И потому надо сбавить градус выступлений, армия святое, и начальство не упоминать. Да и смысла нет, студенты все молодые, память у большинства отменная, а наши шоу молодежь пересматривала по всему Союзу, как мне сообщили в Ташкенте. Ну да, статистика, но опросы среди молодняка проводили студенческие организации, и наши «Разговоры обо всем» весьма популярны. И судя по всему, мне предстоят короткие командировки в региональные центры и крупные города, именно для проведения шоу. Обязательно присутствие моих жен, в качестве моих ассистентов-соведущих, но это уже я пробил, потому как мой каприз. Но особо никто не сопротивлялся, зато выставили условие присутствия моих демонов, и обязательные аксессуары в качестве украшений. Ну, пистолеты, Булава, атамы, желателен посох. И в форме одежды индийские костюмы вполне устраивают руководство, ибо строго и классика. Ну, еще допустимы френчи, классические костюмы и русские мотивы, типа косоворотки или безрукавки из шкуры магической или хтонической твари. Это они мне так намекают на то, что сгорела огромная шкура Царевны-Лягушки, мол, нежней надо было. А я просто не знаю, чем еще такую тварь пробить? Сотня метров в холке, масса за триста тонн. Это же ужас хтонический, причем магический усиленный. Вот и шарахнул ото всей души, благо что в ненаселенке дело было, до города еще сорок километров оставалось. Четыре мегатонны есть четыре мегатонны, в радиусе полукилометра уничтожено все полностью, лягву просто испарило, а косточки сгорели в пламени аннигиляции.

Силантьева я нашел около лающихся шаманов, и отозвал его в сторонку.

— Вот, Прохор Прохорович. — Я протянул ему свой скетчбук с зарисовками. — Что навеяло, то запечатлил.

— Молодец. — Не глядя сунул в свой портфель тетрадку старый маг, и пригласил меня присесть на добротный пластиковый стул, даже скорее легкое кресло. Полипропиленовое оно-то полипропиленовое, но отлито надежно, под моими ста восьмидесятью килограммами даже шелохнулось. — поговорить надо.

Вокруг нас поднялся Полог Отрицания, весьма хитромудрая штуковина, требующая филигранного владения техникой. Я умею, но стараюсь пользоваться пореже, есть пяток других щитов, попроще.

— Короче, Аким, я запрещаю тебе в течении года появляться в Индии, Пакистане, Бангладеш. Погоди. — Силантьев поднял руку. — Учебу продолжишь, я договорился с ректорами университетов, будешь сдавать зачеты и экзамены в астральных кабинетах. Архимаги всегда договорятся с архимагами, учти это. Исключение только нарушение присяги и личных магических клятв. Мы стараемся не конфликтовать, потому как иначе можно, как ты сказал, планету с орбиты подвинуть.

Теперь насчет твоей любовницы. За погибшее дитя ты имеешь право на месть, спору нет. Спускать такое магу твоей силы нельзя, категорически. Но ты госслужащий, понимаешь? То, что ты творил в отпуске, это одно. Отпускники, это отдельная каста, за вас никто не отвечает. Так что одиннадцать месяцев ты служишь стране лично, а потом можешь попробовать. Про вашу с демоницей связь индусы не знают, потому особых проблем с путешествием не будет. Но я бы на твоем месте узнал кто это сделал, почему это сделал, нанял наёмников, и рассчитался их руками. Это нормально, совершенно. И не кинет на Союз подозрений. Если нужна в этом помощь, обращайся, помогу. Есть связи и выходы. Личные, и старые. — Архимаг усмехнулся, похлопал меня по плечу, и встал с кресла, опираясь на Старую Клюку.

Полог спал, по ушам ударила ругань шаманов.

Силантьев прав с любой стороны, но легче от этого не становится. Более того, лезть в долги в таких вопросах даже к тому, кто открыто называет меня преемником, не стоит. Тем более, к магу такой силы, как дядя Проша. Он вроде как добрый дедушка, но даже из известной официальной биографии такой ужас течет, что мама не горюй… в семнадцать лет убить три полка одномоментно, англичан, точней шотландцев, французов и сардинцев — это надо суметь. Причем напугать коалиционные войска до такого, что те сняли осаду Севастополя. Ну да, война на этом не закончилась, но в любом случае, напугал он союзников очень сильно. И да, Крымская война это только начало пути мага Силантьева, он отметился и в Северной Америке, и в Южной, и в Африке, и в Азии. Да и по Российской империи поколдобродил очень неплохо. Когда он лично познакомился со Сталиным, неизвестно, но он знал и его, и Ленина, и Кирова. Еще до революции знал, и был одним из немногих сильных магов, которые революцию поддержали. Хотя, сам Силантьев из крепостных крестьян, так что ничего странного в этом нет. Но он так же лично знал императора Николая Первого, и тогда еще цесаревича Александра, во время русско-турецкой войны восемьдесят седьмого-восемьдесят восьмого годов девятнадцатого века. Но придворным пробыл недолго, словил мощнейшее проклятие, чуть не помер, но выжил, с тех пор ко двору не приближался и вообще, доверие к царской власти утратил.

Так вот, да, он называет меня своим преемником, и вполне может быть, что и хочет, чтобы я им стал. Но дядь Проша тот еще паук, обожает опутывать всех окружающих долгами и обязательствами, по делу и не очень. Но надо признать, что он как глава магов Советского Туркестана очень и очень достойный товарищ. Да и Москва с ним очень считается.

Но лезть к нему в долги… пока погожу.

И я встал, и нашел Рашида.

— Ты сам дорогу до башни найдешь? У меня тут кое-какие дела наметились, подлечу ближе к ночи. — Ну да, надо кое-что срочно сделать.

— Обижаешь, брат. — Чечен усмехнулся. — Конечно, найду. ПВОшники мой ковер не тронут, на нем опознаватель «свой-чужой» союзного типа, зарегистрирован в Москве, так что все нормально. Аким, не переживай ни за меня, ни за нас, все сделаем как надо.

— Ладно, брат, пока. — И я сел на свой байк, и рванул по низам, не взлетая выше полусотни метров. Не хочу светиться, куда я полетел, и к кому. Хотя, больше чем уверен, Силантьев узнает. Тот еще паучара. Такому мне еще учиться и учиться…

Через час я влетел в ту самую лакуну, где северная река вливается в Аральское море. Искать хозяйку долго не пришлось, она сидела все на том же бревне-кресле, рядышком грели хвосты еще пяток рыбохвостых дамочек. Кстати, аральские русалки здорово отличаются от типовых особей подобной нежити.

— Приветствую тебя, Хозяйка Вод. — Я чуть поклонился, не слезая с байка.

— И тебе привет, смотритель. С чем пожаловал? — русалка не стала приветливее, но зато явной враждебности не проявляет. Видимо, мой перформанс с четырьмя мегатоннами её весьма впечатлил.

— Души нужны. Как можно черней. Дюжина. Продай? — если я и хотел удивить русалку, то мне это явно удалось. Та аж челюсть на пару секунд отвесила, засветив немаленькие клыки, как у морского льва. Но она тут же с собой справилась, и повелительным мановением десницы отправила свою свиту под воду.

— А тебе зачем, некромант? На любом кладбище наловить можешь ведь, без особых проблем? — Канышь-пэри, поправила свой прекрасный хвост, и внимательно на меня уставилась. — И чем платить будешь?

Я молча вытащил из перекидной сумы небольшую шкатулку. Примерно подобную по стилю той, в которой лежала диадема.

— О! — То ли воскликнула, то ли выдохнула русалка, глядя на сверкающий гарнитур. Ну да, в комплект диадеме я приготовил ожерелье, серьги и перстни. Тоже из черного и белого золота, с черными и прозрачными муассанитами. Особо не парился, нашел в интернете на сайтах ювелирных компаний подходящие, и сваял, в основном повозиться пришлось, накладывая рунные цепочки, чтобы украшения сошлись в единую систему с диадемой.

Учитывая, что русалку я видел вживую, с размерами точно не ошибся, вот она довольно крутит рукой, любуясь на переливы света на камнях перстней. Я их сделал по два на каждую руку, это не долго. Просто накопители, больше ничего.

— Как повезешь? Ведь тебе употцы сами по себе не нужны? — Канышь воздела водное зеркало, и осматривает себя в полном гарнитуре. Ну как полном… нет предела совершенству, минимум браслеты и броши, да и в волосы можно сделать будет цепочки с камнями, да серьги и ожерелье сменное… короче, поторговаться еще есть возможности.