В этот момент идеальная форма его пухлых губ привлекла всё моё внимание.

— Скажу тебе кое-что, Джун, — сказал Джеймс, едва коснувшись моей щеки кончиком мягких губ, чтобы прошептать мне на ухо. — Нет ничего лучше, чем мы вместе.

48

Марвин

С арендованной машиной в аэропорту мы поехали прямо в горы Маунт-Вашингтон. После нескольких часов пути пейзаж вокруг начал разрежаться. Наконец я увидел заснеженные вершины и типичные домики того края, которые раньше видел только в интернете или рождественских фильмах.

— Не стоит ли нам установить какие-нибудь правила? — спросил Джекс, совершенно не обращая внимания на красоту заснеженных гор.

— Для чего? — спросил я, не понимая.

— С нами Джаспер, это ребёнок, — пробубнил Джексон, указывая в зеркало заднего вида на мальчонку, сидевшего рядом со мной.

— И что, чёрт возьми, это значит? — рассердился я, сидя на переднем пассажирском сиденье.

— Например, ругательство, которое ты только что сказал, — отчитал его блондин.

— Он живёт с Джеймсом, думаешь, он никогда не слышал плохих слов? — усмехнулся Уилл.

— Пошёл ты, Уилл, — ответил я.

— Никакого алкоголя, пока он не ляжет спать, — объявил Джексон.

— Что? Ты шутишь, да? Я что, не могу выпить пива днём? — вскочил я, ухватившись за спинку переднего сиденья, где сидел Джексон. Затем обратился к непосредственному участнику событий, который, похоже, находил все наши заботы забавными:

— Без обид, Джаспер, но Джексон слишком серьёзно воспринял роль папы в этой поездке.

— Кстати… почему Блейз не поехал? — спросил Уилл, вызвав громкое фырканье Джексона.

— Его отец не дал разрешение.

— Почему?

— Не знаю.

— Он знает про вас двоих? — спросил Уилл.

— Нет.

— А может, и да? — вмешался Джеймс.

— Что ты хочешь сказать? — Джексон тут же занял оборонительную позицию. Его губы с дырочками выпрямились в твёрдую линию. — Чёрт возьми, что ты ему сказал?

На вопрос блондина Джеймс пожал плечами.

— Директор видел твою футбольную куртку в саду, ты оставил её у Блейза.

— Откуда ты знаешь?

— Я заходил спасти вам задницы в тот вечер, и он всё понял.

— Чёрт, вот почему он больше не выпускает его из дома? — вдруг осознал Джексон. — Почему он мне не сказал?

— Может, он ещё не готов говорить с ним о вас двоих, — предположил Уилл.

Рядом со мной я почувствовал лёгкое движение. Джаспер выглядел довольным.

— Ты рад, а? — спросил я. Он просто кивнул. — Слухи тебе нравятся, да? Тогда ты в нужном месте.

Я тихо рассмеялся, глянув в окно, и ослеплённый белым светом заснеженного пейзажа отвёл взгляд.

Немного позже Джексон припарковал машину перед шале, укрытым свежим слоем снега. Когда мы вышли, Джеймс сразу засунул сигарету в рот, а Джаспер ловко выхватил её за долю секунды.

— Начинаем хорошо, — пробурчал Джеймс, нехотя.

Зайдя в дом, мы сразу поняли, что мама Джеймса не в шале. Зато к вечеру к нам присоединились Итан и Том Остин.

— Что вы тут делаете?

— Мы пришли навестить маму. И покататься на лыжах.

Они не были одни — с ними были двое ребят, которые совсем не выглядели дружелюбными, как и сами Итан с Томом, кстати.

— Олла.

— Они не испанцы, Уилл, — заметил я.

— Пойдём кататься на коньках? Понимаете английский?

Два неприятных типа что-то пробормотали на чужом языке, но мы быстро о них забыли: наконец к нам присоединились Тейлор, Тифф, Поппи, Брайан и Ари. Как только они пришли, девушки даже не стали распаковывать чемоданы. Их единственная цель на вечер — пойти кататься на коньках.

— Если есть что-то, что я ненавижу после учёбы, так это катание на коньках, — заявил я, стараясь смотреть на Тиффани, чтобы большие глаза Поппи не заставили меня передумать.

— Да ладно, порадуй двух девчонок! — умоляла она, указывая и на Поппи.

— Нет. Почему бы вам не спросить Джексона?

— Джексон проведёт весь день, приводя в порядок свои драгоценные вещи. Давай, солнце вот-вот сядет!

Я не стал упоминать Джеймса: он уединился с сигаретой в руках, глаза постоянно приклеены к телефону.

Уилл же намеренно игнорировался мной — я хотел, чтобы Поппи и остальные вернулись домой целыми и невредимыми.

В конце концов я вздохнул и повернулся к своей новой тени.

— Джаспер, не смотри на меня так, я хочу увидеть тебя.

— Он пойдёт, ты единственный, кто портит настроение, — объявила Тейлор, хлопнув густыми ресницами в мою сторону. Я удивился, когда она успела накраситься и переодеться в облегающий лыжный костюм.

— Заговорил Гринч, тот, что правильно развешивает все рождественские украшения, притворяясь, что любит праздник, а потом идёт к детям и говорит им, что Санта-Клауса нет! — засмеялся блондин, а потом взял Джеймса под руку.

— Джаспер, слышишь эти стоны? Что это? Медведи? Сурки?

— Какая же ты надоедливый. Я не иду. Идите сами, — буркнул я, твёрдо настроенный.

— Пойдём брать коньки напрокат, Джаспер. Кто знает, может, сегодня Поппи найдёт симпатичного парня, а заодно и отличного фигуриста.

Джаспер рассмеялся от этих шуток в мой адрес.

— Так просто меня не убедишь.

Я был твёрд в своих словах, но когда Поппи вернулась в гостиную с двумя косичками, выглядывающими из белой шапочки, с носиком, усыпанным веснушками, и с прекрасной улыбкой… я забыл даже, где нахожусь.

Девушки и Джаспер завернулись с ног до головы в слои шарфов, перчаток и курток, а я сел на диван, наслаждаясь теплом, исходящим от камина.

— Я слишком много говорю, может, мы с тобой подружимся, — сказала Поппи Джасперу, когда они уже были у двери.

Чёрт возьми, что я тут вообще делаю?

— Поппи, подождите меня! — крикнул я.

Да чтоб меня прокляло.

***

Я всегда ненавидел кататься на льду, потому что так и не мог найти равновесие.

— Я тебя держу, — успокоила меня Поппи, пытаясь ухватить, пока я снова скользил от неё.

Какая фигура.

— Я справлюсь сам, — сказал я, поднимая руку, но потерял уже и без того шаткую устойчивость на этих проклятых коньках и чуть не упал.

— Держись за меня, доверься, я тебя не уроню.

Она легко прокрутила меня вокруг себя, а я снова отдалился от Поппи. Чуть не врезался в Тифф, которая была такой же неуклюжей, как и я.

Джаспер, Тейлор и Поппи, казалось, рождены для льда, а я с Тифф были самыми неловкими. В отличие от меня, она могла сделать два шага, не падая, и позволяла себя поддерживать. Я же был просто позором.

— Марвин, отойди, ты ещё раз дашь мне в лоб! — крикнула брюнетка, отталкивая меня.

Я отскочил на противоположную сторону и врезался в Поппи.

— Прости, — пробормотал я, когда наткнулся на неё. Она схватила меня за предплечья, и я наконец обрёл устойчивость.

— Ничего, в начале я тоже была такой, как ты. А потом… ты милый.

Я опустил взгляд на ледяную поверхность.

— Хотя… я даже не знаю, когда это случилось.

— Что именно? — спросила она с любопытством.

— Это… между нами… — замялся я.

Поппи молчала, поэтому я поднял взгляд и увидел перед собой ту же девушку, которая не умолкала с того дня, как научилась говорить первые слова.

— Ты, которая едва смотрит мне в глаза… — начал я неловко.

— Я… я не могу связать и двух слов, — прошептала она.

Мы всегда были друзьями… что это вообще такое?

— Странно, Поппи, — сказал я.

Она вздрогнула.

— Хочешь мою куртку? Тебе холодно? — спросил я заботливо.

— Если ты попробуешь снять куртку сейчас, как минимум окажешься лицом на льду, Марвин.

Мы оба разразились громким смехом. Потом она ослабила хватку моих рук и обеими ладонями поправила мой шерстяной колпак.

— Мне не холодно, Марвин. Думаю, дрожь — это часть той странной штуки, о которой ты говорил.

Я застыл, заворожённый её невинной улыбкой, а её глаза зацепились за мои губы. Через мгновение она скользнула прочь, легко скользя по льду.