется, соглашается, молчит! И вот…

— Как прикажете, госпожа. Я передам ваши слова хозяйке. Теперь позвольте отвезти вас домой.

— Я на метро поеду.

— Госпожа…

— Юнеко, я хочу пройтись. — Юи опять взялась за ремешок обеими руками. — Я понимаю, что вы за мной пойдёте. Только не рядом, ладно? Мне нужно немного побыть одной.

Юнеко не сразу ответила.

Юи уже ждала, что та начнёт уговаривать. Или позвонит матери прямо сейчас и протянет ей телефон.

Но телохранительница посторонилась.

— Как прикажете.

И Юи прошла мимо. Первые шаги дались плохо: ноги почему-то были ватными. Но она сделала их. Её первые шаги бесстрашия.

Да, дома всё равно придётся отвечать. От этого никуда не денешься.

Но Иши она напишет.

Как и обещала.

Юнеко проводила её взглядом.

— Юнеко-сан? — негромко спросила одна из охранниц.

— За ней. Держитесь поодаль.

— А хозяйка…

— Я сама позвоню.

Женщины двинулись следом за Юи. Юнеко осталась возле машины и достала телефон.

Столько лет рядом. Сколько раз слышала от Юи тихое «хорошо», видела, как та кивает, даже когда явно не согласна. И вот сейчас всё ещё дрожит, едва удерживает взгляд — а в машину не села. Характер, оказывается, был. Просто раньше никогда его не показывала.

На звонок ответили сразу.

— Говори.

— Молодая госпожа закончила прогулку. Сейчас идёт к метро.

— Почему к метро? Машина сломалась?

— Она отказалась ехать с нами.

На другом конце стало тихо.

— Юи отказалась?

— Да, хозяйка.

— Что ты ей сказала?

Юнеко пересказала разговор. Не стала ни смягчать слова подопечной, ни добавлять от себя. Мать Юи — Масако слушала, не перебивая.

Когда Юнеко закончила, та уточнила:

— И про то, что мне следует говорить с ней самой, тоже она сказала?

— Да.

Масако хмыкнула:

— Надо же.

Юнеко ждала.

А та продолжала:

— Я её с детства заставляю тренироваться, учу принимать решения. Хоть раз настоять на своём, а не смотреть, что скажут остальные. — Масако усмехнулась. — Дождалась. Первым делом решила бросить вызов мне. Собственной матери.

По голосу было не разобрать, сердится она или довольна.

— Думаете, дело в Сато? — спросила Юнеко.

— А ты как считаешь? Утром я видела свою дочь. Теперь слушаю тебя и будто о другой девушке речь.

— Ваши указания?

— Пока не вмешивайтесь. Пусть гуляет. И выясни всё об этом Сато.

— Первые сведения уже есть.

— Я не про возраст и работу отца. Чем занимается, с кем общается. Что у него вообще происходит. Хочу понимать, кого дочь к себе подпустила.

— Сделаю.

— Только не пугайте пацана. Я прошу собрать информацию, а не тащить его ко мне на разговор, ясно?

— Поняла.

Масако уже собиралась закончить, но задержалась.

— И Юнеко. Присмотри за ней. Если она наконец решилась чего-то захотеть сама… не надо сразу вмешиваться в её дела.

Телохранительница чуть помедлила.

— Даже если вам не понравится её выбор?

Пауза.

Масако наконец ответила:

— Да. Даже тогда.

Связь оборвалась.

Юнеко убрала телефон, а мысли возвращались к тому парню. Сато Иши. Обычный школьник из обычной семьи. Или нет?

За годы службы Ватанабэ Юнеко научилась читать людей. И что-то в этом парне было неправильным. Двигался слишком плавно для обычного подростка. Реакция быстрая. И главное — глаза. Она видела такие глаза у ветеранов клановых войн. У тех, кто видел смерть и сам убивал. Но откуда такие глаза у восемнадцатилетнего школьника?

— Интересно, — пробормотала Юнеко. — Что с тобой не так, малец?

В роскошном особняке Мияномэ Масако стояла у рабочего стола своего кабинета, разглядывая фотографию на экране телефона. Иши и Юи в парке развлечений. Держатся за руки, она смеётся.

— Сато Иши, — произнесла глава клана. — Кто же ты такой? И что сделал с моей дочерью? — и холодно улыбнулась. — Впрочем, неважно. Если ты смог пробудить в ней то, что не смогла я — спасибо. Но если сломаешь её…

Экран телефона треснул под пальцами.

— Я лично вырву тебе сердце. И не посмотрю, что ты мужчина.

Открыл дверь — из кухни потянуло имбирём и соевым соусом. Папаня опять что-то готовил. В прихожей стояли туфли Кадзуко-сан, рядом — кроссовки Рэйки. Вернулась.

— Я дома! — Наклонился развязать шнурки, а отец уже выглянул из кухни.

На фартуке у него красовалось: «Горячий мужчина»:

— Ишуня! Ну как? Хорошо погуляли?

— Хорошо, пап.

— А что делали? Куда ходили? Она тебе понравилась?

Я даже второй кед снять не успел.

— Пап, дай разуться.

— Ой, конечно. Мой руки и всех к столу зови. Через пять минут ужинаем! За столом и расскажешь! — он свалил обратно, оставив дверь открытой. Чтоб я не сбежал, наверное.

Я вздохнул. Поднялся к себе, снял толстовку. На столе лежала записка:

«Добро пожаловать домой, БРАТИК. Надеюсь, хорошо провёл время. Рэйка.»

Я взял её.

«БРАТИК» — крупно, с таким нажимом, что бумагу продавила.

Прям «ОЧЕНЬ» рада моему возвращению, вижу.

Интересно, она только ради записки ко мне заходила?

Положил листок обратно, переоделся и пошёл мыть руки.

Когда спустился, Рэйка уже сидела в столовой. Пока одна, папаня с Кадзуко-сан были ещё на кухне. Она листала что-то в телефоне. На мне взгляд задержала, потом снова посмотрела на экран и пробубнила:

— Ну что, как свидание с тихоней?

— Юи её зовут. Нормально сходили.

— Я помню, как её зовут. Куда ходили? В библиотеку?

— В парк развлечений.

Я отодвинул свой стул и сел.

Рэйка погасила телефон и подняла голову:

— Правда? Странно. Помнится, Такеши в машине рассказывал, что она обычно сидит с книжкой и ни с кем не разговаривает. С тобой, значит, на горках каталась.

Я посмотрел на неё.

— Она не такая, какой кажется в школе.

Рэйка взяла вилку, хотя еды на столе пока не было, повертела в пальцах.

— Тебе понравилось? — Спросила вроде небрежно. Только на меня смотрела внимательно, ответа ждала.

— Да. Весело было.

— Надо же. Столько поклонниц, а ты в итоге с какой-то серой мышкой…

— Рэйка, что ты к ней прицепилась?

— Я не цепляюсь, — она положила вилку. — Просто удивлена твоим выбором. После всех этих твоих фанаток.

— При чём здесь фанатки и выбор? Юи пари выиграла, мы договорились погулять. Погуляли. Вот и всё.

— Ах да. Пари. — Рэйка хмыкнула. — Ты же у нас на стриме в подушку с разворота попадаешь, а тут мяч поймать не смог. И как так вышло…

— Ты сейчас серьёзно?

— А что?

— Думаешь, я специально пропустил?

Она пожала плечом.

Я уже открыл рот, но в столовую вошёл отец с огромным блюдом. Утка, вся подрумяненная, пахнет так, что даже спорить расхотелось.

Ну почти.

— Подвиньте стаканы, горячее!

Я убрал свой, Рэйка потянула к себе салфетки. Следом пришла Кадзуко-сан с рисом и салатом.

— Вот и собрались, — обрадовался папаша, пристраивая блюдо посреди стола. — Ишунчик, теперь рассказывай. Как прошло?

— Хорошо, пап. В парке погуляли, покатались на аттракционах, в кафе поели.

— И всё?

— А что ещё?

— Ну как «что»? Кадзуко, ты посмотри. Первое свидание, а из него слова не вытянешь!