Но нашей главной целью было укрытие не от простых дозорных, нам в первую очередь требовалось спрятаться от прорицателей и ясновидящих Консорциума.

Ради этого я заперся с Мариль и её лучшими магами-иллюзионистами, устроив им настоящий мозговой штурм. Мы разработали «передвижной купол», грандиозную, жрущую прорву маны иллюзию, которую они растянули над всей армией, скрывая марш от чужих глаз. На каждом этапе создания мы жестко тестировали эту штуку, привлекая Лютик с её девчонками-ясновидящими.

Мне даже не понадобилось тратить время на полевые эксперименты, чтобы понять простую истину: неподвижная картинка в движении мгновенно выдавала бы себя, она сразу бросалась бы в глаза любому наблюдателю, особенно учитывая ту скорость, с которой армия крестоносцев продвигалась на быстрых ездовых зверях.

Решение, которое мы нашли, оказалось элегантным, но безумно сложным в исполнении. Мариль и её подчиненные должны были непрерывно в режиме реального времени изменять текстуру купола, синхронизируя её со скоростью движения колонны. Они захватывали элементы окружающего ландшафта впереди, проецировали их на купол и плавно смещали назад, имитируя неподвижность. Если всё делалось без малейших сбоев, с высоты птичьего полета создавалась идеальная оптическая иллюзия пустой заснеженной тундры.

Для магов это был адский труд, они ненавидели эту задачу, ведь она требовала бешеной концентрации и непрерывного контроля потоков маны. Но Лютик и её ясновидящие подтвердили, что при грамотном исполнении засечь нас сверху с помощью базовых заклинаний прорицания практически невозможно. Чтобы заметить подвох, вражескому магу пришлось бы фокусироваться на одном квадрате с такой интенсивностью, какую ни один нормальный ясновидец не может поддерживать, сканируя сотни и тысячи километров вокруг.

Разумеется, любой элитный ясновидец, нанятый Малином Медобруком для сканирования периметра вокруг его логова, отнесется куда внимательнее к аномалиям, но это всё равно в сотни раз лучше, чем переть в открытую, размахивая знаменами, и куда менее рискованно, чем пытаться открыть порталы прямо под носом у Малина, рискуя нарваться на пространственные ловушки.

Я скрестил руки на груди, ощущая под пальцами холодную сталь доспеха. Должен признать, результат превзошел все мои ожидания, наша маскировка по своей эффективности приближалась к врождённым способностям хамелеидов или к маскировочным технологиям из научно-фантастических фильмов, которые смотрел еще на Земле.

И хотя иллюзионисты изрядно поворчали, проклиная мои идеи, в итоге сами загорелись открывшимися перспективами. Мариль, войдя во вкус, вместе с несколькими одаренными магами умудрилась разработать усовершенствованное личное заклинание маскировки. Оно работало на малом радиусе, укрывая одиночку или небольшую штурмовую группу, и на дистанции они становились практически невидимыми, а сама Мариль, как лидер группы, достигла такого дикого мастерства, что её силуэт нельзя было разглядеть даже в упор, если только она не начинала резко двигаться.

Конечно, у заклинания Мариль имелся один жирный недостаток: оно было чисто визуальным, обычная оптическая иллюзия, не влияющая на чутьё и агрессивность тварей. Стоит какому-нибудь высокоуровневому монстру или дозорному с развитым нюхом подойти слишком близко — и нас раскроют мгновенно. Но, даже учитывая этот изъян, её купол оставался невероятно полезным инструментом, и наш Теневой крестовый поход выжимал из него максимум пользы.

Я коротко кивнул Лиану и шагнул из-под прохладной сени леса. Воздух здесь, на опушке, пах прелой хвоей и озоном, верный признак мощной работающей магии. Едва оказался под защитным куполом Мариль, как передовая колонна армии замедлила ход, лёгкий гул шагов, лязг металла и приглушённое фырканье ездовых зверей стихли, и армия остановилась прямо передо мной, замерев, словно единый стальной организм. Слева и справа от меня беззвучно выросли Лиан, Фелиция и Лили. Моя кунида привычно скользнула ладонью в мою руку, а Лиан поправил перевязь с оружием.

Открывшееся зрелище заставило меня на мгновение забыть, как дышать, я просто стоял, впитывая момент, а сердце бухало в груди, разгоняя по венам горячий коктейль из гордости и предвкушения.

Четыре сотни мужчин и женщин, молчаливых, дисциплинированных, закалённых в горниле бесчисленных боев, выстроились в безупречные ряды, каждый выше пятидесятого уровня. Тренированный взгляд автоматически считывал их мощь: тяжёлые ауры передовой линии, острые искры магов, ледяное спокойствие стрелков. Они восседали в седлах массивных чешуйчатых рапторов и свирепых лютоконей, готовые сорваться в атаку по одному моему слову.

Все, как один, были облачены в лучшее снаряжение, которое только могла выдать наша кузница, а поверх брони развевались серые накидки, на каждой из которых вышит герб Крестового похода, комета, огибающая Валинор. В их глазах не читалось ни капли страха, только непоколебимая решимость обрушить божественное возмездие на головы врага и довести миссию до победного финала.

Меня захлестнула такая волна гордости за этих людей, что в горле на миг встал ком. Храбрые, верные, самоотверженные бойцы. Большинство из тех, кто сейчас сжимал в руках сверкающие клинки и посохи, ещё недавно были обычными фермерами, забитыми торговцами, а то и вовсе бесправными рабами с клеймом на шее. Они присоединились ко мне, чтобы вырвать Шалин из лап тирании Консорциума, и теперь превратились в настоящую элиту.

Они тренировались рядом со мной, проливали кровь и глотали грязь в одних окопах, ради великой идеи терпели клевету и изгнание из родных домов. Эти люди доверили мне свои жизни, отправившись в смертельно опасные Дикие Земли, где раньше Искатели пропадали целыми отрядами, и пошли за мной, готовые строить новый мир.

И фундамент этого мира мы заложим сегодня, а начнём с падения Малина Медобрука.

Корвин тронул поводья своего раптора, направляя зубастую тварь ко мне. Закованный в тяжёлую броню, он чётко и уважительно отдал честь, ударив кулаком по нагруднику. Лязг металла гулко разнёсся в напряжённой тишине.

— Судья, — произнёс Корвин. Его голос звучал ровно, но в ярких глазах, контрастирующих с суровым лицом ветерана, полыхал неукротимый азарт. — Наконец-то этот день настал.

— Правосудие грядёт, Корвин, — с не меньшей серьёзностью ответил я, чеканя каждое слово. — У нас готов план действий, мне нужно узнать твоё мнение перед началом штурма.

Он коротко кивнул. Легко, несмотря на вес доспехов, спрыгнул на землю, небрежно обмотал кожаные поводья раптора вокруг толстой ветки и зашагал следом за нами к передовому лагерю. Армия осталась ждать в сёдлах в полной боевой готовности, но их ожидание не должно было затянуться надолго.

Я спиной чувствовал взгляды сотен глаз, в которых горело нетерпение расплаты. Эти люди вручили мне свои судьбы, и у меня просто не было права на ошибку. Ответственность давила на плечи бетонной плитой куда тяжелее любого доспеха, но именно она не давала мне сломаться, заставляя делать следующий шаг, отбрасывая в сторону любую усталость и сомнения. Пора заканчивать эту игру.

Глава 10

Корвин, щурясь от резкого порыва ледяного ветра, просмотрел эскизы огромной круглой башни и план штурма, который мы подготовили после доклада разведчиков. Ветер трепал края пергамента, но старый вояка держал его крепко. Через несколько минут напряжённого молчания он наконец кивнул.

— Всё предельно просто, — рыцарь поднял на меня взгляд. — Штурмуем этот комплекс также, как любую другую цель, которую приходится атаковать вслепую. Хотя, если честно, мы слишком сильно рассчитываем на то, что основную работу выполнят эти ваши… «дерьмомёты». План «Б» на случай их отказа, мягко говоря, не внушает мне оптимизма.

Я усмехнулся, чувствуя, как мороз покалывает щеки.

— Это лучшее, что мы можем выставить против этих барьеров, — ответил ему, скрестив руки на груди. — Силовое поле — это чистая математика Системы. Но да, если наша теория не сработает и нам придётся прорываться сквозь щиты обычными атаками, Малин, вероятно, успеет сделать ноги.