— Должна сразу тебя предупредить, Йар, — тихо сказала Мари, — у меня паническая боязнь толпы. Стоит мне подумать, что придётся выступать на сцене, как колени слабеют. — Она виновато улыбнулась.

— Выступать? — Я криво усмехнулся. — Не доросла ты ещё до того, чтобы местные позволили тебе взять слово. Не волнуйся, говорить на публику не придётся. У меня для тебя другое задание.

— Какое? — с облегчением спросила волшебница.

— Понимаешь, эльфы по большей части весьма высокомерны. Именно поэтому, глядя на твои манеры, я не сразу догадался, что ты вообще человек. Понимаешь?

Девушка кивнула:

— Да, но только вот к чему ты клонишь?

— Среди отряда, который пришёл за мной, есть странная четвёрка. Двое воинов и два мага.

Девушка хмыкнула:

— Классическое пати.

— Пати?

— Команда игроков. Обычно в группе пять разных классов: воин, лучник, маг, хиллер и танк. Но бывают разные комбинации.

— Угу… — протянул я, узнав новое. — Тогда ты упростила мне объяснения. Так вот, про эльфов. В этой «пати» есть твой родич из высших. Этот желтокожий пудель выражается как-то слишком просто, понимаешь. Нет в его речи высокородности, что ли.

Девушка кивнула:

— И ты хочешь, чтобы я проследила за его речью, чтобы сказать тебе, являются они игроками или нет?

Я улыбнулся:

— Быстро догадалась. Теперь понимаешь, почему я взял именно тебя с собой?

Она ответила на улыбку:

— А разве это не видно по их внешнему виду?

Обогнув площадь, мы остановились возле входа в часовню Многоликого.

— Что ты имеешь в виду?

— Как что? У этой четвёрки же должен быть: растерянный взгляд, паника на лице и осознание того, что в этом мире нет туалетной бумаги.

— Туалетной бумаги? — спросил я.

Мари поморщила носик:

— Угу… Ровно как и отсутствие остальных прелестей личной гигиены. Проще говоря, возможности нормально помыться и привести себя в порядок. Наверное, это первая причина, почему мне ужасно хочется вернуться домой. А уже потом все эти интриги с Егором, драконами и магическими штуками.

Я уважительно посмотрел на девушку. Ведь только в столице я понял всю прелесть дам, умеющих следить за собой.

— У нас бумага используется для книг. Может ты имеешь ввиду чтиво для уборных? — задал я очевидный для себя вопрос.

Мари усмехнулась:

— Раньше читали, сейчас в основном люди видосы смотрят. Конечно, если забыли телефон, то могут и состав освежителя воздуха почитать. А бумагой, ну, подтираются.

Я был удивлён. Такого расточительства не позволял себе даже император, что наводило на мысль о странной культуре вторженцев:

— Ладно, вернёмся к бумаге и видосам позже. Что касается странного эльфа, которого я подозреваю… — Я слегка склонился и, понизив голос до полушёпота, произнёс: — Дело в том, что они совершенно не выглядят как вы, игроки. Они не растеряны, и нет этого дурацкого азарта в глазах как у Клиффа. В общем, ведут себя как местные, но вот только что-то мне в них не нравится. Странные они. Твоя задача — посмотреть на них со стороны и, если заметишь какие-то знакомые повадки, потом сказать об этом мне.

Мари наморщила лоб и серьёзно посмотрела мне в глаза:

— То есть ты хочешь сказать, что они попали в игру гораздо раньше нас?

Я поджал губы:

— Не в игру, а в наш мир. Но я лишь подозреваю. Всё же они в форме имперских организаций. Да ещё и в составе турмы солдат. Значит, к декурию их каким-то образом приставили, что исключает их из списка вторженцев, но… Короче, у меня есть подозрения и я просто хочу перестраховаться.

— Ладно, — спокойно ответила девушка. — Я присмотрюсь к ним и, если что, дам знать.

— Благодарю. Только…

— Что? — Голубые глаза с интересом следили за тем, как я морщусь, прокручивая в голове варианты.

— Не знаю, у меня дурное предчувствие. Стой здесь и наблюдай. Я пойду на трибуну. Заметишь странность, тут же возвращайся к ребятам. Если вдруг я тебя не увижу, то сразу же пойму, что ты заметила нечто подозрительное для себя.

— Хороший план, а если я не увижу ничего подозрительного?

— Тогда просто наслаждайся деревенским колоритом, но если вдруг будет драка, то не стоит лезть. Тебе наваляют.

— А у вас и драки на совещаниях бывают? — Мари удивлённо посмотрела на меня.

Я хитро улыбнулся:

— А у вас? Разве может существовать политика без драк? Ладно, я пошёл.

* * *

— Все собрались⁈ — пророкотал Вулдим, окинув взглядом толпу.

— Почти, охотников ещё нет.

Старейшина отмахнулся:

— Ничего страшного, передадите им тогда решение вече. Итак, земляки, беда постигла нашу империю, наши дома и наши сердца. Великий император покинул этот бренный мир и слился в едином свете с Многоликим. — Он выдержал паузу, чтобы молчанием почтить память о правителе. — Но беда не приходит одна. В наш мир снова совершенно вторжение. На этот раз его природа нам неизвестна, но смута уже посеяна и грозит пошатнуть нашу республику. Много лет назад вы назначили меня старейшиной, и я благородно и с честью нёс это бремя. Сейчас мой долг — сообщить вам то, что видит мой прозорливый ум, которому вы доверяли все эти годы.

Вулдим тяжело вздохнул и медленно окинул взглядом толпу, словно пытаясь заглянуть в глаза каждого.

— Лихо вижу я в грядущем. Тяжёлое бремя и опасность. Злой рок навис над судьбой простого человека. Потому я выдвигаю своё предложение. Я считаю, что нам следует оставить дома и уйти под защиту города…

После недолгого молчания слова старейшины взорвали толпу. Отовсюду донеслись возражения, ругань и брань. Большинству эта идея совершенно не понравилась, однако нашлись и те, кто был согласен с решением старейшины.

Я понял, что драки скорее всего не случиться, так как голоса не поделились поровну. И это хорошо, потому что если бы было иначе, то мне бы захотелось вломить старейшине.

Как бы сильно я не любил своего учителя, его предложение поставило в тупик даже меня. Не веря своим ушам, я посмотрел на него, затем на декурия, который явно не понимал, зачем его пригласили на это сборище.

Дабы успокоиться, я решил оценить реакцию загадочной четвёрки. Однако, сколько бы я не искал их взглядом, их нигде не было на вече.

В голове мелькнула мысль: «А считать ли подозрительным их отсутствие? Пускай старейшина и пригласил их на собрание как почётных гостей. Но являться на деревенское вече они не обязаны. Я бы и сам не пришёл на подобное мероприятие. Пускай это и добавляло человеку социального статуса».

Повернувшись к бушующей толпе, я попытался отыскать взглядом белоснежную макушку Мари, но девушку нигде не было видно.

«Похоже эльфийка сделала какие-то свои выводы и ушла…», — раздосадованный тем, что мой план не пошёл как надо, я стал ждать, чем завершиться вече.

Толпа меж тем продолжала волнение.

— Тише, тише, — пророкотал Вулдим. — Я знаю, что решение сложное. Оставить дом, где все мы выросли. Оставить землю предков — это тяжёлый поступок. Но я считаю, что это вторжение отличается от предыдущих. Сами вторженцы не такие, как прежде. Среди них оказались и вполне хорошие люди. Трое из них спасли нашего Йара. — Он указал на меня.

Толпа стихла, и теперь всё внимание было обращено ко мне. Особенно пристальный взгляд я ощущал со стороны декурия Марка.

— Ну же, Йар, давай, скажи им что с тобой приключилось. — Наставник указал на односельчан и посмотрел на меня долгим взглядом.

Тут я понял, что он хочет, чтобы сейчас я озвучил «официальную», а значит заранее продуманную нами версию недавних событий, которая не вызовет паники у наших земляков.

Я повернулся к народу:

— Да, старейшина говорит правду. В горах я столкнулся с драконом, который сожрал вора с моим посохом. Эта тварь оказалась магической и могла менять облик. — Моё лицо залило краской от стыда: если бы подобную чушь я сказал в академии, а не на площади в деревне, меня точно подняли бы на смех. — В битве с драконом я был тяжело ранен, и трое вторженцев спасли меня и дотащили до деревни.