Стихи Цветаевой так ярко прозвучали Стихи Цветаевой так ярко прозвучали, В них было всё: тревоги и печали. Всего лишь в ٢٠ лет раскрывшаяся зрелость, Провидение и чувственная смелость! Такая искренность и терпкость наслаждения, И обнажённость трепетной души, И точность слова, мягкость выражения, И выверенность каждой сказанной строки. Такая песенность, такая гармоничность, Наполненность потоком бытия, Тетрадь стихов, восторженная личность, Несбыточность мечты, сжигание себя. Стихи Цветаевой читаю и читаю, И о себе теперь так много понимаю, И над её судьбой с печалью размышляю, Но, боже мой, доподлинно о ней я ничего не знаю! Всё было в жизни: радость и страдания, Шипы и розы, ревность и любовь… Нам отдала она своё очарованье, А мы к её стихам стремимся вновь и вновь! Она не наш, по сути, современник, Но так близка поэзии душа, Она как залетевший в вечность пленник, Как творческий цветок, безумна хороша! Сентябрь 2025 г. Наталия Лагутина
«Почему так тихо шелестит листва…» Почему так тихо шелестит листва, Почему так грустно ветер стонет, И звучат холодные слова На остывшем ледяном перроне? Почему, когда б любить и жить, Всё судьба попутала, изъяла? Мне бы нежностью тебя укрыть, Мягкой, ласковой, как одеяло. Почему крылатые мечты Сбросил сад осеннею листвою И места, где были я и ты, Серебрятся снежною тропою? На простуженном седом бору Позабыты голые аллейки. Почему тебя всё так же жду В обществе некрашеной скамейки? «Однажды и мы…» Однажды и мы, Пред иконой колени клоня, Слёзы бегут в этом пряном Потресковшем блеске, Кажется, бросить давно Нам пора якоря В этом наполненном смыслом Таинственном месте. Робкой рукой прорисуем Невидимый крест И, не жалея ни чуточки Прожитой доли, Доброй молитвой попросим прощения у тех, Кто нас любил и покинул, И нет его боле. И понимая и важность, И хрупкость судьбы, И принимая во благо Свои преступления, Мы все уйдём, и останутся Только следы… Нашей души и слёзы Грехов искупления! «Гримёрка. Мягкий, тёплый свет…» Гримёрка. Мягкий, тёплый свет Ночник так бережно пускает. Часов ритмичный, чёткий бег В молчанье стен как будто тает. Салфеткой белой яркий грим Рука шершавая стирает. Зеркальный образ нелюдим, Черты иные обретает. Уставший, заблудился взгляд В вещах знакомых и привычных. Одежд цветастый маскарад На спинке стула, как обычно. Не произносят губы слов, Не ищут озорной улыбки. Не чувствует ни рук, ни ног, Лишь на душе остались скрипки. Его судьба – смешить других, Сердца укутать добрым светом, На сцене жить для всех, для них, Наполнить детство чистым смехом! И если даже пустота Нежданно сковывает, душит, Под звук священного звонка Он без остатка цирку служит! «Как больно стонет Мать-Земля…» Как больно стонет Мать-Земля, Дрожит под грузными следами. И гибнут в поле сыновья Под уходящими снегами. Как плачут, воют небеса, Смывая кровь в тиши весенней, И ждут потухшие глаза Лишь от Спасителя прощения. Как звёзд искрящих полотно На крыльях ночи созерцает, Любимой женщины лицо Под порохом в тумане тает. Как рвётся, мечется душа Перед иконой на коленях, И стрелки, словно на живца, Своё отматывают время. И одиночество сердец Тоской сжимается невольно. Святой на теле жжётся крест, Шепча молитву: «Спи спокойно!» «Ты не умеешь любить!..» Ты не умеешь любить! Твоя любовь словно яд, Из кучи пафосных фраз Ты создаёшь маскарад. Воздушных замков сукно Ты растираешь под шаг, И золотое руно В твоих незрелых руках Теряет свойства и смысл, Как забродило вино, Ты ищешь тысячи лиц, Теряя точно одно. Терзая сотни сердец Своею сильной рукой, Считаешь манной небес, Кто повстречался с тобой, Но это только эфир, К нему тянись не тянись, Ты сам себе дезертир В кино с названием жизнь! Александр Лихолетов
Муза Бессонницы Пляшите, перья, под рукой, Давая лик словам! Давно обещанный покой Уже не светит вам. Отныне вам не суждено В чернильнице застыть; Меня крепчайшее вино Не в силах усмирить, Не в силах сон навеять мне, Прервать предвечный труд. Мерцают звёзды в вышине И взгляд к себе влекут. Но вот туманный силуэт Коснулся тени штор; Он скроет звёзд неверный свет, К себе призвавши взор. Запляшут перья под рукой, Едва она кивнёт; Давно обещанный покой С закрытых век смахнёт, И я поверю только ей И боле никому. Её я вижу средь теней, Она тревожит тьму. Пляшите, перья, под рукой, Спешите музу звать! Забудьте ныне про покой — Она не любит ждать. 2 марта 2012 г. |
