— Ты хочешь заплатить вместо неё? — Посмотрев на Леонарда, Александр вздохнул.

Демон раздора сглотнул слюну, после чего кивнул. От чего Александр снова издал тяжёлый вздох.

— Ты дал мне слово, что будешь служить 100 лет, и я бы мог увеличить этот срок, но мне на самом деле не нужен слуга. Будем считать, что я помог безвозмездно, просто потому, что у вас нет того, что мне нужно…

Сказав это, Александр закрыл глаза. Он изначально хотел заставить демона служить себе 10000 лет, однако, понимая, что за этот срок он достигнет такого уровня силы, что даже асуры будут муравьями перед ним, он решил, что ему не нужен слуга…

Однако Леонард не знал мыслей капитана Алеина, по этому, услышав, что взамен за жизнь Вексаны Александр не возьмёт оплаты, в голове демона что-то щёлкнуло.

— Я ещё раз хочу вас поблагодарить, — почтительно поклонился он, — если вам когда-то потребуется моя жизнь, я готов умереть за вас, Адонай, — склонив одно колено, серьёзно сказал он.

Александр помахал рукой, чтобы демон его не отвлекал. Он собирался вернуться к тренировкам и продолжить постигать законы пространства.

— Если хочешь быть мне полезен, перестань болтать и садись тренироваться. — Сказав это, Александр полностью отстранился от внешнего мира, вернувшись к законам пространства.

Леонард кивнул, приняв слова Алеина как приказ. Демон несколько раз окинул взглядом тронный зал, заметив, что место рядом с троном имеет странное поле.

Приблизившись к трону, глаза Леонарда округлились. В этом поле пространство как будто было разорвано, и аспекты законов были в хаосе, из-за чего их постижение становилось проще в десятки раз.

«Надеюсь, лорд Алеин не будет против, если я встану рядом с троном?» — Краем глаза посмотрев на Алеина и на Мелани у того на колене, Леонард решил, что может постоять на страже, заодно практикуясь.

…

Вернувшись к тренировкам, Александр наконец-то мог приступить к постижению аспектов «Разрыв» и «Сшивание».

Эти законы пространства относились к законам о «сущности и состоянии», слитые воедино.

Александр видел это посредством наблюдения за тем, как затягивается разлом, ведущий в пустоту. Однако в хаотическом пространстве эти разломы появлялись и затягивались постоянно, будто кто-то постоянно рвал и сшивал хаотичное пространство, что было очень опасно для наблюдателя.

— Это свойство пустоты является лучшим способом защититься от воздействия гравитации, то есть от воздействия на вас пространства, потому что вы как субъект относитесь к материи, — пробормотал Александр.

«От гравитации невозможно защититься без собственного поля гравитации или же без прилегания к аспектам пустоты. В пустоте нет взаимодействия между пространством и материей, что не даёт проявиться законам гравитации. В пустоте не работает гравитация, так же как и время, и любые другие законы, не связанные с пустотой».

Александр пытался понять, как пустота воздействует на пространство, однако это относилось к высшим законам пространства и являлось сложной задачей даже для сильнейших практиков. Поэтому он пока не мог отвлекаться на более сложные законы.

Однако он всё равно сделал несколько выводов об аспектах пустоты, чтобы в будущем ему было проще понять, как пустота взаимодействует с пространством.

«Пустота определяет существование пространства, проецируя взаимодействие законов времени на энергию, что позволяет пространству существовать».

«Пространство невозможно окончательно разрушить, потому что взаимодействия законов времени на энергию в пустоте заставляют проявляться пространству, восстанавливая его».

«Поэтому при разрыве или разломе пространства, разрыв стремится заполнить пустоту, проявляя пространство».

Пока Александр наблюдал за трещинами в пространстве, он также помогал принцессе Мелани постигать законы тьмы.

На самом деле, если сравнивать, то помощь ей была настолько лёгкой задачей в сравнении с постижением законов пространства, что Александр, наоборот, ощущал отдых, иногда отвлекаясь на неё.

Мелани решила сосредоточиться на 6-й эссенции, а именно на законе тьмы: «саморепликация», позволяющем законам тьмы порождать самих себя, что делало заклятия поистине ужасающими.

Это сильно увеличивает мощь заклинаний и может даже позволить создать непрерывный цикл атак, заставляя заклятие самореплицироваться, обращая на противника океан бесконечных атак.

Мелани неплохо справлялась с постижением закона, особенно когда его подали ей «на блюдечке»: перед этим обездвижили, приготовили и порезали на куски.

Всё, что ей оставалось, — это взять вилку и проглотить аспекты один за другим, что вынуждало принцессу испытывать стыд.

«Я думала, что моя помощь Александру в прошлый раз была чем-то особенным, однако всё, что я сделала, — это разделила поток законов, отделив только те, что относятся к закону формы», — мысленно проговорила она.

«Однако Александр не просто разделил законы, выделив закон саморепликации из законов тьмы. Он так же упорядочил их по сложности, обездвижил, делая их проще для понимания, разрушил оболочку, в которой находятся нити закона, и даже разделил их на части, чтобы мне было их проще усвоить…»

Мелани была смущена таким отношением, потому что даже её наставница, помогая ей, максимум давала ей наставления о том, как проще постигать тот или иной закон. Однако сейчас за неё выполнили больше половины работы и даже открыли ей глаза на реальный мир, показав устройство всего из четвёртого измерения, от чего её понимание начало расти по экспоненте.

Изначально, недавно освоив 5-й закон об энтропии, Мелани даже не надеялась в ближайшую сотню лет освоить 6-й закон.

Сейчас же её успехи были колоссальны: за месяц она освоила 1300 аспектов, что составляло 39 % от 6-й эссенции. И даже при этом она могла бы постичь больше, потому что законы поступали к ней почти в неограниченном количестве. Всё, что её замедляло, — это её талант, она просто не могла поспевать за поступающими к ней готовыми «на блюдечке» аспектами законов.

…

В это же время Александр продвигался к постижению аспектов «разрыв» и «сшивание» семимильными шагами.

Он иногда открывал глаза, поднимая руку, после чего пространство перед ним разрывалось, а в следующую секунду опять восстанавливалось, будто разрыв зашили назад.

Леонард, тренирующийся рядом, впервые увидев это, с ужасом открыл глаза, смотря на капитана Алеина.

«Сначала создал собственное измерение, теперь спустя всего полмесяца он может разрывать и сшивать пространство, почти достигнув полного освоения этих двух аспектов», — мысленно сглотнул слюну он.