— А что не так? Я справился идеально. Пожар потух за секунды. Пламя не перекинулось дальше. А лёд, так он к вечеру растает. Ну-у, может, к завтрашнему вечеру… — на последнем мой голос слегка дрогнул.

Мама вздохнула:

— В том-то и дело. Сено ведь промокнет, пока щит таять будет. А мокрое, оно ведь загнивать начнёт. Придётся его раскидывать и снова сушить. И то после просушки оно силу потеряет и в солому выжженную превратится, а значит, не таким питательным будет для скотины.

Я захлопал глазами. Всю жизнь я обучался тому, чтобы реагировать самым коротким и действенным способом. У мага, специализирующегося на защите, меньше времени, чем у нападающего. Второй шанс для нас — это роскошь. А годы службы превратили меня в ходячий рефлекс на опасность.

Вот и сейчас я поступил ровно как воин — быстро и максимально эффективно. Без оглядки на будущие последствия.

Видимо, досада от моего радикального тушения отразилась на лице. Мама подошла ближе и легонько потрепала волосы на моей голове, до которой дотягивалась с трудом.

— Ладно, сына, не волнуйся ты так. Я понимаю, что боевые рефлексы на то и боевые. Была угроза, и ты её устранил. А вообще, огонь и вправду мог дальше перекинуться, так что ты молодец.

— Но как же… — договорить я не успел, мама словно прочитала мои мысли.

— А сено — Еггог с ним. Просто запомни, что фермер о хозяйстве думает постоянно. Наверное, чаще, чем ты о защите. Но ничего страшного. Раз стал лучшим защитником императора, то и с грядками справишься. Успеет ещё крестьянская жизнь надоесть. Помяни моё слово.

Фраза матери подействовала на меня как заговор, и я улыбнулся:

— Спасибо, ма…

— Будет тебе. Ты мне лучше вот чего скажи: ты свои магические штуки сдал аль с собой притащил? — заметив мой вопросительный взгляд, она пояснила: — Просто не хочу, чтобы меня испепелило, когда я твои пыльные вещи стирать буду.

— Сдал, — коротко ответил я.

— Вот и славно, — мама заметила, как соседи стали выходить из домов и глазеть то на глыбу льда, то на нас. Она изобразила перед ними извиняющийся жест, после чего повернулась ко мне: — Ступай на площадь, найди фермера Мэггота. Закажи у него сена нового. Он знает наше хозяйство, так что лишнего не втюхает. А я пока обед приготовлю. Тебе ведь нужны будут силы, когда ты эту глыбину разбирать будешь, — её лицо вмиг стало серьёзным, — без всякой магии. Это тебе моё наказание, Йар. Теперь топай.

— Хорошо, мам, — с улыбкой ответил я.

Похлопал себя по карманам, убедившись, что кошелек со мной и двинулся на выход.

Прежде повседневными делами, будь то готовка, уборка или поход на рынок, у меня занимались подчиненные. Теперь, пока я снова не нанял слуг, такими мелочами придётся заниматься самому. И этот факт меня даже порадовал.

Пускай потрачу время на тривиальные задачи, но смогу быстрее вспомнить, что значит быть простым человеком.

Калитка скрипнула, когда я уже практически вышел, но тут же замер.

— Ма-а!

— Ну чего орёшь?

Я обернулся и увидел, что она так и не сдвинулась с места, провожая сына взглядом. Это заставило меня улыбнуться ещё шире.

— Это, мам, ты лучше не трогай моё кольцо. И плащ тоже не стоит. А к посоху вообще не касайся. Короче, я сам приведу вещи в порядок, ладно?

Женщина нахмурилась и показала мне кулак:

— Вот сволота какая! Наврал мне, что всё сдал! Знает же, что я до усрачки боюсь магии.

Я махнул рукой в ответ и пошёл дальше, стараясь не обращать внимания на деревенских пацанов, державшихся на почтительном расстоянии. Те с открытыми ртами глазели на лучшего мага империи и на глыбу льда, появившуюся в его дворе. Мой взгляд зацепился за то, как они стали заговорщицки перешёптываться между собой.

На службе я бы не упустил такой жест из виду, но здесь и сейчас я был дома. Потому я заткнул паранойю, напомнив себе, что теперь нужно привыкать к мирной жизни.

«Первый щит императора! А чуть не получил по голове мокрым полотенцем от старухи… не зря вышел на покой», — подумал с усмешкой я, но тут же осёкся. «Как же сильно постарели родители. Я слишком долго был на войне».

***.

Первое впечатление о торговой площади, если так вообще можно сказать о месте, где бывал сотни раз, оказалось странным.

Во-первых, она не была такой большой, как мне помнилась. Её сложно было сравнивать с рынком в имперской столице, где имелись товары со всех материков и в одном ряду могло стоять несколько караванов.

Во-вторых: здесь всё было куда скромнее. Торговые лавки, повозки и просто тканевые подстилки со всякой всячиной обступили небольшим кольцом раскидистый дуб в самом центре.

И этому месту больше подходило слово ярмарка, нежели рынок.

Однако, народа здесь оказалось гораздо больше, чем я ожидал! Для деревни с населением около тысячи человек такое столпотворение в несколько сотен зевак можно было считать народными гуляниями.

Я захотелось узнать, в чём дело, но сперва решил отправиться на поиски старины Мэггота, чтобы закрыть вопрос с сеном.

Сухенький старик за двенадцать лет моего отсутствия дома нисколько не изменился. Он всё так же стоял на привычном месте со своей повозкой с экзотическими фруктами и специями, которые растил у себя на участке, используя семейные секреты.

— Кого я вижу! — кустистые брови фермера взметнулись вверх от удивления. — Первый щит империи!

— День добрый, — ответил я. — Зачем так официально обращаться, вы же знаете, как меня зовут? — я слегка улыбнулся.

— Шутишь, парень, ты местная достопримечательность! Тут каждый знает, что именно наш земляк служил личным телохранителем императора!

Я повернулся в сторону и заметил, как несколько молоденьких девушек звонко захихикали и стыдливо отвернулись, когда я посмотрел на них.

— М-да, — со вздохом произнёс я и улыбнулся. — Странный повод для гордости.

Но такая реакция односельчан была мне вполне понятна.

Даже в самой столице большинство граждан знали меня в лицо и наслышаны о моих подвигах, что уж говорить о тех, с кем я вырос. Через меня, у них имелась возможность хоть как-то ощутить сопричастность великому делу императора.

Да и моя история вполне поэтичная.

Простой сельский парень развил талант в магии. Своим умом поступил в академию и окончил её с отличием. По первому же зову вступил в армию. Сделал командирскую карьеру, стал героем битвы у Грохочущих врат и смог приблизиться к самому императору!

Но я прекрасно понимал, что эта история для односельчан легко может быть как поводом для гордости, так и предметом зависти.

— Чем могу быть полезен? — спросил Мэггот, когда я закончил любоваться румяными девчонками. — У меня много экзотического товара. А если поискать, то может найдется и парочка чудных эльфийских штучек. Хотя, вряд ли я тебя удивлю своими приправами и ингредиентами.

Я покачал головой:

— Да мне это, сено обычное нужно.

— Сено? — переспросил фермер.

— Угу, — я нахмурился, ощутив странное.

На краткий миг мне показалось, что моего посоха в доме кто-то коснулся. Но ощущение так же быстро исчезло. Я по привычке большим пальцем потер указательный.

«Кольцо тоже дома оставил», — с досадой подумал я.

— Эй, парень. Что ты там про сено говорил? — снова спросил он.

Я отмахнулся от ощущений, списав их на простую паранойю.

— Да. Запасы нужны на хозяйство наше. С сеновалом неприятность получилась.

Старик нахмурился:

— Что за неприятность?

Я отмахнулся:

— Да так, неудачно потушил, и теперь там глыба льда размером с весь сеновал.

Старик рассмеялся и покачал головой:

— Маги, понятно всё с вами… Так, — он достал счёты и стал вслух перечислять. — У вас две коровы, одна лошадь и десять овец, — мелодичный стук деревянных костяшек защёлкал, — это примерно шестьсот восемьдесят тюков на зиму. Ага, — он снова щёлкнул, — с тебя один золотой и восемь серебра, если сам перевозить будешь. Два золотых, если я привезу.