В институте с первых же дней Егор стал центром внимания девчонок, которые набивались в его подруги. Он смотрел на всех циничным взглядом, отпуская довольно неприличные шуточки на грани, но это им нравилось. Теперь он мало походил на того мальчика в отглаженном костюмчике. Черный лонгслив с каким-нибудь принтом в стиле «стим-панк», джинсы, кроссовки, кожаный браслет, короткая стрижка, презрительная улыбка. На руках и груди появились красивые татухи. Девчонки стреляли в него взглядами в надежде обратить на себя внимание. Более смелые и наглые сами подходили к нему, предлагая «дружбу в постели». Чаще он отказывался, прекрасно понимания, что не стоит давать кому-то повод считать, что он согласен стать «парой». Не было свиданий, подарков, цветов. Были короткие встречи где-нибудь в съемном номере близлежащей гостиницы или в укромном углу института. Если кто-то из девчонок начинал предъявлять ему претензии в том, что он после быстрого перепиха обязан стать ее парнем, Егор просто посылал «подругу» куда подальше.

В конце первого курса он вновь встретился с Оксаной. Они с парнями после занятий решили завалиться в клуб, выпить пива, оттянуться. Было шумно, весело. Егор сидел за барной стойкой, смотрел, как парни трясутся на танцполе. Вдруг почувствовал на своем плече чью-то руку, повернулся, готовый врезать желающему помешать его отдыху.

- Привет, - перед ним стояла Оксана, которая с любопытством рассматривала Егора. – А ты изменился.

- И что?

Он осмотрел ее - короткая юбка на грани приличия, облегающий ее грудь топ, вызывающий макияж. Егор смотрел на девушку, которой когда-то признался в любви, предлагал встречаться, а сейчас в его душе ничего не дрогнуло. Наоборот, рождалось ощущение брезгливости. Он стряхнул ее руку со своего плеча, которую она не торопилась убрать.

- Ну как что? – она нахмурила свои брови.

- Ну и что ты хочешь? – еще немного и он пошлет ее по дальнему адресу.

- Ну…может сходим куда-нибудь? – как-то неуверенно произнесла Оксана.

- Нет, мне это не интересно, - ответил он и отвернулся, поднял со стойки свой бокал с пивом, отпил.

- Егор, ты не узнал меня? – она не отходила, словно на что-то надеялась.

- Почему, узнал, - он пожал плечом. – Со зрением и памятью у меня пока что все отлично.

- Ну почему не хочешь встретиться?

- Не интересно. Ты мне не интересна.

Он поднялся и отошел от стойки. А потом махнул своим парням рукой и вышел из клуба. Он отошел к своей машине, сел за руль, прислушался к своим ощущениям. В груди было холодно и противно. Криво усмехнулся. Его первая мальчишеская любовь была слишком хорошим уроком.

Бабушка все никак не могла успокоиться, что ее внук так сильно изменился, не желает ходить с ней за ручку, смотреть томным взглядом на звезды, читать классическую литературу, а подстриг свои шикарные волосы, носит рваные джинсы. Каждую татуху она воспринимала, как личное оскорбление для себя и пила валокордин. После множественных неудачных попыток вернуть внука в «правильную» жизнь, она закрылась в своей комнате, выходя из нее только для того, чтобы испортить жизнь своему зятю, которого обвиняла в том, что именно он во всем виноват.

Когда Егор перешел на второй курс, родители объявили, что решили развестись. Он не стал выяснять причину такого решения, принял их выбор. Немного подумав, он решил остаться в доме отца, тем более что бабушку попросили вернуться в свою квартиру, так как своими истериками она достала Юрия Леонтьевича до печенок. Мать собрала вещи и уехала куда-то заграницу, отказавшись везти за собой мать, которая, потеряв объект воспитания в лице внука пыталась заняться воспитанием своей никчемной дочери.

Отец по-прежнему занимался своим бизнесом, надеялся, что сын, закончив институт, станет его преемником, дома бывал очень редко. Егор не горел желанием заниматься этим «купи-продайным» бизнесом, но отцу пока открыто не перечил, хорошо понимая, что живет на его деньги. Когда к концу второго курса отец сообщил, что собирается жениться во второй раз, Егор не стал возражать, тем более что Юрий Леонтьевич купил ему квартиру недалеко от института, чтобы сын не мешал его новому счастью.

В свою квартиру Егор никого не водил. Он и сам не знает почему, но это было место его уединения, его убежищем, где он мог быть самим собой, где его никто не начнет учить жизни и предъявлять претензии, не устроит бедлам, не завалит пустыми банками из-под пива и коробками из-под пиццы. Девушки, узнав, что у него есть своя квартира, откровенно напрашивались к нему в гости. Егор на это только усмехался и отвечал, что не любит гостей. С каждым годом он становился все более циничным, не подпуская к себе никого ближе, чем на «просто потрепаться за жизнь». С девчонками все было проще – ночь в съемном номере дешевой гостиницы и все.

Было все ровно в его жизни, пока на четвертом курсе он не встретил Александру.

Глава 2.

Глава 2.

Начался новый учебный год. День выдался дождливым. Казалось, что это солнце никогда не выйдет из-за туч. Егор приехал в институт, поставил машину на стоянке, с трудом найдя свободное место довольно далеко от крыльца, выбрался на улицу, поднял воротник своей кожаной куртки, ругаясь в полголоса, что снова забыл кинуть в машину зонт. Он быстрым шагом направился к входу, обгоняя других студентов. Он уже дошел до крыльца, как увидел, что какой-то парень толкнул девушку, желая убрать ее со своего пути.

- Уйди, убогая, - крикнул парень, оббегая девчонку, которая упала на колени.

Другие студенты обходили ее, словно ничего не произошло, кто-то даже рассмеялся. Егор подошел к девчонке, которая так и сидела, закусив губу.

- Встать можешь? – спросил он, протягивая девчонке руку.

- Не знаю, - всхлипнула она, растирая ушибленное колено. – Ногу больно.

- Давай помогу, - он так и стоял, протянув к ней руку.

Девчонка подняла голову и посмотрела на его раскрытую ладонь. Потом вложила в нее свою руку. Ее ладонь была холодная, маленькая. Егор осторожно потянул девушку на себя. Она уперлась другой рукой о пол, постаралась подняться, охнула от боли. Егор успел заметить, что ее колготы порвались, на правом колене кровь.

- Так, подожди, - проговорил Егор.

Он наклонился, поднял одним рывком девчонку на руки, удивляясь ее легкому весу. Она снова ойкнула от испуга и от боли. Егор поспешил к машине, осторожно посадил девушку на заднее сиденье, потом сел за руль. Быстро на своем смартфоне нашел ближайший травмпункт, завел двигатель. Девчонка забилась в угол сиденья и дрожала то ли от холода, то ли от страха.

- Больно? – спросил Егор, глядя на девушку в зеркало заднего вида, трогая машину с места.

- Да, - она снова закусила губу, чтобы не расплакаться.

Через минут десять Егор остановил машину у крыльца поликлиники, помог девушке выйти из машины, а потом подхватил ее на руки и, несмотря на протесты, понес ее. Он сидел под дверью приемного покоя, пока врач осматривал девушку, и улыбался. Сам не знал почему, но ему хотелось улыбаться. Эту девушку он видел впервые, даже не спросил ее имени, но отчетливо понял - он хочет быть с ней. Что было в ней такого, он и сам бы не ответил. Просто знал – они должны быть вместе. Сердце соглашалось с ним и выбивало новый для него бит.

Через минут двадцать девушка вышла из кабинета, прыгая на одной ноге. Врач держал ее под руку, помогая добраться до сидений.

- Что с ней? – Егор поднялся и перехватил девушку, беря ее на руки.

- Сильный ушиб колена и вывих голеностопа. Мы наложили повязку, надо купить болеутоляющую мазь. Вот рецепт. И желательно несколько дней не вставать на ногу.

- Положите в карман, - сказал Егор, поворачиваясь к врачу боком.

Врач засунул листок в карман куртки и ушел в кабинет, пригласив очередного пациента.

- Отпустите меня, - тихо попросила девушка, сжавшись на руках Егора. – Я сама смогу идти.