В лютеранской библии 1906 года содержится интересная подробность по поводу того, что вся конструкция имела «подобие престола по виду как бы из камня сапфира, а над подобием престола было как бы подобие человека вверху на нем». Это сразу же наводит на мысль о какой-то неведомой технологии. Что же все-таки видел Иезекиль? Верующие читатели Библии скажут, что это было видение. Данная версия исключается, поскольку Иезекиль описывает не только то, что видел, но и то, что слышал, а именно: странный шум. Кроме того, далее по ходу повествования в полете ему предлагают еду, он ест и начинает чувствовать себя гораздо лучше.
У одного из ведущих инженеров НАСА Джозефа Блумрича этот библейский текст вызывал удивление. Поэтому он сел за чертежную доску и, строго следуя данным, приведенным в Книге Иезекиля, воспроизвел описанный пророком аппарат. В земной атмосфере этот аппарат перемещался с помощью четырех винтов. Именно их лопасти Иезекиль называет «крыльями», которые создавали страшный грохот, сравнимый с шумом водопада. «Прямые ноги с подошвами, блестящими, словно начищенная медь», — это роторы с тарелками для приземления.
Разумеется, речь идет не о космолете, способном преодолевать межзвездные расстояния. Этот аппарат, очевидно, обеспечивал челночное сообщение между материнским кораблем и поверхностью планет. Двигателем служил ядерный реактор, расположенный в центре летающего объекта. Этот реактор и извергал пламя посреди четырех крылатых существ, о чем свидетельствует Иезекиль. В НАСА хорошенько подумали и в конце концов разработали новое колесо. За его конструкцию получен патент США за номером 3789947. Это колесо, которое может катиться под любым углом без какого-либо управляющего движения, будет предположительно использоваться при посадке на Марс.
Но путешествие Иезекиля продолжалось. Космический корабль перевозил его в далекую страну на «очень-очень высокую гору». Кто полагает, что пророк был перевезен в Израиль, как это гласит Библия, ошибается. В этом легко убедиться, сравнив различные издания Священного Писания. Слово «Израиль» было вставлено в его текст впоследствии переводчиком, а в оригинале конкретное место вообще не указывается. К тому же в Израиле нет ни одной очень высокой горы.
Далее Иезекиль рассказывает о находившемся сверху человеке, державшем в руках мерную рейку и веревку. Он предложил пророку отметить все происходившее, ибо с этой целью его и взяли на борт. В главах 40—48 Книги Иезекиля подробно записаны данные измерений сверкающего человека и большого здания, географические координаты и даже описаны рисунки на стенах. Внимательный наблюдатель не забыл упомянуть небольшую речушку, протекавшую рядом со зданием, которая впоследствии превращалась в мощный поток, прежде чем впадала в море. Древние теологи предполагали в этом описании видение храма, якобы Иезекиль нарисовал картину храма в будущем Иерусалиме.
Однажды в одной телевизионной передаче я интервьюировал инженера Ганса Герберта Байера, который на основании данных, приведенных в Книге Иезекиля, реконструировал храм пророка. Я спросил его: «Господин Байер, что представляет собой созданная вами модель и какой библией вы пользовались?» — «Я пользовался очень многими библиями, порой противоречащими друг другу, — сказал он. — Это были тридцать разных изданий. В них пророк сообщает точные данные, позволяющие реконструировать комплекс зданий. Он приводит поразительно точные данные, и я могу подтвердить это на одном примере. Встреча между Иезекилем и его провожатым была хорошо подготовлена. Этот самый провожатый имел при себе мерный прут и мерную веревку. «Вы имеете в виду то самое существо, которое в Библии описывается как медный человек?» — опять спросил я Байера.
«Совершенно верно, — ответил он. — Иезекиля встретили перед зданием и проводили внутрь через ворота. С этого момента в повествовании появляются точные цифры. Иезекиль описывает квадратные комнаты, длина стороны каждой из которых составляет шесть локтей, или примерно пятьдесят три сантиметра. Он указывает ширину промежутков в пять локтей и приводит общие длину и ширину, благодаря чему у нас имеются все необходимые размерные данные. Общая площадь здания составляет двести пятьдесят квадратных метров. Комплекс сооружен в форме террас. Это не замкнутый храм, а открытое здание без крыши: именно это и сбивало с толку прежних исследователей, пытавшихся реконструировать непременно замкнутое здание. Единственное решение, сообразующееся с описанием Иезекиля, — открытое сооружение. Например, он говорит, что храм «более и более расширялся кругом вверх боковыми комнатами, потому что окружность храма восходила выше и выше вокруг храма, и потому храм имел большую ширину вверху», и отмечает, что из одних комнат открывался доступ в другие.
В притихшем зале голос Дэникена звучал негромко, но четко. Было ощущение, что этот замечательный исследователь давно минувших времен выступает не с трибуны, а сидя за столом в кругу друзей и рассказывает им о своей только что завершенной поездке в далекие загадочные края. И то заинтересованное внимание, с каким слушали присутствующие, говорило о том, что это были люди тоже немало знавшие о прошлом, глубоко их волновавшем. Но вот Дэникен прервал речь, отпил глоток воды из стакана, стоявшего на трибуне, и спросил:
— Не утомил вас, коллеги?
— Нет, нет! — дружно загудел зал.
Дэникен, словно успокоившись, продолжил свой рассказ:
— Я рассказал г-ну Байеру о том, что один из ведущих конструкторов НАСА Джозеф Блумрич реконструировал летательный аппарат, описанный Иезекилем. Как и вы, господин Байер, он проделал блестящую работу. И я спросил его: «Когда вы приступили к реконструкции здания, вам были известны результаты, полученные Блумричем?» — «Я узнал о них только на завершающей стадии моей работы, — сказал Байер, — когда концепция конструкции храма была уже практически готова. Как это ни забавно, но вначале я не усмотрел никакой взаимосвязи между нашими исследованиями, поскольку читал в Библии только те места, где речь шла о размерах здания». — «Вы потом познакомились с Блумричем?» — «Да, всего несколько недель назад». — «Интересно, насколько согласуются результаты реконструкции так называемого храма и летательного аппарата?» — поинтересовался я. На это Байер сказал: «Практически идеально. Господин Блумрич даже смог усовершенствовать свою концепцию на основании более точных данных о размерах храма. В конечном итоге он пришел к заключению: его летательный аппарат имел наземную базу, что обеспечивало экономию топлива». «Господин Байер, — опять сказал я, — вы написали о своей работе чрезвычайно увлекательную книгу. Не могли бы вы в двух-трех фразах изложить основные выводы исследований, проведенных вами и Блумричем?» «Во-первых, — ответил он, — описанное пророком Иезекилем здание, вероятнее всего, существовало в реальности. Во-вторых, оно находилось не в Вавилоне, не в Израиле, а где-то очень далеко от тех мест. В-третьих, результаты моей работы подтверждают результаты работы господина Блумрича, а также подтверждают то, что Иезекиль был выдающимся наблюдателем, сумевшим средствами своего языка и своей эпохи прекрасно описать увиденное».
Закончив на этом рассказ о своей беседе с Байером, Дэникен несколько торжественно заключил:
— Итак, сегодня мы можем на основании результатов работы двух независимых исследователей представить, что произошло в библейские времена. Иезекиля доставляют на летательном аппарате на «очень-очень высокую гору». На ней стоит храм, который в действительности являлся базой для летательного аппарата.
Что же такое Книга Иезекиля? Не что иное, как предсказание будущего. Сверкающий «медный человек», который сопровождал пророка и попросил его точно записать все данные, прекрасно отдавал себе отчет в том, что он делал. Он знал, что поколению Иезекиля ничего не известно о продвинутых технологиях и космонавтике. Но он знал и то, что когда-нибудь наступит эра техники, и тогда потомки пророка Иезекиля поймут, что тот имел в виду в своей Книге. Это послание предназначалось для будущих поколений. Адресатами являемся мы. Наше поколение первым оказалось в состоянии проникнуть в истинный смысл древних текстов.
