Автомобиль был припаркован возле филиала Тяньцюн, так что это не окажет большого влияния на других.

Шеф Ван много раз предупреждала их двоих, чтобы они не демонстрировали публично свою привязанность в филиале, так как это влияет на настроение находящихся там «одиноких собак». В конце концов, большинство Стражей здесь были холосты. Даже если они были гей-парой, на них всё равно смотрели с завистью.

Когда новости о Сун Цинлане, гомофобном капитане Седьмого отряда, и Цзи Юйши, специальном советнике, переброшенном из города Нин, распространились, это немедленно вызвало сенсацию во всей сети Тяньцюн.

Помимо неверия, они могли только ещё больше не поверить. Учитывая, насколько безжалостными были слова Сун Цинланя до всего этого, нынешняя ситуация казалась ещё более шокирующей.

Главнокомандующий, который стал свидетелем их нежного поцелуя на трансмиссионной платформе в третьем командном центре, был первым, кто испытал шок, но он смог принять это спокойно. Всякий раз, когда кто-то говорил о том, насколько шокирующим был этот инцидент, он спокойно отвечал: «Не сосредотачивайтесь только на том, чтобы быть шокированным. У вас есть партнёр?», чем успешно затыкал других.

В тот день, когда Цзи Юйши отправился в город Нин, чтобы провести процедуру перевода, руки шефа Линь слегка дрожали.

— Т-ты действительно захватил его?

Цзи Юйши:

— Захватил.

Сначала, чтобы отклонить просьбу шефа Линь о переводе, он однажды сказал ему: «Отправляясь в место, где доля мужчин намного выше, я беспокоюсь, что не смогу контролировать свои чувства, и, возможно, у меня возникнут неудовлетворительные отношения, которые могут нарушить гармонию в филиале города Цзян».

Шеф Линь хлопнул себя по лбу.

— Тогда я не воспринял твои слова всерьёз. Я виноват в том, что не учёл эмоциональные потребности молодых людей. Просто подумав об этом, я считаю, что если бы меня поместили в команду людей противоположного пола, когда я был моложе, я, вероятно, не смог бы справиться с этим… Но ничего страшного, это всё равно отношения. Сяо Суну действительно повезло с тобой…

То, что изначально было разовым переводом для временного восполнения должности, привело к тому, что его талантливый подчинённый был официально принят на работу в филиал города Цзян.

Шеф Линь немного пожалел об этом.

Что касается тех, кто был в Тяньцюн, Линь Синьлань оказался самым обиженным.

Тренировочные площадки Девятого отряда постоянно были наполнены гневом и тёмными тучами. Когда Цзи Юйши пошёл дать им рекомендации, которые подготовил, люди в Седьмом отряде даже задались вопросом, сможет ли он вернуться живым.

Но Цзи Юйши смог уйти, не потеряв ни единого волоска на теле.

Из-за дела Шэн Юня также был обнаружен скрытый случай ошибочного убийства Цзи Юйши. Учитывая прошлое и настоящее, и что многие вопросы ещё не прояснены, Цзи Юйши не получил никаких заданий на данный момент. Все они знали, что на это потребуется время.

За исключением Цзи Юйши, все остальные члены Седьмого отряда вернулись и даже выполнили несколько миссий A-уровня. Прямо сейчас, после того как так называемый «Тяньцюн всех эпох» стал родительской системой, всё ещё оставались новые миссии, ожидающие завершения Цзи Юйши после того, как он сможет вернуться в отряд.

Сун Цинлань отсутствовал два дня. Он уже догадался, что Цзи Юйши приедет и заберёт его.

Но он не ожидал, что Цзи Юйши будет слушать эту передачу.

Сун Цинлань не понимал, что такого интересного в документальных передачах о животных. Он знал, что Цзи Юйши в детстве слушал всю эту документальную передачу и мог записать все это слово в слово и даже переписать всё наоборот, если захочет, но каждый раз Цзи Юйши, казалось, очень погружался в это.

К счастью, как только он сел в машину, юноша быстро выключил радио.

Сун Цинлань перевернул ситуацию. Он потёрся губами о мягкие губы Цзи Юйши и продолжил вторгаться в его рот кончиком языка. Они обменялись долгим поцелуем «воссоединения». Они слышали, как хаотично бьются их сердца.

Поцелуй закончился.

Сун Цинлань тихонько выругался и рассмеялся.

Кто-то присвистнул.

Цзи Юйши только сейчас заметил, что через улицу стоит группа людей.

Пятеро их товарищей по команде стояли там с глупыми улыбками на лицах, всё это время наблюдая с удовольствием. Когда они увидели, что Цзи Юйши оглянулся, все пятеро даже закинули руки друг другу на плечи и закричали: «Ещё раз!», прежде чем засвистеть ещё громче.

Достаточно.

Остальные пятеро гетеросексуалов в отряде образовали странную группу. Они не только изменили свои первоначальные гомофобные установки, но даже начали нагло фанатеть с пары в своём отряде.

Когда Цзи Юйши переехал, Сун Цинлань пригласил их к себе на ужин. Поскольку все пятеро смотрели на них весь день, он вообще не мог прикоснуться к любимому.

Цзи Юйши повернул голову назад. Не говоря ни слова, он завёл машину.

Ретро-автомобиль сделал красивый рывок, оставив их в облаке выхлопного дыма.

Сун Цинлань мог отдыхать в течение двух дней после завершения этой миссии.

Вечером они сделали несколько энергичных упражнений, и из-за шума три кошки по очереди царапали дверь.

Сун Цинлань был похож на мошенника. Он часто пробовал разными способами заставить партнёра издать звуки, а также часто говорил в постели очень бессовестные вещи. Цзи Юйши стиснул зубы и отказывался сдаваться, но Сун Цинлань всегда сознательно спрашивал, было ли ему хорошо здесь или там.

Когда Цзи Юйши, наконец, не смог не издать несколько звуков, Сун Цинлань стал ещё более увлечённым и больше не мог контролировать себя.

Эти двое занимались любовью так, словно сражались. После боя Цзи Юйши долго лежал парализованный, не имея возможности пошевелить ни одним пальцем. Однако в следующий раз он всё равно будет очень готов помочь.

Такой была молодежь.

Их любовь была сильной, и сами они были горячими молодыми людьми.

После они хорошо выспались.

Когда Сун Цинлань вернулся после утренней зарядки, то увидел, что Цзи Юйши снова слушает документальную передачу о животных.

На этот раз речь шла о хищных птицах.

«Филин, ночной охотник. Он летит близко к земле, медленно и бесшумно, из-за чего жертвам трудно заметить его приближение…» — рассказывал молодой мужской голос. Его тон был спокойным, и слушать его не было скучно. В его энергичном голосе звучала небольшая хрипотца, из-за которой он походил на какой-то музыкальный инструмент.

Слушая, Цзи Юйши жарил яйца. Под терпеливым руководством он теперь научился жарить яйца так же, как их готовил Сун Цинлань.

Робот-уборщик стоял сбоку, наклонив голову. Казалось, что ему всегда был любопытен этот недавно перемещённый человек, который часто лишал его работы.

Сяохэй запрыгнул на столешницу и уставился на ярко-оранжевое яйцо на сковороде. Куда пошли двое других, неизвестно.

— Почему ты снова это слушаешь? — Руки Сун Цинланя обвились вокруг талии Цзи Юйши. — Ты собираешься слушать всю серию?

— Что-то вроде того.

Жареные яйца были переложены на тарелки.

Цзи Юйши сказал ему:

— Это версия 70-х. Я слышал её только в детстве и не ожидал, что на днях снова услышу это по радио. После поиска в интернете мне удалось найти аудиофайлы.

Он слушал передачу ещё до того, как ушёл Сун Цинлань, и всё ещё не закончил, когда тот вернулся.

Сун Цинлань засмеялся.

— Вспоминаешь своё детство.

— Самую малость. — Цзи Юйши сказал: — Это главным образом потому, что голос дублёра очень приятно слушать.

В следующие несколько дней Цзи Юйши закончил слушать документальные передачи. После дня или двух молчания Сун Цинлань обнаружил, что тот начал слушать другую программу под названием «Чудесная Земля». В ней рассказывалось об уникальных местах на Земле и говорилось одним голосом.

«Сухие долины Мак-Мердо, расположенные к западу от пролива Мак-Мердо в Антарктиде, не шли миллионы лет…»