То же самое касалось крови талтошей² — представителей расы вейров, способных менять облик. Она обладала невероятными целебными свойствами: всего несколько глотков практически мгновенно восстанавливали силы и здоровье вампира. В свою очередь, вампирская кровь оказывала на талтошей столь же мощное воздействие.

Кальман уверенно шагал по длинным коридорам, минуя многочисленные лаборатории, скрытые за стенами из матового смарт-стекла, способного менять степень прозрачности. При виде приближающегося Кальмана сотрудники либо вполголоса здоровались, либо откровенно разбегались, но он не обращал на них внимания. Его не переставало удивлять, насколько сильно деньги заставляют людей бояться их обладателя. Большинство даже не подозревало, что у них действительно есть причины его опасаться, причём размер его банковского счёта был самой незначительной из них.

Он приложил ладонь к панели, встроенной в стекло. Биометрический сканер мигнул зелёным, и дверь с шипением открылась.

— Балинт, — поприветствовал он вампира, входя в помещение. — Есть новости по поводу того, о чём ты говорил мне на совещании?

Вампир оторвался от микроскопа, в который смотрел до его появления, и поднял голову. Его глаза выглядели слегка затуманенными от усталости, хотя утро ещё только начиналось.

— Босс. Не ожидал увидеть вас сегодня.

— Доброе утро, Кальман, — произнесла Лилла из другого конца лаборатории своим неизменно соблазнительным тоном.

Кальман мельком взглянул на неё.

— Доброе утро.

Затем снова сосредоточился на Балинте.

— Ну?

Он буквально чувствовал, как Лилла обиженно надула губы, но ничем не мог ей помочь. Он никогда не обещал ей ничего сверх той единственной ночи, которую они провели вместе несколько месяцев назад, однако она постоянно добивалась большего. Не будь она настолько компетентным лаборантом, он давно бы её уволил. К тому же Лилла входила в число немногих людей, работавших на него и знавших, кем он был на самом деле. И кем были Балинт и многие другие учёные. Кальман не хотел лишаться этого преимущества. Это было куда удобнее, чем постоянно прибегать к внушению.

Балинт потёр глаза и откинулся на спинку стула.

— Нет, никаких новостей. То, о чём я рассказал вам в прошлую пятницу, — единственное несоответствие, которое я заметил. — Он склонил голову набок, внимательно разглядывая Кальмана. — А что? Что-то случилось?

Кальман вздохнул и пододвинул к себе стул, точно такой же, на каких сидели Балинт и Лилла. Белый, как и всё остальное в этой и других лабораториях. Стены, столешницы, компьютеры, шкафы и даже некоторые приборы.

— Мне сообщили, что на улицах появился новый наркотик. — Он вопросительно приподнял бровь, глядя на Балинта. — Его действие подозрительно напоминает то, над чем мы работали.

Балинт почесал затылок.

— Этого не может быть, мой лорд. Откуда кому-то знать, как его изготовить?

Кальман приспустил солнцезащитные очки, позволяя Балинту увидеть недовольство в его глазах.

— Вот ты мне и скажи, Балинт. Ты руководил проектом.

Другой вампир покачал головой.

— Я лично контролировал закрытие проекта. Сам опечатал документы. Если кто-то сделал копии, это мог быть только кто-то из ваших сотрудников.

Кальман хмыкнул.

— Да, я тоже так подумал.

Зазвонил мобильный телефон, и он достал его из кармана пиджака. Виктор. Ответить придётся, но не сейчас. Отклонив вызов, Кальман впился взглядом в Балинта.

— Проведи расследование. Я хочу знать, произошла ли утечка формулы. И если да, найди виновного. В конце концов, это был твой проект. — Он сделал паузу, чтобы придать следующим словам особый вес. — Ты понимаешь, о чём я говорю?

Сердце Балинта забилось быстрее, но он энергично закивал.

— Разумеется, мой лорд. Я сделаю всё, что в моих силах.

Кальман постучал костяшками пальцев по столешнице рядом с собой и поднялся.

— Хорошо. Не заставляй меня ждать.

— Не заставлю, мой лорд.

Дверь лаборатории едва успела закрыться за его спиной, как снова открылась. Кальман закатил глаза и продолжил идти.

— Кальман? Подожди, — окликнула его Лилла.

Он не стал останавливаться, а лишь ускорил шаг. Ему нужно было позвонить Виктору. На полдень у него был назначен обед с несколькими акционерами — целое испытание из трёх блюд и как минимум двух часов, в течение которых люди будут пытаться казаться умнее, чем они есть на самом деле. Кальман уже раздражался, хотя встреча ещё даже не началась.

— Кальман, да притормози ты! — Каблуки Лиллы цокали по отполированному полу совсем близко за его спиной. — Ну же, что я сделала, чтобы заслужить такое холодное отношение?

Он на мгновение прислушался, убеждаясь, что в коридоре больше никого нет, затем резко развернулся, схватил женщину за горло и прижал к матовой стеклянной стене. От удара её спины стекло задребезжало. Лилла судорожно ахнула, широко раскрыв рот.

Он оскалился ей в лицо.

— Мы не пара, Лилла, — прорычал он. — По-моему, я предельно ясно объяснил, что намерен тебе предложить и, что ещё важнее, чего предлагать не собираюсь. — Его пальцы сильнее впились в её кожу. — Скажи, что ты поняла.

Она вскинула руки и вцепилась в запястье державшей её руки. Дыхание вырывалось из груди частыми, прерывистыми выдохами, а сердце колотилось, словно у перепуганного кролика. Она боялась, и именно этого он добивался. Чего он совершенно не хотел видеть — или чувствовать по запаху, — так это явного возбуждения.

Лилла сглотнула, и он ощутил под ладонью движение её горла. Облизнув губы, она произнесла:

— Тебя ведь вполне устраивало пить мою кровь. И пользоваться моим телом. Что изменилось?

Вот именно поэтому он любой ценой избегал подобных связей. Из его груди вырвалось низкое рычание. Он позволил клыкам полностью удлиниться, а глазам — приобрести характерный блеск жидкого серебра.

Наконец Лилла побледнела. Теперь на её лице не осталось ничего, кроме страха.

— Скажи, что понимаешь, о чём я говорю, Лилла, — повторил он. — А потом оставь меня в покое, иначе в следующий раз я не буду столь деликатен.

Она закивала, насколько позволяла его рука, сжимавшая её горло.

Он отпустил её и опустил взгляд.

— Прикрой шею. Останутся синяки.

После этого он развернулся и направился к выходу из «Хемасин Биофарма». Утро началось отвратительно, а мысль о том, что ему предстояло выдержать ещё одно совещание, прежде чем встретиться со своими людьми, лишь сильнее портила настроение.

Иногда ему хотелось уехать на север, в родовое поместье, и хотя бы на год оградить себя от любого общения. Увы, на нём лежали обязанности, которые никто другой не мог взять на себя. Пустующий трон в зале Совета вампиров был одной из них. Рано или поздно ему придётся появиться и там.

Скоро. Но не сегодня.

Порой его тяготили не только обязанности. Его тяготило одиночество. Быть вампирским лордом означало быть одиноким, сколько бы приближённых его ни окружало. Ведь именно к нему остальные обращались за советом и наставлением. Или же стремились убить его и занять его место. На всей земле не было ни единой души, с которой он мог бы разделить это бремя.

Поистине одинокая жизнь.

Переведено для канала Адские строчки. Больше артов и книг по ссылке.

ГЛАВА 5

— Мой лорд, — раздался голос справа, когда Кальман вышел из ресторана. Его взгляд остановился на вампире в джинсах и чёрной рубашке на пуговицах, с коротко остриженными тёмными волосами. Для этого мужчины повседневная одежда служила такой же бронёй, какой несколько столетий назад были кожа и сталь. В тусклом свете уличного фонаря его глаза казались почти чёрными. Прислонившись к каменной стене, он оценивающе оглядел Кальмана. — Неудачная встреча? Выглядишь хреново.