— Слово аспиранту Каверину. Прошу, Сергей Алексеевич.

— В газете вы справедливо пишете, что наша жизнь превращается в сплошные мифы. Конкретные события и люди извращаются до прямой их противоположности...

— Получается миф на мифе, — поддержал оратора Васильев, так как тот сильно волновался.

— Совершенно верно. Выступавшие тут справедливо говорили о новейших способах манипулирования общественным мнением. И вот результат: 48 процентов юношей и девушек США на вопрос: «Кто с кем воевал во время Второй мировой войны?» — уверенно ответили: «Мы с русскими, и мы победили!» Еще больше небылиц накручивается вокруг известных исторических личностей: одних развенчивают в пух и прах, а других из небытия возносят на пьедестал. В этих условиях весьма непросто было выбрать конкретный миф для изучения и выступления. В этом мне помог случай. В Доме книги среди новинок я увидел совсем не модную нынче книгу. Она называется «Карл Маркс» с его портретом на обложке. Более того, здесь помещена цитата Маркса: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его». Автор книги Френсис Уин. Она переведена с английского. Автор пишет: «Когда я начал работать над этой биографией, многие друзья смотрели на меня с жалостью и скептицизмом. С какой стати, задавались они вопросом, кому-то может захотеться писать, а тем более читать о настолько дискредитированной, вышедшей из моды, не интересной сегодня личности? Но, несмотря ни на что, я не отступил, и чем глубже я узнавал Маркса, тем актуальней казалась его фигура. Нынешние ученые мужи и политики, склонные считать себя мыслителями современности, любят к месту и не к месту произносить модное словечко «глобализация», не имея при этом ни малейшего понятия о том, что Маркс занимался этим вопросом еще в 1848 году».

Обобщая анализ ситуации вокруг личности Маркса, автор заключает: «Между тем ни Маркс, ни я не могли предвидеть одного: что в конце 1990-х годов, будучи давным-давно списанным даже сибаритствующими либералами и левыми постмодернистами, он нежданно-негаданно будет провозглашен гением самыми «нечестными» старобуржуазными капиталистами. Первые признаки этой причудливой переоценки появились в октябре 1997 года, когда в специальном выпуске «Нью-Йоркера» Карл Маркс был обласкан как «великий мыслитель грядущего», как человек, способный многое поведать нам о политической коррупции, монополизации, отчуждении, неравенстве и глобальных рынках». А после начала мирового финансового кризиса в 2008 году популярность Маркса настолько возросла, что заговорили об экранизации его «Капитала».

Не могу не отметить и такое замечание Ф. Уина: «После Иисуса Христа ни один человек не вызывал подобного всеобщего поклонения и в то же время не был настолько неправильно истолкован». Развивая эту мысль, автор пишет: «Только дурак может считать Маркса ответственным за ГУЛАГ, но дураков всегда хватает». И тут же иллюстрирует это на конкретном примере. Речь идет о Леопольде Шварцшильде, написавшем злую биографическую книгу о Марксе «Красный пруссак», в которой обвиняет его во всех грехах, допущенных в социалистических странах. «Если герр Шварцшильд обнаружит в своем саду изъеденный осами плод или если, к примеру, ему на завтрак подадут подгоревший яблочный пирог, разве станет он рубить дерево?» — остроумно парирует Уин.

Эта книга навела меня на мысль попытаться разобраться с мифом о Сталине. О нем уже написаны сотни книг, и поток их не сокращается. В процессе изучения подлинных документов я обнаружил для себя немало откровений. Начну с того, что Иосиф Джугашвили (настоящая фамилия Сталина) еще юношей опубликовал в печати ряд интересных стихотворений. Он с отличием окончил духовную семинарию, что открывало ему путь в духовную академию. Но он предпочел другой путь «революционной борьбы за более справедливое общество». Еще до революции он опубликовал ряд серьезных работ.

Откровением для меня стало и то, что Генеральным секретарем ЦК Компартии, то есть первым лицом в партии, Сталин был избран в 1922 году, еще при жизни Ленина. Но во всех антисталинских книгах утверждается, что после смерти Ленина Сталин захватил власть и разгромил оппозицию, возглавляемую Троцким, который-де был более достойным преемником Ленина. В этой связи Троцкий наделяется самыми лестными эпитетами, а Сталин представляется недоразвитым, а в ряде кинофильмов и внешне, и по содержанию изображается, мягко говоря, придурком.

Учитывая регламент, сразу начну с развенчания культа Сталина. Начало ему положил Хрущев в закрытом докладе XX съезда партии в 1956 году. В нем Хрущев заявил о сокрытии Сталиным завещания Ленина, которое в СССР находилось «за семью печатями». И таким образом, ему удалось возглавить партию вопреки воле Ленина. Это глубочайшие извращения.

В 20-е годы в СССР публиковались не только стенограммы съездов и пленумов ЦК партии, но и речи руководителей, принимавших участие в политических дискуссиях. Изучая материалы, я убедился, что никакого завещания Ленина не было. Такое название придумал американский публицист Истмен ленинскому «Письму к съезду» в своей книге «После смерти Ленина», где не жалел черных красок для характеристики советской власти и партии большевиков и благожелательно отзывался о Троцком и троцкистах.

«Письмо к съезду» Владимир Ильич продиктовал во время своей болезни. Сторонники Троцкого развернули кампанию против Сталина, эпицентром которой были выдержки из ленинского «Письма к съезду».

Чтобы прекратить разного рода кривотолки и спекуляции оппозиции, Политбюро приняло решение зачитать «Письмо» на съезде. Его обсуждение проходило в делегациях региональных партийных организаций, и каждая из них должна была проголосовать за свою кандидатуру на главный пост в партии. В результате ни одной кандидатуры, кроме Сталина, предложено не было. Поразительно, но факт: Троцкий и его сторонники-делегаты тоже голосовали «за». Тем не менее на пленуме, избранном XIII съездом партии, Сталин подал в отставку, но ему было единогласно предложено оставаться на своем посту.

Однако и после этого инсинуации вокруг «завещания» Ленина продолжались. Тогда члены Политбюро предложили Троцкому отмежеваться от клеветы Истмена, ссылавшегося на него как на лидера оппозиции. В статье «По поводу книги Истмена «После смерти Ленина»», опубликованной в журнале «Большевик» № 16 за 1925 год, Троцкий пишет: «В нескольких местах книжки Истмен говорит о том, что ЦК «скрыл» от партии ряд исключительно важных документов, написанных Лениным в последний период его жизни (дело касается писем но национальному вопросу, так называемого завещания и пр.); это нельзя назвать иначе, как клеветой на ЦК нашей партии. Из слов Истмена можно сделать тот вывод, будто Владимир Ильич предназначал эти письма, имевшие характер внутриорганизационных советов, для печати. На самом деле это совершенно не верно. Владимир Ильич со времени своей болезни не раз обращался к съезду с предложениями, письмами и пр. Все эти письма и предложения, само собой разумеется, всегда доставлялись по назначению, доводились до сведения делегатов XII и XIII съездов партии и всегда, разумеется, оказывали надлежащее влияние на решения партии, и если не все эти письма напечатаны, то потому, что они не предназначались их автором для печати. Никакого «завещания» Владимир Ильич не оставлял, и самый характер его отношения к партии, как характер самой партии, исключали возможность такого «завещания». Под видом «завещания» в иммигрантской и иностранной буржуазной и меньшевистской печати упоминается обычно (в искаженном до неузнаваемости виде) одно из писем Владимира Ильича, заключающее в себе советы организационного порядка. XIII съезд партии внимательнейшим образом отнесся к этому письму, как ко всем другим, и сделал из него выводы применительно к условиям и обстоятельствам момента. Всякие разговоры о скрытом или нарушенном «завещании» представляют собой злостный вымысел и целиком направлены против фактической воли Владимира Ильича и интересов созданной им партии».