Этого, очевидно, не произойдет, и я стискиваю зубы, сдерживая слезы. Я чувствую себя обманутой, и, более того, мне стыдно. Какая же я тупая дура! Мне следовало довериться своим инстинктам и выбросить этот листок бумаги. Не могу поверить, что я проехала четыре дня с моим глупым сердцем в руках, а потом оказалась у пустого дома, где его никто не принял.

— Есть ли в городе мотель, который вы могли бы мне порекомендовать? — спрашиваю я, стараясь, чтобы это не звучало так жалко, как я себя чувствую. Они обе напрягаются и обмениваются взглядами.

— Ты собираешься уехать? — спрашивает Хани.

— Ага.

— Оставайся здесь. Уэллса не будет дома, и это сэкономит тебе немного денег, — предлагает Хейвен.

— Не уверена, что это хорошая идея, — начинаю я.

— Все будет хорошо. У меня есть запасной ключ, — говорит она, проталкиваясь мимо меня и отпирая дверь.

— Я уверена, что ты устала, но мы придем утром. И можем позавтракать, прежде чем ты уедешь, — говорит Хейвен, снова обнимая меня. Я нахожу утешение в своей подруге, снова осознавая, как я одинока с тех пор, как она ушла, а мама умерла.

— Конечно, спасибо, — говорю я, наблюдая, как они поворачиваются и направляются обратно в лес.

«Это всего на одну ночь», — говорю я себе, возвращаясь к машине и доставая с заднего сиденья сумку с вещами.

Я захожу в его хижину, чувствуя себя немного неловко. Его жилище аккуратное и скудно обставленное. У меня сильнейшее желание устроить беспорядок, но я отбрасываю эту мысль.

Меланхолия охватывает меня, когда я хожу по пустому дому. Кажется, это история моей жизни. Я всегда одинока.

Моя мама была лучшей, но, чтобы жить нормально, ей приходилось много работать. Я была предоставлена сама себе с самого детства. Теперь, когда ее не стало, я одна в своей квартире.

Все, о ком я когда-либо заботилась, в какой-то момент бросили меня. Мое глупое, наивное сердце думало, что Уэллс будет первым человеком, который выберет меня среди всего и всех остальных. Очевидно, это не так.

Я заглядываю на кухню, заглядываю в холодильник, но там пусто, если не считать некоторых приправ и бутылки «Гаторейд» (прим. пер. спортивный напиток). Его кладовая не намного лучше, и я рада, что остановилась, чтобы купить бургер, когда съехала с шоссе.

Я брожу по коридору, размышляя, где все его безделушки и фотографии. На одной из них изображена группа парней, все в камуфляже и с короткими волосами в традиционном военном стиле. Интересно, кто из них он, но я не могу сказать.

Я просовываю голову в одну комнату, не вижу ничего, кроме стола и стула. У окна сложены какие-то коробки, и я думаю, не переехал ли он сюда только что. Это объяснило бы, почему его дом кажется таким пустым.

Я иду дальше по коридору, прохожу мимо ванной и кладовки в прихожей, прежде чем дохожу до последней двери. Я толкаю ее, входя в пустую спальню. В центре комнаты стоит кровать королевского размера, накрытая темным одеялом.

Вот и все. Это просто кровать. Я хмурюсь, проходя в комнату. Одна дверь ведет в шкаф, а другая — в ванную. Обе довольно пустые. Несколько рубашек висят в шкафу, а брюки, носки и обувь разложены на встроенных полках.

Может быть, все к лучшему. Этот парень, должно быть, самый скучный человек, которого я когда-либо встречала, так что, возможно, мы бы вообще не поладили, и я бы спасла себя от дальнейшего разбитого сердца.

Я зеваю, моя челюсть хрустит, и я вращаю плечами. Мне нужно принять душ и немного поспать. Если я правильно рассчитаю время, то смогу позавтракать с Хейвен завтра утром и вернуться в путь домой к полудню.

Я достаю из сумки пижаму, кладу ее на стойку в ванной, включаю душ и встаю под струю. Горячая вода творит чудеса, снимая боль в мышцах, а я стою под водой слишком долго.

Вытираюсь полотенцем, натягиваю пижаму и, спотыкаясь, выхожу в спальню. Глаза у меня затуманены, и я, плетусь, иду к кровати, падая лицом вниз на мягкий матрас. Едва успеваю натянуть на себя одеяло, как сознание ускользает.

Когда мне снится сон, мне видится медведь, который находит меня в своей постели. Он называет меня Златовлаской и спрашивает, что я здесь делаю.

Я просыпаюсь, не успев придумать ответ.

Глава 5

Уэллс

— ЕЩЕ РАЗ СПАСИБО ЗА ЗАВТРАК, — говорю я Кире и Роману, помогая им убрать со стола.

— Конечно. Так приятно иметь компанию, — говорит Кира, и Роман ей улыбается.

Мой медведь царапает меня. Он хочет отправиться в путь и найти нашу пару. Он хочет быть таким же счастливым и устроенным, как Роман и его пара.

Я тоже. Больно в груди, когда я смотрю на своих друзей с их истинными парами. Вчера я провел весь день, бродя по предприятиям Романа, Страйкера и Арчера, но безуспешно. Я даже провел два часа, бродя по городу, но так и не уловил запах своей пары.

Я знал, что это будет бессмысленно, приехать сюда, где я уже искал, но я сходил с ума, просто сидя в своей хижине. Насупившись, мой медведь оставил меня одного на всю поездку в Форест-Парк, так что это плюс.

Но это слабое утешение, когда настоящая награда неуловима и находится вне моей досягаемости.

Роман обнимает Киру, а я отвожу взгляд. Становится слишком тяжело находиться среди всех этих счастливых пар. Больше, чем хотеть того, что у них есть, это осознавать, как много я упускаю.

Иногда я скучаю по рейнджерам. Я знал, чего от меня ждут, у меня всегда была ясная цель, и я хорошо справлялся с напряженными миссиями. Увидев всех своих друзей с их парами, я знаю, что отдал бы все это в мгновение ока, чтобы пережить один чистый момент счастья, какое я пережил последние двадцать четыре часа, что был здесь.

Мой телефон жужжит в кармане, и я достаю его. Сердце начинает биться быстрее, когда я вижу имя Клиффа на экране.

Что-то случилось? Стая «Черный лес» сделала что-то еще?

— Клифф? Все в порядке? — спрашиваю я, как только отвечаю.

— Привет, мужик. Да, у нас тут все хорошо, — я выдыхаю, потом смотрю на Романа через плечо, качая головой, чтобы он знал, что опасности нет. — Я просто подумал, что ты захочешь знать, что твоя пара здесь.

— Что? Где?

— Тут, — повторяет Клифф. — Она сейчас в твоей хижине. Она была на завтраке, но сейчас готовится вернуться домой.

— Что? Откуда ты знаешь, что она моя пара? — спрашиваю я, мой медведь рычит в моей голове. Руки трясутся, холодный пот собирается над верхней губой. Вот вам и способность справляться с напряженными ситуациями. Похоже, либо моя подготовка рейнджера заржавела, либо моя пара, которая так близко, издевается надо мной.

Она у нас дома? Она пытается уйти? Она не может! Она моя.

Аудитор, Люси, позвонила мне, чтобы сказать, что они нашли ее, но я не поверил в это по-настоящему. Я, честно говоря, не думал, что она появится, тем более так скоро. Берк и Хейвен некоторое время общались через приложение, прежде чем она приехала. Думаю, я полагал, что это будет естественным следующим шагом, хотя я не могу представить себя отправляющим сообщения или пялящимся в телефон, как Берк до официального появления Хейвен.

— Не знаю, — говорит Клифф, прорываясь сквозь мои мысли. — Женщина сказала Хейвен, что ее сюда послали «Любовные укусы». Что еще это может значить? — я хмыкаю, звук застревает где-то в горле. Что мне делать с этой информацией? — Она уезжает, Уэллс. Так что, знаешь, возвращайся сюда, а? Мы попробуем задержать ее для тебя.

Он завершает разговор, и я снова поворачиваюсь к Роману и Кире.

— Моя пара у меня дома, — выпалил я, и все мои сдерживаемые чувства вырвались наружу. Они оба ухмыльнулись мне, но у меня неприятное чувство в животе. Я не хочу все испортить. В то же время я все еще не доверяю этому. Как «Любовные укусы» могут быть уверены?