- Разве? – он иронично поднял бровь. – Я видел, как ты сама можешь.

- Мне неудобно, - она покраснела и снова закусила губы.

- Ты лучше скажи как тебя зовут и куда тебя отвезти, - Егор улыбнулся.

- Александра. Александра Белкина. Я живу в общаге студгородка.

- Ну вот, - он снова улыбнулся. – А меня зовут Егор. Егор Богданов.

Егор донес Александру до машины, посадил на переднее сиденье.

- Скажи, ты знаешь этого урода, который толкнул тебя? – спросил Егор.

- Нет, не знаю, - она покачала головой. – Спасибо Вам, что помогаете.

- А почему на «Вы»? – он снова поднял бровь, разглядывая лицо девушки.

Приятное лицо в форме «сердечка», аккуратные темные брови, голубые глаза, пухлые щечки, губки какой-то невозможно красивой формы, которые так и тянет поцеловать. Русые волосы заплетены в простую косу. А еще она была такой миниатюрной, словно статуэтка. Еще в приемном покое он успел заценить ее стройные длинные ножки, мечта всех девчонок. Сейчас она сняла порванные колготы, на правом колене тугая повязка. На голеностопе левой тоже повязка. По ногам девушки бежали «холодные» мурашки. На ней была простая одежда, явно из дешевого сегмента, простые ботиночки без каблуков. Тонкая куртка явно была не по погоде. Егору даже стало холодно за нее. Она так мило смущалась, что Егор снова улыбнулся.

- Не знаю, - она пожала плечом, - мы ведь не знакомы.

- Считай, что познакомились. Ну все, поехали.

Он завел двигатель, направляя машину в сторону студгородка через ближайшую аптеку.

- Ты на каком курсе? – спросил Егор.

- На втором.

- Хм, я раньше тебя не видел, - парень нахмурился.

Она не ответила, просто снова пожала плечами.

- Ты откуда? Местная? Где твои родители?

- Нет, я приехала из Каменограда. Родители живут там.

- Понятно, - кивнул Егор.

Каменоград – небольшой городок в трехстах километрах от их города. Больше мучить ее расспросами Егор не стал. Он подъехал к аптеке, вышел, оставив Александру в машине. Девчонка провизор дала ему все необходимые препараты, посоветовала взять бандаж для колена и голеностопа, Егор согласился и взял все. Когда он положил на колени Александре пакет с покупками, она снова покрылась румянцем.

- Ой, спасибо. Я потом верну Вам деньги, - прошептала девушка.

Егор внимательно посмотрел на нее. Денег у нее явно нет, получать подарки она не привыкла.

- Не нужны мне твои деньги. Просто скажи «спасибо» и будет достаточно. И мы договорились на «ты».

Девушка снова покраснела и наклонила голову. Егор чуть не закатил глаза. Впервые он видел девчонку, которая краснела при каждом его слове. Явно с ее тараканами в голове не все в порядке.

Они доехали до студгородка, Егор подкатил к самому крыльцу общежития. Александра попыталась сама выйти из машины, но наступила на ноги и снова ойкнула от боли, привалилась спиной к машине.

- Ну и куда ты торопишься? – Егор покачал головой, потом подхватил девушку на руки. – Говори, куда нести.

Она сжалась в какой-то комочек, даже не закинула руку ему на шею, как бы сделала любая другая на ее месте.

- Не надо, - совсем тихо красная от смущения проговорила девушка. – Я сама.

- Я спрашиваю – куда нести, - довольно резко спросил Егор.

- Третий этаж. Комната триста десятая.

- Так бы сразу.

Он ворчал, но в душе улыбался. Девчонка была легкой, словно ничего не ела с самого детства. В комнате оказалась ее рыжая конопатая соседка, которая уставилась на вошедшего Егора с Александрой на руках.

- Где твоя кровать? – спросил Егор у Александры.

- Отпусти, тут я уже сама, - снова попросила Александра.

Егор осторожно опустил ее на пол, придержал за руку, пока девушка доковыляла до постели, стоящей справа от входа. Он положил рядом с ней рюкзачок, который нес на своем плече.

- Завтра на учебу не ходи. Попроси подругу дать списать конспекты, - сказал он. – Ну все, пока. Я завтра зайду.

Егор вышел из комнаты и улыбнулся. Сердце в груди прыгало, сбиваясь с привычного ритма. Он не понимал, что с ним происходит. Хотелось вернуться, сесть перед этой девчонкой на пол, осторожно поцеловать ее ранку, чтобы та быстрее зажила. А потом бы он повез ее просто покататься.

Найти урода, что толкнул Александру, Егору не удалось. Никто не запомнил его, зато все запомнили, как эту бедную овечку поднял на руки сам Егор Богданов и унес в свою машину. На следующий день к Егору стали подходить девчонки, его бывшие любовницы, вели себя так, словно он должен просить у них всех прощение за что-то. Одна из них – Елена Глебовская, которая была с Егором дольше всех, встретила его у машины и закатила ему истерику.

- Послушай, Лена, - Егор перехватил руку девушки, когда та пыталась ударить его по щеке, - я тебе ничего не обещал, твоим парнем я себя никогда не называл. Так что я последний раз тебе говорю – еще раз устроишь истерику – пеняй на себя. Ты поняла?

- Отпусти, мне больно, - девушка выдернула из его захвата свою руку, потерла запястье. – Егор, как ты мог так. Мы так долго были вместе, ты меня никогда не носил на руках, а какую-то девчонку…

- Лена, заткнись, - прорычал Егор. – И сделай так, чтобы я тебя больше рядом с собой не видел.

Она ушла, а Егор сжал кулаки. Эта Глебовская была самой настырной девицей из всех, что были у него. Поначалу она даже нравилась Егору – красивая, дерзкая, веселая, с ней было не скучно, а секс с ней был улетным. Но даже с ней он не собирался быть «парой», о чем честно предупредил девчонку. Ленка согласилась на простые отношения без каких-либо обоюдных претензий и обещаний. Они встречались почти два месяца пока она не стала требовать от него большего, чем просто такие вот встречи для «перепиха». И ко всему прочему она пустила по институту слух, что они скоро поженятся. Егор просто попрощался с ней, но Ленка еще какое-то время искала с ним встреч. Потом она куда-то пропала, ее подруги позднее рассказали Егору, что Ленка перевелась в другой институт.

Егор пропал. Пропал с головой. Каждое утро он приезжал к студгородку за Александрой, потом они ехали в институт. После занятий забирал ее, и они уезжали кататься. Они просто ездили по городу, заезжали в какие-то кафешки. Александра поначалу боялась всего, боялась говорить с ним, смотреть на Егора, принимать от него подарки. Но Егор был настойчив и терпелив. День за днем приручал девушку к себе, к тому, что теперь они вместе, пытаясь успокоить ее тараканов. Он предлагал Александре перебраться к нему в квартиру, но она категорически отказалась, глядя на него полными искреннего отчаяния и ужаса глазами, словно он предложил ей что-то страшное и невообразимое: «Егор, так нельзя. Мы не можем жить вместе, это грех».

Он был нежен с ней, обнимая девушку, вглядывался в ее голубые глаза, вдыхал ее легкий цветочный запах. Дальше обнимашек и поцелуев он даже не рисковал заходить с ней, даже на поцелуи она долго не соглашалась, хотя Егор видел огонь в ее глазах. Она трепетала в его объятиях, когда он прижимал Александру к своей груди, замирала пойманным зверьком. Но шли дни, и она «оттаивала», все чаще она сама тянулась за поцелуем, приникая к его груди. Он слышал, как колотится ее сердце и улыбался. В институте уже привыкли видеть их вместе и даже перестали шептаться на тему их пары. Девчонки, бывшие любовницы Егора, притихли и прекратили строить козни Александре. После нескольких попыток обидеть девушку Егор очень доходчиво объяснил девицам, что не пожалеет никого, кто посмеет обидеть его Александру.

Новый год они встретили раздельно, Александра уехала к своим родителям. Егор просидел в своей одинокой квартире, ожидая звонка от любимой. Они все дни каникул переписывались, Александра присылала ему фоки, он смотрел на них и улыбался, ожидая встречи. Он сам приехал на вокзал, чтобы встретить Александру с поезда, который прибывал поздно вечером, долго целовались в машине.

- Если бы ты знала, как я скучал, - прошептал куда-то в макушку. – Александра, поехали ко мне.