— Клифф, — окликнула его Тани, — Клифф!

— Чего визжишь, малая?

Лесная эльфийка повернулась к нам, и на заляпанном кровью лице я увидел настоящий ужас. Смуглая кожа стала бледной настолько, что она теперь походила на свою компаньоншу — снежную эльфийку.

— Почему они не исчезают? — прошептала она синюшными губами.

— Что? — нахмурившись, переспросил северянин, опустив ладонь.

Тани сглотнула ком в горле:

— Почему они не исчезают? — её дрожащий пальчик указал на трупы орков. — Они же должны были исчезнуть. Почему они всё ещё здесь?

Я посмотрел на неё как на умалишённую. Обойдя северянина, я ненароком толкнул того в плечо восстановившейся защитной аурой, но воин не придал этому значения. Поднявшись по ступеням веранды, я изучающе склонился над трупами.

— Почему? — уже обратившись ко мне, спросила Тани. — Они мертвы?

Я хмыкнул. Посмотрел на неё, на растерянного северянина и на Мари, которая застыла как мраморная статуя.

— Конечно мертвы, — пояснил я.

— Как? Как это возможно, дядь⁈ — её голос сорвался на всхлип.

Эмоции постепенно возвращались ко мне, и теперь мне стало даже немного жаль этих ущербных вторженцев. Они были так растерянны, что напоминали мне зелёных рекрутов, которых без подготовки сунули в самое пекло.

— Ты сейчас серьёзно? — с тенью улыбки ответил я и слегка дотронулся до рукояти вил, торчавших из груди орка.

Тани смогла лишь нервно кивнуть:

— Да…

— Ну ты и дурочка, — беззлобно ответил я и повторил жест. Вилы стали слегка покачиваться из стороны в сторону. — Он мёртв, потому что тыкать острыми предметами в сердце — опасно для здоровья.

Мой юмор остался без их внимания, а жаль. Редко кому из магов удаётся даже паршивая шутка в состоянии концентрации. Ведь для контроля энергии нужно следить за своими эмоциями.

Тут Мари наконец сбросила с себя оцепенение и, сделав шаг вперёд, произнесла:

— Вы не понимаете. После смерти игроки перерождаются. Следовательно, тело этого игрока должно было исчезнуть и появиться в точке респауна.

— Какие ещё игроки? — нахмурившись, спросил я.

Девушка потупила взгляд голубых глаз:

— Эти. Орки и тот тёмный эльф. Я, Клифф и Тани — мы тоже игроки.

Теперь настало моё время полного непонимания происходящего:

— Вы — игроки? Что это значит?

Клифф решил не оставаться в стороне и двинулся к нам:

— Ну да, мы игроки. Играем в игру. У вас же тут есть игры?

Я напрягся, когда он подошёл ближе. Память о том, как воин тёмных эльфов боевой техникой сбил меня с ног, была слишком свежей. Потому я сразу же припас защитный приём на случай, если весь этот разговор окажется постановкой и северянин решит внезапно атаковать.

— Конечно есть, — настороженно ответил я. — В карты играем, кости, лапту и много чего ещё.

Клифф нервно хохотнул:

— Мужик, да у тебя, похоже, блок стоит на самосознание. Мы игроки, а ты непись. Все, что тебя окружает тоже игра, понимаешь? — он с секунду молчал, глядя на мою молчаливую реакцию. — Так и знал. По глазам вижу, что не понимаешь. Твоя давать мне награду за спасение родителей. Вот это понимать?

Мари серьёзно посмотрела на компаньона:

— Клифф, да подожди ты со своей наградой. Тани права. Что с телами? Почему они ещё тут? Так не должно быть. Аватары игроков должны исчезать.

Я сощурился, услышав знакомое слово «Аватар». Оно как-то попадалось мне во время учёбы в академии. В одном из древних фолиантов о природе спектра связи было несколько глав о возможности переноса души в новое тело в ином мире. Эдакая проекция души из переплетения энергии.

Упоминалось даже о вторжении таких аватаров, но это больше походило на миф о мифе.

— Тогда почему они всё ещё тут? — с опаской спросила Тани.

Северянин отмахнулся:

— Да фиг его знает, честно. С этим пускай разрабы разбираются. Не может же быть такого, что мы в другом мире оказались? — он развернул руку, продемонстрировав свой наруч. — Система навыков работает. Значит это все игра.

— Ладно. Поняла. Это всё не реально, не реально… — произнесла Тани, с шумом выдохнув.

В моей голове начинала складываться картина происходящего. Похоже вторженцы после смерти должны были отправляться на перерождение. Увы, для окончательного вывода мне не хватало ответов. Потому я решил вопросами вытянуть из них недостающие знания:

— Я так понимаю, вы считаете меня ненастоящим, верно?

Клифф расхохотался:

— О, алгоритмы заработали! — северянин посмотрел на меня так, словно я только что подошёл к ним. — Да. Ты всего лишь непись.

Поджав губы, я по интонации понял, что слово «непись» звучит как-то оскорбительно. Потому сразу же решил уточнить.

— Что такое непись?

Клифф вздохнул и сделал снисходительный вид, словно собирался объяснять ребёнку почему огонь горячий.

— Ни что, а кто… Непись, мой друг, — это неигровой персонаж. Тот, кто запрограммирован на шаблонные ответы. Делает одно и то же каждый день. Да и вообще не существует в реальности! Набор единиц и нолей. Компьютерный код. Код, который должен выдать награду, но это я на всякий случай напоминаю тебе, — он подмигнул и снова протянул ладонь.

Мне понадобилась секунда на осознание, чтобы уловить суть его слов. После этого пришла моя очередь хохотать во всё горло из-за чего я спустился аж до первого спектра концентрации.

— Аха, вы думаете, что это всё не реально? Не существует меня, моих родителей, этого воздуха, земли и неба?

Мой смех эти «игроки» не оценили. Мари хмуро скосилась на Клиффа, после чего уже серьёзно вперилась в меня:

— Да. Мы в игре. Мы игроки. Мы те, кто своим присутствием создаёт всё вокруг себя. Этот мир не настоящий. Ты не настоящий, и эта деревенская дыра тоже.

Я расхохотался ещё сильнее, и на этот раз я услышал смешок и за забором. Учитель, подслушивавший наш разговор, не смог сдержать свои эмоции. Теперь и он спустился на красный спектр.

«Опасно так расслабляться» — подумал я, снова взяв контроль над эмоциями. «Но если вторженцы решили атаковать нас шутами, не знающими первооснов мироздания, то у них это неплохо получается».

Отсмеявшись от души, я вытер слёзы и серьёзно посмотрел на волшебницу:

— Дорогуша, так можно сказать про любой мир, бороздящий просторы сна Многоликого. Мир — это иллюзия. Да. Но это такая же истина, как и одновременно такая же ложь. Мир — не иллюзия. Оба этих варианта одинаково верны и неправильны.

— Дядь, что-то я вас не поняла, — робко произнесла Тани, вытерев руки краем своих обносков.

Я фыркнул:

— Вторженцы мельчают с каждой новой волной. Милочка, если вы пропускали уроки первооснов, то как вас вообще допустили до того, чтобы нападать на нас? Мир, который вас окружает, настоящий и ненастоящий одновременно. Вот для них, — я указал на трупы, — мир кончился. Они вернулись в сон Многоликого, где всё выглядит как иллюзия. А для нас он продолжает реальное существование. Понимаешь?

Её карие глаза округлились:

— Боже, Боже… получается, я только что убила человека⁈ — девушка судорожно приложила ладони к лицу, размазав брызги.

Я поморщился, но не от вида крови на милой мордашке, а от реакции вторженки на происходящее. Тем более, что в состоянии концентрации из восприятия мага исчезают цвета и то, что должно быть бурыми разводами, виделось мне как серые пятна.

Мари подошла к ней и обняв за плечи стала успокаивать, попутно приговаривая о том, что они напишут целую петицию разработчикам и засудят тех за невероятный уровень жестокости игрового процесса. И чтобы она не обращала внимание на забагованого персонажа.

Я опешил. Такая странная реакция вторженцев не была мне понятна, однако я уже мог испытывать эмоции и мне даже стало немного жаль девушку. Потому мне захотелось её как-то успокоить:

— Человека? Нет. Ты не убила человека. Это же орки, — я усмехнулся. — Ты убила орков. Нечего переживать из-за такого пустяка. В королевстве Эрол тебе за это даже спасибо скажут, — кривая улыбка застыла на моём лице.