На душе скребли кошки из-за решения старейшины покинуть родной дом. И только сейчас, гуляя в одиночестве, я понял, почему был против этой идеи.

Его прагматичное решение било туда, куда не могли достать ни вражеские стрелы, ни заклинания. По моему личному тылу — месту, куда я мечтал вернуться после всех сражений.

Проглотив комок в горле, я остановился.

В вечернем воздухе деревни буквально ощущались суета и паника. Привычных стрёкота сверчков и хриплого лая собак не было слышно за выкриками собиравшихся людей.

Мой палец снова потёр кольцо.

— Время не отмотаешь назад. Время не подвластно даже Первым.

Закрыв глаза, я прислушался к шелесту ветра в кронах деревьев — последнему, что осталось мирным в моём родном доме.

Шорох.

Чуждый общему фону суеты. Он резанул по уху сильнее, чем сигнал тревоги.

— Даже здесь уже нет покоя, — процедил я сквозь зубы, напрягая все свои ощущения.

Первый, второй, третий, четвёртый спектр концентрации…

Я открыл глаза и был искренне рад, что сейчас ночь. Хотя бы природный мрак не напоминал мне о том, что даже в магии у меня не получится остановиться на месте.

Краем глаза я заметил слабое, едва уловимое свечение полосы.

Хмыкнув, я понял, что то была заговорённая мука с солью, которую рассыпали местные в качестве системы предупреждения. Однако она должна была светиться только в том случае, если враг проникнет снаружи.

«А сейчас?»

Сейчас она слабо мерцала.

Такое количество странных совпадений за один вечер отозвалось болью в старых ранах, которые я получил по неопытности. Я неторопливо двинулся к окраине.

Чутьё подсказывало, что за мной следят и намерения у преследователя не самые добрые, отчего и заговорённая соль слабо мерцала.

А раз драки не избежать, мне хотелось подальше отойти от домов односельчан. Пускай мы скоро покинем их, но хотелось сохранить хоть какую-то память о родной деревне.

Чтобы было куда возвращаться.

Переступив через мелкие крошки муки и соли на окраине деревни, я окончательно убедился в слежке. Однако отточенные рефлексы подсказали ещё кое-что.

За мной шла вторая слежка.

Глава 17

Клеймо

Я нисколько не удивился, когда увидел на дороге знакомые фигуры в балахонах. Двое магов, прибывших с имперскими солдатами, вышли из-за деревьев. Оставалась парочка воинов, усиленно пытавшаяся скрыться в густых зарослях ежевики.

Кривая улыбка появилась на моём лице, когда я понял, что это совершенные профаны своего дела. Прятаться от мага и при этом заранее активировать боевые техники без всякого прикрытия — всё равно что нести в руках горящие факелы и на всю округу орать, что готовишь засаду. Я примерно прикинул, где нападут воины и где остановятся маги. Потому решил подготовиться.

Словно невзначай, я сделал вид, что потягиваюсь, разминая спину. А сам стал плести новое заклинание.

«Ома, контур, Хао, контур, сеть, вектор».

Маленькая пакость для прятавшихся в кустах воинов прямиком из моих академических деньков заставила меня улыбнуться. А вот с волшебниками нужно действовать куда тоньше.

Опытный маг способен увидеть готовые заклинания и разгадать мой замысел.

А вот слабые чары труднее заметить, потому я решил создать связь с заговорённой солью. Это жалкая попытка оставить лазейку в тылу врага можно было сравнить с соломинкой в море. Но именно умение использовать такие «соломинки» и отличает мастера от магистра.

Если враг не заметит руну связи, то у меня есть на один козырь больше. И даже если противник заметит и подавит мою магию своей аурой, то я смогу оценить его боевой опыт.

Я снова потянулся и создал руну.

Но сразу же перестал ломать комедию с потягиванием, когда с противоположной стороны дороги вышла уже знакомая широкоплечая фигура. Тут-то я и догадался, кто вёл за мной вторую слежку.

— Добрый вечер, я диспетчер, — обратился Клифф к магам. — Мужики, а не скажете, который сейчас час? — Он зачем-то двумя пальцами постучал по запястью.

Высший эльф дёрнул левой рукой. Я изготовился к внезапной атаке, но вместо заклинания тот бросил короткий взгляд на своё предплечье, после чего резко опустил руку.

Я не до конца понял смысл фразы северянина, но нетипичная реакция магов расставила всё на свои места.

— Сука, — прошипел он. — Жека, нас, по ходу, раскуси…

Вдох…

Вспышка пламени сорвалась с моей руки и устремилась прямо в магов.

Тот, кого назвали Жекой, оказался гораздо внимательнее своего товарища. Выставив руку, он проорал что-то, и перед ними возник бирюзовый барьер.

Я аж раскрыл рот от удивления. Это был цвет пятого спектра!

Пламя моего шара ударилось о преграду и рассыпалось на сотни искр.

И тут завертелось.

Ночную темноту расчертили вспышки молний и яростные крики воинов.

«Ауо, контур…»

Меня накрыл воздушный барьер, в который тут же с двух сторон ударили с силой кузнечного молота.

— Воины… — процедил я сквозь сжатые зубы, наблюдая, как руническая вязь покрывается трещинами и быстро распадается.

Моему щиту оставалось выдержать всего один удар, и нападавшие точно это знали. Один уже занёс кулак для новой атаки, а второй изготовился к выпаду, целясь прямо в меня.

Продуманная тактика битвы двух воинов против мага.

Вот только они бились против меня…

С кривой усмешкой я похвалил себя за предусмотрительность и завершил заклинание, которое наложил на землю немногим ранее.

«… усиление, вектор, усиление, вектор».

Во время обучения мы называли подобную гадость «Лепёшкой». Однако с вплетённым в руническую вязь усилением и двумя векторами, направленными в разные стороны, это заклинание становилось действительно опасным.

Земля под ногами воинов в миг стала рыхлой. Смуглый, который готовился атаковать именно меня, успел отскочить в сторону, а вот тот, кто молотил в мой барьер, влип.

Чернозём обратился в зыбучий песок, стремительно уходящий вниз и вращающийся в разные стороны. До ушей донёсся мелодичный хруст рвущегося мениска в его колене.

Но даже несмотря на адскую боль, воин остался воином и таки сумел ударить по воздушному куполу.

Заклинание развеялось, и смуглый сделал рывок в мою сторону. Он точно использовал боевую технику: наконечник копья сумел пробить защитную ауру и, пусть не со всей силы, всё же вонзился мне в плечо.

У меня было два решения: контратаковать или поставить блок.

Я выбрал второе, но атаки воина не последовало.

Вместо этого я скривился от боли, когда копьё в моём плече дёрнулось вправо, а затем вниз. Оказалось, что смуглый боец, всё ещё сжимавший оружие, качнулся и осел. А из его головы торчала стрела.

«Тани», — догадался я, глядя на знакомое оперение. «И судя по направлению, она засела вон в тех кустах».

— Твою мать, — прорычал я, ругая себя за нерасторопность, когда ощутил, как рвётся связь с «Лепёшкой».

Отскочив в сторону, я изготовился к новой атаке, но тут произошло странное.

Ковыляя на одной ноге в сторону магов, второй воин во всю глотку орал:

— Хилл!!! Хилл!!! Мне нужен хилл!

Я заметил, как высший эльф обернулся к нему, выставил руку, прокричал что-то и выпустил пучок света.

Приняв форму сферы, заклинание пронеслось через поле битвы к воину.

Мне хватало времени, чтобы заблокировать вражеское заклинание, однако стало интересно, что произойдёт дальше. Свет ударил раненого воина в грудь. Тот облегчённо выдохнул, и я увидел, как его свёрнутая нога встала на место.

Если бы не давление четвёртого спектра, я бы точно удивился такому повороту. Мгновенное лечение — то, чего я точно не умел.

Пока раненый воин восстанавливался, я обратил внимание на магов. Мари и Клифф делали всё, чтобы отвлечь их от меня. Нахмурившись, я снова создал защитный барьер и заметил, что волшебница сыплет заклинаниями гораздо быстрее, чем днём на поляне. Правда, теперь эти вспышки были куда слабее.