Мой новый друг и сосед выглядел немного неловко, когда мы остановились в коридоре, чтобы поздороваться с ним. Было странно чувствовать, как они смотрят друг на друга с некоторым вызовом, среди детских рисунков и цветных гирлянд, сделанных детьми.

Мне совсем не понравилось, как рука Ника, лежавшая у меня на плечах, напряглась, и ещё меньше — что взгляд Зака задержался на этом чуть дольше обычного.

Он что, ревнует?

Невозможно. Он никогда не проявлял ко мне интереса, кроме обычной дружбы.

Когда мой новый друг встретился со мной взглядом, я поняла, что дело не в ревности — ему просто не нравилось, что Ник всё время будто «метит территорию».

Я высвободилась из-под руки мужа и обняла Зака так, как делала всегда при встрече.

Когда я его отпустила и снова встала рядом с Ником, я почувствовала, как его злость будто разливается в воздухе вокруг него.

— Как дела, соседи? — спросил он, глядя только на меня. — Вчера я отлично провёл время, нам стоит как-нибудь повторить.

— Согласна, — ответила я с улыбкой.

Ник снова положил руку мне на плечи.

— Кстати, в следующий раз мы могли бы пойти к тебе домой, да? — спросил Ник.

Зак на секунду дольше обычного удержал улыбку.

— Мой дом не такой, как ваш… Он самый большой в районе, да? Очень красивый, кстати, — сказал Зак, теперь уже глядя на Ника.

— Спасибо… Кстати о моём доме, я уже сменил код сигнализации, Ноа, — сказал Ник, и я почувствовала его взгляд на левой стороне лица.

Не было никакого смысла говорить это здесь — он словно намекал, что Заку нельзя доверять.

— Хорошо, что у вас есть сигнализация… Особенно теперь, когда ты оказался втянут в такой скандал, с журналистами, которые вас преследуют и всё такое…

Напоминание о «скандале», о котором говорил Зак, обрушилось на Ника и меня, как ушат холодной воды. Тем утром за нами не было журналистов, и на мгновение мы почти забыли о той проблеме, в которую оказалась втянута наша семья.

— Это издержки того, что тебя два года подряд называют Предпринимателем года… Зависть многих превращается в желание увидеть, как я упаду, неважно, какую чушь для этого придётся выдумать.

— Но у них не получится, — сказал Зак, натянуто улыбнувшись.

Ник тоже улыбнулся.

Это была одна из его фирменных напряжённых улыбок.

— Я не настолько глуп, чтобы заниматься незаконными делами в своей компании. Тот, кто попытался меня оклеветать, очень скоро за это заплатит.

Зак молча кивнул, а затем перевёл улыбку в мою сторону.

— Теперь, когда мы наконец познакомились, надеюсь, ты успокоишься, зная, что Ноа не одна… Я с радостью присмотрю за ней, пока тебя нет.

Наступила тишина, и именно в этот момент появилась директор детского центра.

Было вполне понятно, что трое родителей, занявших весь коридор детского сада и ведущих явно напряжённый разговор по причинам, которые она не могла понять, привлекали внимание.

— Всё в порядке? Проводить вас к выходу? — спросила она, с любопытством нас разглядывая, поскольку занятия уже давно начались.

Я взяла Ника за руку и потянула его, чтобы уйти оттуда. Когда мы оказались снаружи, я не остановилась и быстро спустилась по ступенькам, а Ник шёл следом почти вплотную. Его гнев был настолько ощутим, что я боялась, что он не сможет его контролировать.

— Пока, Зак! — попрощалась я, помахав рукой.

Я сразу направилась к машине.

Ник завёл двигатель и поехал в сторону моей новой работы.

— Этот тип мне не нравится, — сказал он после долгой паузы.

Я закатила глаза.

— Конечно, Ник, — ответила я, не удержав саркастичного тона.

— Ты ему нравишься, — уверенно сказал он, глядя вперёд.

— Он мой друг, и только.

— Он не хочет быть просто твоим другом.

Я посмотрела на него с недоверием.

— Серьёзно, Ник? Он вдовец, он недавно переехал в район, он один растит трёхлетнюю дочь… Ты мог бы быть хоть немного более понимающим.

— Понимающим? — спокойно, но с напряжением ответил он. — Ты его не знаешь, Ноа. Ты всегда хочешь всех спасти, но даже не знаешь, говорит ли он правду.

Я посмотрела на него озадаченно.

— Зачем ему мне врать?

— Я не знаю, но я это выясняю.

Я широко раскрыла глаза, не веря своим ушам.

— Что значит “выясняю”? Чёрт возьми, что это вообще значит?!

Ник ни на секунду не отвёл взгляд от дороги.

— Это значит, что я попросил Стива проверить, правда ли всё, что он говорит. Вот и всё.

— То есть ты отправил людей, чтобы его проверили…

— Называй как хочешь. Если этот тип собирается проводить время с тобой и с моим сыном, я собираюсь убедиться, что ему можно доверять. Я думал, что к этому моменту ты уже поняла: так будет всегда, когда в нашу жизнь будет входить кто-то новый.

Я не могла поверить в то, что слышала. Зак был потрясающим парнем, отцом, который хотел для своей дочери только лучшего. Он был рядом со мной, когда случился весь этот хаос с папарацци, и показал себя хорошим другом.

Да, мы знали друг друга недолго, но я доверяла своей интуиции. Реакция Ника исходила совсем из другого места, как бы он ни пытался это скрыть, и я решила сказать ему об этом прямо.

— Если честно, я думала, мы уже оставили тему ревности позади.

Он издал что-то вроде насмешливого фырканья.

— Я не ревную к этому типу, я просто называю вещи своими именами. Он буквально кричал на весь мир: “Я с радостью присмотрю за ней, пока тебя нет”, — сказал он, пытаясь передразнить тон Зака. — Он сказал это, чтобы меня задеть.

Я посмотрела на него с недоверием.

— Ты правда позволяешь такой ерунде тебя задевать? — спросила я, внимательно наблюдая за ним.

Я скорее видела в нём не злость, а боль, и это привлекло моё внимание.

— Твоя безопасность — это не ерунда для меня… Это моя ответственность, а не какого-то соседа. Я твой муж и отец Энди, чёрт возьми.

Как будто мне нужно было это напоминать. Я глубоко вдохнула и попыталась унять раздражение. У него и так было достаточно всего, чтобы ещё и спорить со мной.

Я протянула руку и коснулась его щеки, и хотя он на мгновение отвернул лицо, отстраняясь от моего жеста, это длилось недолго. Когда я продолжила и мои пальцы скользнули к его затылку, он позволил мне это и, казалось, немного успокоился.

— Я умею позаботиться о себе, Ник, это во-первых. Но если по какой-то причине я не справлюсь, я знаю, что у тебя уже есть пять планов на этот случай. Мы с Энди в безопасности. Не переживай за нас.

Он покачал головой, не отрывая взгляда от дороги.

— Легко говорить это, когда не ты устроила весь этот бардак с прессой.

— Журналисты просто заскучают, когда у них не останется повода для разговоров. Мы не будем давать им поводов, и уже завтра или послезавтра они переключатся на что-то другое.

Ник, казалось, не был до конца убеждён, но в итоге мы добрались до моего нового офиса. Он находился в высоком здании в финансовом районе Лос-Анджелеса, где небольшое издательство решило открыть своё дело, пойдя наперекор давней традиции крупных издательств размещать штаб-квартиры в Нью-Йорке.

Я не хотела начинать в одном из тех гигантских издательств; мне больше нравилось начинать с нуля, учиться книжному делу, зная в лицо своего начальника, а не быть просто очередным номером внутри корпорации.

Ник остановил машину и, наконец, словно был готов посмотреть мне в глаза.

— Стив сказал мне, что у него есть человек с профессиональной подготовкой, который сможет тебе помочь, если понадобится. Я уже отправил тебе его номер, его зовут Дерек Стоун. Любой инцидент, любой подозрительный повод — звони ему, и он тебя куда угодно сопроводит. Или даже может оставаться у дома, следить, чтобы…

— А Чарли? — перебила я, имея в виду того, к кому Ник до этого обращался за защитой.

— Дерек лучше подготовлен, и при всём этом хаосе я предпочитаю, чтобы рядом с тобой был человек из команды Стива.

— Ник, я буду в порядке, ладно? — оборвала я его. — Но я позвоню ему, если станет действительно плохо, не переживай.