Очередной амулет, надо полагать. Интересно, кому на этот раз счастье привалит? Или, наоборот, от кого неприятности отгонять собралась?

Вспомнив историю с черепами, невольно покосился на её разложенные под лежанкой сокровища.

Может, она сейчас вообще ловушку для злых духов плетёт. А может, новую причёску придумывает. Пойди разбери!

Шунайя неожиданно подняла голову.

Посмотрела на меня своими цепкими глазами, довольно улыбнулась и продолжила работу.

Ага. Бдит, старая. Учту.

Барк обнаружился в дальнем углу пещеры, возле своих драгоценных запасов.

Там у нашего вождя хранилось множество интересных вещей. Высушенные травы, корешки, порошки, камушки, и прочее имущество, к которому без разрешения лучше было не приближаться.

Особенно детям.

Некоторые из этих трав могли вылечить, другие — отправить к Великому костру Предков куда раньше положенного срока.

Старик сидел перед разложенными свёртками, перебирал какие-то мешочки, нюхал их содержимое и недовольно бурчал себе под нос.

Судя по выражению лица, утро у него началось не слишком удачно.

Интересно, что случилось? Не с той ноги встал?

А вот Кан устроился возле очага, немного в стороне от женщин.

Сидел, скрестив ноги, и сосредоточенно мастерил что-то из куска толстой шкуры, нескольких узких пластинок коры и тонких перевитых волокон. То ли жилы животных, то ли растительные волокна. Издали не разобрать. Он делал на коре небольшие насечки по бокам каменным ножом, протягивал через них шнурки, переплетал, затягивал, примерял получившуюся конструкцию к передней стороне голени, придирчиво осматривал и снова что-то переделывал.

Сначала не понял, чем занят старый охотник. Подошёл ближе, присмотрелся.

О! Да ладно!

Кан мастерил защиту для ног. Самые настоящие поножи! Ну, конечно, пока ещё весьма примитивные, но принцип был правильный. Несколько твёрдых пластинок, закреплённых на прочной основе из шкуры, должны прикрывать голень от ударов и укусов. А шнурками всё это можно притянуть к ноге.

Ишь ты, сообразил!

В в далёком будущем такие защитные приспособления существовали в самых разных вариантах. Для рук делали похожие штуки — наручи.

Вообще, броня дело нужное. Особенно когда приходится драться с существами, которые норовят вцепиться зубами в любую доступную часть тела. Полностью от укуса такая защита, конечно, не спасёт. Но снизить вероятность серьёзного повреждения вполне способна. Да и случайный удар ножом или острым камнем примет на себя. Причём изготовить её можно практически из чего угодно. Из толстой шкуры, коры, деревянных пластинок. Даже кости подойдут, если суметь правильно обработать.

Кан приложил заготовку к ноге, попытался затянуть шнурки, недовольно поморщился и снова снял.

Ага. Не получается пока? Ничего, бывает. Первый блин, как говорится… Хотя блинов у нас тоже пока нет. Эх, пшенички бы сейчас! Или хотя бы ржи, проса… Да хоть какого-нибудь зерна, из которого можно муку намолоть да лепёшек напечь! Вот чего-чего, а хлеба мне здесь ужасно не хватает. Даже простой чёрной горбушке был бы рад. С хрустящей корочкой, ещё тёплой…

Тьфу ты! Сам себя раздразнил! Теперь ещё сильнее есть захотелось.

Присел рядом.

— Кан, что делаешь?

Седоволосый охотник оторвался от работы и взглянул на меня.

— Ногу защищать.

— От зубов?

— От зубов. От удара тоже, — кивнул он.

— Хорошая вещь.

Кан довольно хмыкнул и снова приложил пластинки к голени.

— Тут плохо, — сообщил он, указывая на край конструкции. — Мешает.

— Надо кору короче сделать, — предложил я. — Чтобы нога свободно сгибалось.

Кан посмотрел на свою ногу, согнул её, затем внимательно осмотрел заготовку.

— Да, — согласился он. — Короче.

И тут же потянулся за каменным ножом.

Вот ведь голова у Кана! Судя по тому, как он возился с конструкцией, подобную защиту мастерил впервые. Интересно, сам додумался или идея во сне пришла?

Я невольно прищурился.

А ведь вполне возможно!

Менделееву, вон, тоже, говорят, во сне периодическая таблица химических элементов приснилась. Так почему бы Кану не увидеть во сне какую-нибудь полезную штуковину?

Вспомнился самострел, который старый охотник умудрился смастерить, хотя, по идее, даже представления не должен был иметь о подобных устройствах. Но ведь все эти изобретения, открытия и хитроумные конструкции, пусть поначалу и примитивные, тоже откуда-то брались! Кто-то когда-то впервые додумался до колеса, лука, рычага или ткацкого станка. Причём некоторые изобретения появлялись примерно в одно и то же время в разных частях света, у народов, которые друг о друге даже не подозревали. Совпадение? Или кто-то незаметно подбрасывал людям идеи, пока те мирно посапывали под своими шкурами?

А взять хотя бы железо! Мало ведь просто найти подходящую руду. Надо ещё догадаться, как её выплавить, до какой температуры нагреть, чем и на чём потом раскалённый металл обрабатывать. Кто-то же впервые придумал и кузнечный горн, и наковальню, и молот! А печи? Настоящие, кирпичные, которыми люди пользовались веками, вплоть до моего времени. Это ведь не пять камней друг на друга поставить! Там целая система дымовых каналов, тяга, распределение тепла. Один кирпич не туда уложишь — и вместо тёплой хаты получишь дымовую завесу, хоть топор вешай! И кто-то ведь всё это придумал, да ещё сумел заставить работать.

Может, конечно, до всего доходили собственным умом, методом проб и ошибок. Но после знакомства с Великим Предком я бы уже не стал так уверенно отмахиваться от всяких там вещих снов. Особенно глядя на Кана и его самострел.

— Может, и для рук такую защиту придумаем, — подкинул я Кану ещё одну идейку.

Он заинтересованно посмотрел на мои предплечья.

— Для рук?

— Да. Чтобы зубами не прокусили. И на грудь тоже можно что-нибудь придумать, — добавил я, приложив ладонь к груди. — От когтей защитит. Да и от ударов лишней не будет.

Кан некоторое время обдумывал предложение, затем одобрительно кивнул.

— Надо.

Ну вот. Ещё одно полезное дело наметилось. Глядишь, скоро наши охотники будут ходить, обвешанные защитой с головы до пят.

— Еда готова — сообщила Нэра.

От этих слов пещера мгновенно оживилась.

Тин, который до этого возился с какой-то палочкой возле лежанки, первым оказался у очага. За ним подтянулась Таш. Эйо выбрался из-под шкуры, протирая глаза, а Айла, заметив младшего брата, махнула ему рукой.

Лиор и Майен тоже проснулись.

Майен, услышав про то что его сейчас будут кормить, немедленно направился к очагу, по дороге старательно причёсывая рыжую шевелюру пятернёй.

Вел сидел неподалёку, ещё не вполне проснувшийся, но уже явно заинтересованный содержимым горшков.

Кан отложил свою работу.

Даже Барк прекратил копаться в мешочках и поднялся.

Шунайя же как сидела на лежанке, так и осталась сидеть, продолжая что-то плести. Правда, теперь поглядывала в сторону очага.

Нэра взяла первую миску и зачерпнула из горшка горячую еду, но вдруг замешкалась. Окинула взглядом собравшихся у очага, посмотрела сначала на Барка, затем на Кана и, задержавшись на Шунайе, нерешительно повернулась к нашему вождю.

— Барк, — почтительно обратилась она.

— Что? — буркнул старик, всё ещё недовольный неизвестно чем.

Нэра нерешительно переступила с ноги на ногу.

— Кому еду сначала давать? Кому потом?

Барк нахмурился.

— Что?

— Теперь нас больше, — пояснила она. — Кан с нами. И… она. — Нэра осторожно кивнула в сторону Шунайи.

Старуха подняла голову, перестала шептать и заинтересованно посмотрела на нас.

Вопрос Нэра задала самый что ни на есть естественный, хотя простым он казался только на первый взгляд. Ведь наше семейство пополнилось сразу двумя людьми, с положением которых в племени ещё предстояло разобраться.

С Каном всё было более или менее понятно. Старый охотник, давний друг Барка, опытный воин, да ещё и старший по возрасту почти для всех остальных. А вот с Шунайей дело обстояло куда интереснее. Шаманка, Хранительница Последней Тропы, как назвал её Барк. Женщина явно непростая и, судя по тому, как наш вождь отнёсся к её появлению, весьма почтенная. Он ведь даже собственную лежанку ей уступил! А для нашего старика это поступок, прямо скажем, небывалый.