— Я… я не хотела тебя потерять.

Признание далось легко. На вздохе.

Рэддок вдруг обнял меня — крепко, почти до боли — и коснулся губами губ. Соленые. Слезы? Море? Да какая, к черту, разница!..

Глава 4.

— Я позвонил отцу, — признался Рэддок, когда «Лузитания» под веселое наяривание оркестра вышла из порта. — Из бара.

Разумно. Вряд ли стоило телефонировать из особняка, где любой мог снять параллельную трубку.

— Кхм, — кашлянула я, вытащила из сумочки чистый носовой платок и потянулась, чтобы вытереть его губы. — У тебя тут помада… Кажется, все. Полагаю, новость его не обрадовала?

— Как сказать, — ответил он неожиданно. — У меня сложилось впечатление, что он рад звонку. Возможно, конечно, для отвода глаз…

Я кашлянула — тема родни опасней тонкого льда — и все-таки спросила:

— А что говорит твое чутье?

Рэддок помолчал. Потер затылок.

— Не знаю! — сказал он с досадой. — Правда отец непричастен или мне хочется так думать?

Чем я могла его утешить? Подозревать близких — последнее дело. Разве что…

— Думаю, непричастен.

Он удивленно обернулся.

— Серьезно?

Я дернула плечом.

— Вполне. Сам посуди. Для начала, вряд ли он приставил к тебе постоянную слежку.

— Это точно, — хмыкнул Рэддок. — Может, я бы и не сразу заметил соглядатая, но заметил — точно. Хочешь сказать, отцу неоткуда было узнать о свадьбе?

— Именно. Узнать о свадьбе, оперативно раздобыть компромат, выяснить, куда его следует прислать… Откуда бы ему знать, что этой ночью мы окажемся в полиции?

Рэддок пожевал губами.

— Знаешь, с такой точки зрения я на это не смотрел.

Разумеется. Ты ведь привык, что отец умный и почти что всезнающий.

Впрочем, этого я не сказала.

— Это было во-первых… Проклятая юбка!

Рэддок вовремя подхватил меня за талию, не давая упасть.

— Лили, прошу тебя, осторожнее. Куда ты так торопишься?

Каюсь, я совсем отвыкла от ярдов ткани, в которых волей-неволей приходится не идти, а семенить.

— Во-вторых, — продолжила я, боясь потерять мысль, — ты знаешь своего отца. Он и впрямь способен на шантаж?

— Ради важной цели? Несомненно! — ответил Рэддок, не задумываясь, и покосился на меня. — Девиз «цель оправдывает средства» очень ему близок.

— М-да? Что же, тебе виднее. Тогда в-третьих. Рэддок, почему анонимку прислали мне? Ведь опорочить невесту в твоих глазах было бы куда логичнее, верно?

Глаза Рэддока загорелись.

— Кажется, — сказал он сокрушенно, — я совсем разучился думать. Конечно, ты права! В конце концов, что мешало тебе просто спрятать это злосчастное письмо? Ведь мы собирались пожениться через каких-то несколько часов!

Сожаление в его голосе было, что скрывать, мне приятно.

— Тогда твоему отцу пришлось бы или перехватывать нас прямо в мэрии, или добиваться последующего развода, что было бы не так просто.

Рэддок остановился, взял мои руки в свои и сказал нежно:

— Лили, ты необыкновенная женщина! Если бы я не был в тебя до смерти влюблен, то влюбился бы прямо сейчас.

В особняке меня поджидал сюрприз.

Сюрприз метался по гостиной, нервно поправлял рыжие кудри и кусал губы.

— Фло? — поразилась я. — Ты тут какими судьбами?

— Прости, — она провела рукой по лбу. — Я без приглашения…

Я отмахнулась. Светские условности давно были для меня сродни помех на телефонной линии. Досада, да и только.

— Что-то случилось? — спросила я мягко. — Не подумай, что я не рада тебя видеть…

Фло посмотрела на Рэддока. Заметив этот панический взгляд, тот чуть прищурился.

— Дамы, прошу меня простить. Срочный звонок.

Я благодарно ему улыбнулась. Умница!

— Конечно.

Закрыла за ним дверь, плеснула в бокал на палец бренди и велела Фло:

— Выпей!

Вид у нее был такой, будто она вот-вот хлопнется в обморок.

Очевидно, это было недалеко от истины, поскольку она даже спорить не стала. Давясь, проглотила виски, отставила пустой бокал и утомленно опустила веки.

— Наверное, это мне и вправду было нужно. Для храбрости.

— Кхм? — только и сказала я.

Чуялось, что новости меня ждут не из приятных. Снова.

Ходить вокруг да около она не стала. Стиснула кулаки и попросила просто:

— Увези нас отсюда.

Должно быть, выражение лица у меня сделалось… странным, потому что она поторопилась объяснить:

— Меня с сыном. Ты ведь теперь… помогаешь людям, верно? Конечно, я заплачу!

Я отмахнулась. Еще не хватало брать деньги с Фло! Видно же, что положение у нее отчаянное. Губы искусаны, глаза блестят нездорово, прическа растрепана… Что могло довести хохотушку Флоренс до такого⁈

— Ты хочешь уйти от мужа, — проговорила я медленно. — Не хочешь рассказать подробности? Не сочти меня любопытной, это нужно для дела.

Она помотала головой и схватила меня за руку. Пальцы у Фло были ледяные.

— Я не могу! — выпалила она с отчаянием. — Просто не могу.

И свободной рукой схватилась за горло.

Сдается мне, это никакой не женский стыд…

— Клятва? — поинтересовалась я тихо.

Она судорожно кивнула.

Проклятье!

Я успела снабдить Фло списком дел и выставить аккурат перед возвращением Рэддока. Или он специально дожидался, пока она уйдет? Впрочем, не важно.

— Что-то случилось? — спросил он с явственным беспокойством.

— Пока не знаю… Да, Джуди?

Горничная стояла на пороге с письмом в руке. Теток бы удар хватил, ведь корреспонденцию положено приносить исключительно на подносе!

Но я, конечно, об этом и не заикнулась.

— Простите, мисс. — Горничная переминалась с ноги на ногу. — Но мне сказали, что это срочно!

Она сделала книксен, торопливо сунула мне письмо и умчалась.

Я взглянула на конверт.

«Мисс Лилиан Корбетт» значилось там.

Обратного адреса не было.

— Снова «Доброжелатель»? — нахмурился Рэддок. — Любопытно, чего он хочет на этот раз? Мою голову на блюде?

Хмыкнув, я заметила:

— Танцую я недурно, но на Саломею не тяну.

Он нехотя улыбнулся.

— Да уж. Позволишь?

Самое время научиться доверять, не так ли?

Я вложила нераспечатанное письмо в его протянутую ладонь, и лицо Рэддока смягчилось.

Он поцеловал мои пальцы, больше привыкшие к чашке с кофе и револьверу, чем к бокалу шампанского и драгоценностям.

И вскрыл конверт.

«Уважаемая мисс Корбетт, — написано было от руки, резким почерком. — Возьму на себя смелость пригласить Вас на ланч. Сегодня, в три пополудни, в „Блу Стар“. Рад буду видеть у себя в гостях также Вашего друга. Рэй Янг»

— Друга — очевидно, меня? — произнес Рэддок задумчиво. — Как думаешь, что ему нужно?

Я пожала плечами.

— Мистер Янг — очень приятный джентльмен. И, кхм, близкий друг моей тетки Беверли.

В этом доме лучше было не называть вещи своими именами. Кто знает, из какой стены растут уши?

Мое «кхм» заставило Рэддока приподнять брови.

— Близкий друг, говоришь? Тогда тем более интересно. Пойдем?

— Непременно. Только сначала нужно еще кое-что сделать. Как думаешь, который час во Фриско?

— Поздний, — уголки губ Рэддока приподнялись в улыбке. — Наверняка вытащишь кузена Дэнни из постели.

И откуда он все знает?..

— Лили, — голос Дэнни и впрямь был сонным. — Я, конечно, рад тебя слышать. Но если ты разбудила меня только, чтобы сообщить о своем возвращении…

— Заткнись, — перебила я резко. — И слушай. Я пока не собираюсь возвращаться.

Молчание в трубке было красноречивее любого ответа, а потому я продолжила, столь же ровно и четко:

— Меня шантажируют. Снимками, которые сделал когда-то Фримен. Я хочу, чтобы ты навел справки. В первую очередь, среди моих университетских подруг. Имена и адреса — в моей записной книжке. Возможно, устаревшие, но…