‑ Это хорошие деньги, Лири! – негромко произнес Лекс. По его лицу было видно, что он давно уже злился, и теперь эта ярость пыталась прорваться наружу. – И я не понимаю, почему ты сопротивляешься! За такую сумму…
‑ А я вижу, ты отлично знаешь, сколько стоит завести содержанку в Марвенне, – язвительно сообщила ему. – Но вот что я тебе скажу: сегодня ты перечеркнул вообще все… Все мое доброе к тебе отношение! Все теплые воспоминания о нашей детской дружбе. Поэтому… С этого момента мне на тебя наплевать! Живи как хочешь и делай что хочешь, но держись от меня подальше! И от Агнес тоже!
Лекс неверяще отшатнулся.
‑ Ах вот ты как!.. Ты еще об этом пожалеешь…
‑ Это ты об этом пожалеешь, – сообщила ему. – Если ты еще раз приблизишься ко мне или к нашему дому, то я расскажу обо всем не только Агнес, но и всей академии! О том, что ты собираешься жениться на ее деньгах, а меня принуждаешь стать твоей любовницей. Интересно, что сделают с тобой мои друзья?
Шейнар Корвин, например, которому небезразлична моя судьба.
Затем я немного посмотрела на то, как Лекс тянул ко мне руку, собираясь схватить меня за плечо, после чего…
Что было у него на уме, я так и не узнала, потому что дневник в сумке вспыхнул возмущенным синим цветом, что означало: «Наших бьют!» И уже в следующую секунду «ненаших» в лице Лекса протащило по земле, после чего с огромной силой зашвырнуло в ближайшие кусты.
Но и там это кому‑то не понравилось. Оказалось, целовавшейся в тех самых кустах парочке, которая еще и добавила…
Не мне, а Лексу.
Затем они выбрались на дорожку, и девица – кажется, с четвертого курса, – поправляя одежду и прическу, возмущенным голосом заявила, что они слышали весь наш разговор.
‑ Жаль, что ты его не прикончила, – добавила она. – Вы, Светлые, слишком уж добросердечные. Но если бы я услышала от тебя такое, Кирк… – И с многозначительным видом посмотрела на своего кавалера, который вылез за ней следом. – Ты бы не выжил, обещаю! – резюмировала она.
Тут‑то я поняла, что именно чавкало и шуршало с той стороны. Подумала на будущее: «Так, с Кирком не целоваться, засосет!» – но решила, что такое мне вряд ли светит.
И слава Богам!
‑ Ну я пойду, – сообщила я парочке, рассматривавшей пытавшегося подняться на ноги Лекса. – Но вы это… Слишком уж сильно его не бейте. Он же Светлый, боюсь, не выдержит подобного огорчения, – добавила я напоследок.
Ну, раз уж меня в этой академии считали слишком добросердечной.
Прибавила шагу, затем свернула на дорожку, ведущую к женскому общежитию, где и вспомнила о дневнике. Нет, не о том, как мой артефакт ловко отправил уже третьего парня куда подальше, а о сообщении, появившемся еще в банке.
С того момента у меня не было времени… Хорошо, время у меня имелось, но сперва дневник вылетел из головы, затем я была занята побегом от троицы Долговязого Джо, после чего разговором с Лексом.
Зато сейчас я уселась на лавочку под фонарем в форме оскалившегося волка, открыла артефакт и обнаружила там последнее сообщение от себя самой.
«Прошлое снова изменилось, – гласило оно. – Теперь в ваших газетах за завтрашний день сообщается, что ночью в Академии Темных Сил было совершено преступление и найден труп».
Я икнула, но все же собралась с мыслями и продолжила читать:
«Чей именно, не пишут, а собственные воспоминания об этой ночи я пока еще не могу восстановить. После каждого изменения прошлого мой разум надолго затягивает туманом. Поэтому будь осторожна!»
И все. Больше ничего не было.
Закрыв дневник, я уставилась на оскалившегося волка, словно проглотившего ярко‑красный шар. В голове крутилось одно… Только чьего‑то трупа мне сегодня не хватало!
Но если прошлое постоянно меняется, то, быть может, я еще успею предотвратить преступление?!
Глава 6
Дверь в нашу комнату мне открыла Вендис.
Сделала это даже раньше, чем я успела вспомнить, что сперва нужно приложить ладонь к ручке, затем замереть на секунду, позволяя охранным заклинаниям считать мою ауру и разрешить мне войти.
Но стоило мне остановиться за дверью, как та моментально распахнулась, и я уставилась в бледное лицо соседки.
‑ Что случилось?! – выдохнула я, потому что у меня имелись самые веские причины для волнения.
Всю дорогу до общежития я пыталась придумать, как мне остановить преступление, о котором мне известно… ровным счетом ни‑че‑го! Академия огромная – здесь и преподаватели, и студенты с боевого факультета, и целители, и работники. Поди еще пойми, кто, кого и когда убьет!
Надеюсь, что не Лекса, стукнула мне в голову мысль. Но я всесторонне ее обдумала, после чего решительно отмела, подумав, что ему ничего не грозит. Убивать его Темные не станут – побрезгуют.
Но если это не он, тогда… кто?!
Огромный список потенциальных жертв уменьшился на одного кандидата, и проще мне от этого не стало.
Так ничего и не придумав – ну, кроме того, чтобы поскорее добраться до письменного стола, обзавестись чернильницей и пером, после чего попросить у себя самой из будущего рассказать поподробнее о преступлении, – я словно вихрь влетела в общежитие.
А тут… Вендис. Стоит, молчит и круглит глаза, словно пытается подобрать слова и не знает, как мне обо всем рассказать.
‑ Кто?! – выдавила я, ввалившись в комнату. – Это был кто‑то… из наших?!
‑ Ты о чем? – растерялась соседка. – Я… Я хотела тебе сказать, что…
Снова замолчала, и я внезапно почувствовала, как меня охватывает непреодолимое, можно сказать, Темное желание схватить Вендис за плечи и трясти так долго, пока из нее не посыплются наружу слова.
‑ Не томи! – вместо этого попросила я, потому что она все еще молчала.
‑ Банди пропал, – наконец призналась Вендис, а я…
Я подошла и без сил опустилась на кровать.
Только не он! – промелькнуло в голове.
С другой стороны… Нет, труп и преступление, о которых говорилось в дневнике, не могли иметь отношения к моему коту! Случись что‑то с Банди, вряд ли бы об этом трубили в столичных газетах на следующее утро.
‑ Он не появлялся с тех пор, как его напугала Агнес. Ну, своим зеленым лицом, – начала Вендис. – Мне об этом рассказали позже, потому что я сама была в библиотеке. Ты же знаешь, что нам задали…
‑ Знаю. Дальше! – потребовала я.
‑ Долго я там не задержалась. Вернулась в общежитие, но тебя уже не застала. И все это время я была в комнате и ждала Банди. Наше окно было открыто, но он… Я даже выходила звать его на улицу, но все бесполезно. Кот так и не пришел!
Сказав это, Вендис уставилась на меня круглыми глазами.
‑ А что, если?.. – начала она.
‑ Если что?! – выдохнула я.
Тут в дверь постучали, и мы обе подпрыгнули на месте.
‑ Думаю, это новости о Банди, – быстро произнесла Вендис и кинулась к двери.
Но к нам явился вовсе не кот, решивший войти через парадную дверь, презрев открытое для него окно. Вместо этого пришла распорядительница общежития и принесла… записку.
Адресованную мне.
Заявила, что та таинственным образом появилась на стойке возле ее конторки. Да, для Лирьен Астер.
Вообще‑то, она – никакой не курьер и передавать послания студенткам не нанималась. Ей за такое не платят! Но отправитель оставил коробку конфет, поэтому она не поленилась и дошла до нашей комнаты.
Сказав это, распорядительница сунула мне в руки белый конверт с выведенным на нем моим именем. Затем развернулась и ушла – подозреваю, лакомиться конфетами, хотя Вендис спросила, уверена ли та, что коробка не была предназначена для Лирьен вместе с письмом.
Но распорядительница была полностью уверена в том, что это ее добыча.
‑ Кто тебе это прислал? – спросила Вендис, когда мы с ней вернулись в комнату и закрыли за собой дверь. – Дай‑ка мне, я проверю конверт на Темные заклинания.
‑ Я только что проверяла…
‑ На Светлые, – подхватила она. – Темные намного коварнее!
