Один из них переключился на девушек, второй продолжил молотить щит. Северянин продолжал бороться с эльфом.

Какой бы странной не была эта ситуация, она дала мне несколько секунд на концентрацию.

Я сделал выдох.

Затем перевёл себя на четвёртый спектр погружения. Орки, трава, листва превратились в серую массу. Мир для меня потерял зелёный оттенок. И лишь мельчайшие вспышки других цветов, источаемые отдельными предметами, подсказывали об их природе.

В отличие от боевой ярости, как у орков, — концентрация мага, это совершенно иное состояние вибраций. В нем эмоции не являются источником, а лишь мешают соединению с изначальным потоком. Разум мага должен быть кристально чистым, а восприятие пустым от эмоций. Это помогает лучше проводить и трансформировать хаотичные силы эфира. Если маг будет зол или испуган, то может принять в себя энергию не той частоты.

Вдох.

И я снова полностью контролировал эмоции, магические щиты и свой разум. Ещё и всплеск адреналина не прошел даром. Восприятие времени для меня на краткий миг замедлило бег.

Полезный навык для опытного мага.

Побочным эффектом состояния погружения для обладающего даром — это потеря одного из семи спектров света. От красного к фиолетовому. Чем выше спектр, тем монохромнее и темнее становиться мир. Но пребывая в этом состоянии можно увидеть, что заклинания, как свои, так чужие, так же источают свой особый свет.

Потому я сразу же увидел, что за забором нашего двора полыхает пожарище энергии.

— Учитель, — произнес я, когда узнал знакомые вибрации третьего, желтого спектра.

Однако его магический щит никуда не двигался, а всё так же находился на месте.

«Почему не помогает и не вмешивается?» — сразу же возник в голове вопрос.

Но и логичный ответ пришёл так же стремительно.

«Учитель похоже полагает, что у меня все под контролем и он не вмешивается, чтобы не показывать вторженцам, что в деревне есть ещё один маг».

— Разумно, — вслух прокомментировал я его предосторожность.

Поднявшись с земли, я окинул взглядом битву, какую и не мог себе вообразить. Бывшие пленники и напавшая на родителей цветнокожая банда устроили настоящее сражение.

— Вот это поворот…

Глава 5

Награда

— Вот это поворот, — снова повторил я, с удивлением глядя на происходящее.

Никогда.

Вообще никогда я не видел, чтобы вторженцы сражались друг с другом. Конечно, стычки между отдельными представителями случались. Разведчики империи иногда доносили подобную информацию до командиров, но, чтобы сражаться отрядом на отряд, да ещё и в присутствии обитателей нашего мира… никогда.

Но самое поразительное — это причина их столкновения!

Вместо того, чтобы объединить усилия с другими вторженцами и всем скопом броситься на меня, троица пленников решила вступиться за моих родителей.

Этот факт полностью поставил меня в тупик.

Убедившись в том, что созданный щит вокруг меня и родителей выдержит любую из атак, я снова повернулся вторженцам.

Схватка стремительно набирала силу и теперь они сражались уже как заклятые враги, а не союзники.

Северянин, несмотря на свои габариты, изловчился. До хруста вывернул руку тёмного эльфа, после чего мощно пнул противника, уступающего ему в массе. Эльф пошатнулся и упал, но Клифф не оставил ему шанса подняться. Схватив кирку, он прокричал, что-то про «мамку» и одним ударом размозжил его череп!

Тем временем на веранде дома продолжалось противостояние эльфиек и орков.

А точнее одного орка и девушек.

Оказалось, что первый орк, окончательно поддался состоянию берсерка. В беспамятстве он без оглядки на происходящее, молотил руками щит, прикрывавший родителей.

А вот второй орк решил помериться силами с двумя девчонками. Откинув свои вилы в стороны, он с воем бросился на снежную эльфийку и на полном ходу двинул той кулаком в лицо. Мари, плюхнулась задницей на пол веранды. Но, к моему удивлению, волшебница оказалась не такой хрупкой, какой была на вид. Резко сев, она выставила руку и прокричав: «Молния!», шарахнула разрядом зеленокожего.

Орка трясло несколько секунд.

Однако он смог устоять. Не обращая внимание на чёрный след обугленной плоти, оставленный от попадания заклинания волшебницы, клыкастый взвыл ещё яростнее и ринулся вперёд.

Но было уже поздно.

Тани успела воспользоваться заминкой орка, пока того трясло и схватила вилы, которое тот выбросил. Перегородив ему путь, лесная эльфийка сделала выпад. Надо отдать должное глазомеру лучницы — удар получился столь точным, что все четыре зубца прошли насквозь грудной клетки, не задев при этом рёбра.

Противник завалился на спину. Его тело забилось от предсмертных судорог. Из груди вырвался булькающий хрип, и он стал захлёбываться собственной кровью, но второй орк даже не обратил внимание на смерть товарища.

Ему было абсолютно безразлично, что его союзники пали. Полностью отдавшись своему состоянию берсерка, зеленокожий продолжал упорно и безрезультатно молотить в мой щит, прикрывавший родителей. Он уже разбил свои кулаки и теперь удары оставляли кровавые разводы на прозрачной поверхности. Но видимо боль лишь сильнее раззадоривала его.

Трое бывших пленников ошарашенно уставились на слепую ярость.

Для меня это тоже было странным. С виду орк был вполне половозрелым, а к этому возрасту они уже умеют контролировать и использовать свою ярость в нужном направлении. Но этот зеленокожий так не мог. Зверь внутри окончательно вырвался на свободу.

Я заметил, как отец внутри защитного купола накрыл собой мать, чтобы бедная женщина не видела того ужаса, что развернулся в её собственном дворе.

Сопереживание к родителям не смогло пробиться через давящий на меня поток энергии, который мне приходилось постоянно контролировать. Потому мне оставалось лишь гадать какой шок они испытывают. Но одно я чувствовал ясно — я устал от этой нелепой бойни.

Пришла пора положить конец этому столкновению.

«Хао, контур, усиление…»

Руки с каллиграфической точностью прочертили руны. Нить воздушной энергии отделился от щита, превратившись в шип, и со свистом навылет пробил грудь зеленокожего. Вихревые потоки от изменившегося давления в тончайшей области устремились следом за моим заклинанием.

Выглядело это кроваво.

Смятые лёгкие и сердце со свистом словно вытянуло в трубу. Кровавые ошмётки пролетели метров десять и с влажным шлепком врезались в окно, оставив на стекле бурые разводы.

Последний противник пал.

Я развеял свой щит и двинулся к родителям, попутно опускаясь в спектрах магии. Всё же я лишь пожевал корень, а не выпил полноценное зелье. И опустошение могло накатить с новой силой.

— Фух, — пробасил рядом со мной Клифф. — Отбились. Девчонки, — окликнул северянин эльфиек, — вот и наше первое ПВП! Мы затащили эту катку, — он отбросил кирку и встав в стойку показал двойной бицепс спереди.

Те лишь нервно кивнули ему, пытаясь совладать с дрожью.

— В-вот это погружение, — заикаясь произнесла Тани.

Я подошёл к защитному барьеру с родителями. Отец во всю пытался успокоить разрыдавшуюся маму. Жестами показав ему, чтобы они пока были здесь, я наконец повернулся к вторженцам.

— Ну, мужик, — обратился ко мне северянин, — теперь ты заплатишь начинающим авантюристам? Спасение твоих родителей достойно награды? И я великодушно могу забыть о том, что ты нас взял в плен.

Мне понадобилось время, на то, чтобы понять шутит они или нет. Однако его простодушная белоснежная улыбка и даже щенячий взгляд красноречиво намекали, что он сейчас искренен.

— Да, конечно, — спокойно ответил я. — Я благодарен тебе, вторженец. Ваше вмешательство было своевременным.

Погружение на третий спектр всё ещё подавляло эмпатию, потому я не до конца проникся героическим поступком пленников.

— Отлично, давай, — он растянулся в улыбке ещё шире и протянул руку.