Перед ним был выдвинут поднос. В нём были всевозможные закуски, каши, макароны, овощи и мясо, которые подавались в маленьких изящных мисках. Было ясно, что над этим много думали.

Цзи Юйши: «……» Ему действительно не следовало выходить поесть!

На глазах у всех Цзи Юйши поднял миску и спокойно сказал:

— Спасибо. В следующий раз я могу сделать это сам.

Сун Цинлань ответил, что всё в порядке. После этого он ничего не делал и просто присоединился к разговору всех остальных, позволив Цзи Юйши набить себе желудок, не чувствуя дискомфорта.

Когда он думал, что может вернуться к себе после еды, он, казалось, услышал, как Сун Цинлань сказал:

— Осталось тринадцать часов.

Цзи Юйши: «?»

Сун Цинлань не смотрел на него, и он также ничего не делал. Выражение его лица осталось прежним.

«У тебя есть ещё тринадцать часов, чтобы подумать об этом», — приятный мужской голос прошёл через подкожный коммуникатор и проник в сознание Цзи Юйши.

Цзи Юйши сразу догадался. Их канал связи не был закрыт. Это был первый разговор Сун Цинланя с ним по частному каналу.

Капитан использовал способ, которым могли слышать только они двое.

Юноша увидел, как Сун Цинлань взял со стола бутылку с водой, отвинтил её и сделал глоток. Низкий мужской голос снова прозвучал в его голове:

«Советник Цзи, время так медленно».

Время действительно странная вещь. Оно полагается на изменения в вещах, чтобы доказать своё собственное существование, и оно используется как постоянный параметр для описания процесса, но течение времени может меняться в зависимости от настроения.

Для Цзи Юйши, после одной ночи сна, оставалось всего тринадцать часов. Он всё ещё не понимал, что ему делать.

Для Сун Цинланя каждая секунда казалась днём.

После того, как он признался Цзи Юйши, он на самом деле мало спал: в лучшем случае всего четыре-пять часов. Сун Цинланю не нужно было слишком много думать, он также слабо понимал, какие чувства испытывает к нему Цзи Юйши, и знал, что у того нет возможности сбежать.

Но впервые Сун Цинлань понял, что он очень нетерпелив. У него всё ещё было много вещей, которые он хотел сказать, но ему пришлось ждать, пока Цзи Юйши не даст ему свой ответ.

Сун Цинлань не умел флиртовать, а также никогда никого не добивался, поэтому он просто делал то, что хотел, и говорил то, что хотел сказать. После того, как он сказал фразу «время так медленно», он увидел остановившуюся на секунду руку Цзи Юйши, держащую вилку, и понял, что ему не следует слишком сильно давить на другого человека.

Достаточно было простого напоминания. Сун Цинлань больше ничего не говорил Цзи Юйши по частному каналу. В любом случае, будет ещё много времени позже.

— Сегодня в девять часов каждый должен будет сделать индивидуальный видеоотчёт. — Сун Цинлань посмотрел на часы и обратился ко всем сидящим за столом: — Что касается того, что нужно сказать, я уже объяснил это Инспекторам ранее. Этот видеоотчёт просто требует, чтобы вы рассказали им всё, что вы испытали, и что касается необходимости подробного письменного отчёта, люди выше сказали, что это будет зависеть от ситуации.

Чжоу Минсюань нашёл это странным:

— Только это? Нам не нужно писать письменный отчёт?

— Действительно? Нам просто нужно продиктовать?

— Так хорошо?

Все почувствовали облегчение. В мире Пузыря им приходилось ломать голову, чтобы писать отчёты объёмом более дюжины страниц.

— С одной стороны, это, конечно, потому что я боролся за это, — спокойно объяснил Сун Цинлань.

Чтобы достичь этого, он действительно очень много работал. К счастью, у него была веская причина, чтобы убедить начальство — Тяньцюн никогда не заставлял никого выполнять так много миссий высокого уровня подряд. Уделяя особое внимание их психическому и физическому состоянию, люди выше смягчились и позволили им пока просто представить видеоотчёт.

— С другой стороны, это потому, что ситуация здесь отличается от мира Пузыря. — Он рассказал всем, что узнал: — «Тяньцюн всех эпох» официально подключился к нашей системе Тяньцюн и интегрировался с ней, так что теперь он является родительской системой, а наша система — подсистемой.

Все сидевшие за столом посмотрели друг на друга. Внутри них возникли странные чувства. Это не был страх, но им было неприятно.

Все знали, что этот «Тяньцюн всех эпох» был системой Тяньцюн с самосознанием. Люди считают себя творцами, но, когда создают вещи, выходящие далеко за рамки того, что они себе представляли, и вместо этого оказываются под контролем тех, то будут бояться.

— После подключения к нашей системе все выполненные нами миссии автоматически засчитались в наши счета. Опыт наших миссий, достигнутые координаты времени и пространства и достигнутые цели миссии были подробно записаны, поэтому нет необходимости объяснять каждую из них по отдельности. — Сун Цинлань закончил: — Думаю, вы видели уведомление со своими оценками, когда вернулись.

Все кивнули. Действительно, они это видели.

— Значит, теперь он может напрямую управлять нашей системой?

— Это немного страшно. В конце концов, будем ли мы отвечать за систему, или система будет отвечать за нас?

— Разве никто не обнаружил его существование раньше?

Сун Цинлань откинулся на спинку стула. Казалось, что для его длинных ног не хватало места. Выражение его лица помрачнело.

— Я до сих пор не знаю подробностей. Вышестоящие также страдают от этого инцидента, поэтому у них нет времени усложнять нам жизнь. Им просто нужно, чтобы мы пересказали наш опыт в миссиях с нашей точки зрения, и неважно, как вы это сделаете. Но, судя по текущей ситуации, похоже, что у него нет намерения выходить за рамки существующего авторитета…

— Интеллектуальная система, — внезапно заговорил Цзи Юйши.

Все посмотрели на него.

Цзи Юйши, который ранее пытался свести к минимуму своё присутствие: «……»

Он изо всех сил старался не обращать внимания на странное отношение к нему других и, доедая фрукты, сказал:

— Этот Тяньцюн обладает самосознанием. Я чувствую, что он не только хотел захватить нас, чтобы завершить запланированные миссии, но он также хотел вмешаться в наши текущие миссии и решить, следует ли выполнять миссии на основе анализа данных, полученных в разное время и в разных местах.

Чжоу Минсюань спросил:

— То есть он хочет помочь сохранить стабильность во времени и пространстве?

— Это только моё предположение, — Цзи Юйши продолжил: — Мы не знаем, когда он появился. Возможно, в далёком будущем он стал свидетелем различных результатов наших действий.

В мире Пузыря, а также в этом мире было немало людей, которые выступали против путешествий во времени и пространстве. Масштабные протесты и демонстрации происходили не только вначале. Возможно, всё было именно так, как сказал Цзи Юйши, и в будущем человечество действительно привело к разрушительным результатам из-за вмешательства во время и пространство. Такие вещи, как ПУ-31, Хаос и мир Пузыря, были вещами, которых не должно быть.

Однако было также очевидно, какой вклад Тяньцюн принёс человечеству. Это помогало избегать войн, предсказывать стихийные бедствия, а также предотвращать многочисленные террористические атаки и жестокие нападения, прежде чем они действительно могли произойти. Это позволило этому изначально ненадёжному времени и пространству продолжаться бесконечно.

Таким образом, человечество не могло покинуть Тяньцюн. Они считали, что кто-то обязательно найдёт хороший способ контролировать временные и пространственные переходы.

Дуань Вэнь кое-что вспомнил:

— Помню, когда я впервые присоединился к Тяньцюн, мне показалось, что я слышал, как люди говорили об этом. Говорили, что были люди, которые предлагали нечто подобное, когда система Тяньцюн впервые появилась, но это были одержимые наукой безумцы и те, чьё мышление слишком экстремальное. Их окончательный результат был не очень хорошим.