Не Шэн Хань.

Цзи Юйши.

Имя было просто названием, но этого было достаточно, чтобы изменить цель, которую он преследовал всю свою жизнь.

— Цзи Юйши?

— Да. Профессор Цзи попросил меня приехать. Могу ли я войти?

Услышав, что друг попросил его прийти, и у молодого человека тоже фамилия Цзи, Шэн Юнь колебался лишь мгновение, прежде чем кивнуть:

— Входите.

Цзи Юйши вошёл внутрь.

Никто не знал, насколько важен для него этот единственный шаг.

В месте, где жили отец и сын, не было видно порядка, присущего дому, где есть женщина, и даже было немного грязно.

Он повернулся и посмотрел на высушенный бостонский папоротник. В тех бесчисленных снах, которые ему снились, он постоянно думал, что следует немного полить его.

— Садитесь, пожалуйста, — Шэн Юнь отодвинул груду одежды на диване, чтобы освободить место: — Извините, здесь немного завалено.

— Спасибо.

Шэн Юнь перед ним переоделся. На нём была уже не та одежда, в которой он был одет две или три минуты назад, когда завтракал с Шэн Ханем.

Цзи Юйши чётко помнил, что его отец был одет в светло-серую классическую рубашку и чёрные брюки. Его взгляд переместился на обеденный стол неподалёку. Тарелки там ещё не были убраны, и на той, принадлежащей Шэн Юню, лежала половина бутерброда. Его отец обычно был довольно небрежным. Даже если во время еды ему на брюки упадут крошки или соус, он не переоденется, если это будет не слишком заметно. Что-то подобное произошло во время завтрака, который он только что приготовил, и его отец просто подсознательно погладил это место, продолжив есть и делая заметки.

В этот момент Шэн Юнь переоделся в бежевые брюки и даже рубашку.

Гость был гостем. Шэн Юнь пошёл и налил воды Цзи Юйши:

— Почему Лао Цзи не позвонил, если ему что-то нужно? Он даже заставил вас пройти весь этот путь? Я бы уже пошёл на работу в это время.

Цзи Юйши:

— Я только что встретил вашего сына, поэтому знал, что вы дома.

Шэн Юнь спросил:

— Вы знаете моего сына?

Цзи Юйши сказал:

— Я видел его однажды у профессора Цзи.

Голос Шэн Юня доносился до кухни:

— Понятно. Когда только что раздался звонок в дверь, я подумал, что он что-то забыл.

Взгляд Цзи Юйши снова упал на книжную полку. Там лежала стопка документов, собранных его отцом. Можно сказать, что все эти годы упорной работы были налицо.

Они должны находиться в кабинете, но сейчас они лежат в гостиной.

Он вспоминал этот момент бесчисленное количество раз раньше, и также много раз видел эту стопку документов, но почему он не заметил этого до сих пор?

Из кухни доносился звук воды.

Это Шэн Юнь мыл чашку.

Цзи Юйши встал и подошёл к документам.

Он увидел самую важную информацию, которую его отец написал тем утром, завтракая, и рядом с ней была прозрачная панель, которую его отец использовал для работы.

Он спросил:

— С таким большим количеством документов, вы собираетесь в командировку?

Звук воды прекратился.

Шэн Юнь не ответил.

Цзи Юйши подсознательно сделал ещё два шага и подошёл к входу в кабинет.

Дверь в него была плотно закрыта, и через щель под дверью текла ярко-красная кровь. Она незаметно тонула в тёмном ковре, так что её было почти не заметить.

В одно мгновение в ушах Цзи Юйши зазвенело.

Семнадцать лет назад Шэн Хань, который вернулся домой из школы, обнаружил тело своего отца в луже крови в кабинете.

*Бум* — раздался мягкий звук.

Цзи Юйши оглянулся. Шэн Юнь за его спиной опустил чашку, наполовину наполненную водой, оставив отпечатки пальцев на стенке.

Они посмотрели друг на друга.

На мгновение можно было бы услышать даже звук падающей иглы.

«Почему ты не говоришь? — спросил Сун Цинлань через частный канал: — Что случилось?!»

Цзи Юйши посмотрел на Шэн Юня перед собой и услышал, как сам спрашивает мужчину:

— Кто вы?

Шэн Юнь молчал.

— Или, точнее, из какого вы года? — Цзи Юйши остановился на этом и быстро ответил на собственный вопрос: — Думаю, вы должны быть из года назад, то есть 6 апреля 1438 года. Утром, собираясь на работу, вы обнаружили, что вся ваша одежда не постирана, и надеть нечего, так что можно было только надеть этот случайный комплект. Эти бежевые брюки изначально сочетались с белой рубашкой, но, к сожалению, вечером 14 октября 1437 года Шэн Хань впервые воспользовался стиральной машиной и случайно испортил её.

Ему удалось непринуждённо упомянуть все тонкие детали его повседневной жизни с сыном год назад. Шэн Юнь насторожился:

— Кто ты?!

Цзи Юйши тоже молчал.

Кровь из кабинета всё ещё текла. Цвет ковра становился темнее.

Когда Шэн Хань позже вернулся из школы, он обнаружил, что ковер полностью промок, а воздух пропитался запахом крови. После этого он нерешительно открыл дверь в кабинет и увидел зрелище, которое с тех пор изменило его жизнь.

Цзи Юйши достал маленькую чёрно-белую игровую консоль. Она была немного поцарапана сзади и выглядела очень изношенной. Неизвестно, сколько лет ею использовались.

И прямо сейчас на тумбочке рядом с чашкой с водой стояла совершенно новая игровая приставка. Это был подарок, который Шэн Юнь сделал своему сыну год назад.

Цзи Юйши положил одну рядом с другой.

Две игровые приставки, старая и новая. Они были идентичны.

Шэн Юня словно ударила молния. Он всё понял в одно мгновение. Он был ошеломлён на месте:

— Ты…

В этот момент из глаз Цзи Юйши потекли слёзы.

Как будто внезапно придя в себя, Шэн Юнь подошёл к нему, но обошёл стоящего там Цзи Юйши и вместо этого направился прямо к стопке документов, а также к прозрачной панели, лежащей рядом с ними.

Цзи Юйши никогда раньше не чувствовал себя таким холодным. Даже когда он почти замёрз во время миссии Хаоса, это было в тысячу раз лучше, чем то, что он чувствовал прямо сейчас.

— Почему?!

Шэн Юнь собрал документы и попытался уйти, но в конце концов остановился:

— Я должен сделать это!

Цзи Юйши продолжал спрашивать:

— Почему?!

Слёзы текли по лицу Цзи Юйши. Лицо под искусственным лицом было чрезвычайно хрупким, и он был на грани того, чтобы сломаться. Не обращая внимания на все свои рациональные мысли, он только истерически спросил:

— Зачем ты это делаешь?!

— Послушай меня, это единственный способ выйти из этого проекта, — Шэн Юнь крепко держал документы и прозрачную панель: — Эти материалы очень важны для меня. Я планировал это год, но не смог сделать это год назад, потому что оставалось ещё много нерешённых головоломок. Я дал себе год. Мне должно хватить года, чтобы всё тщательно изучить!

Столкнувшись с молодым человеком, который уже был примерно того же роста, что и он, Шэн Юнь не мог использовать свой отцовский тон. Вместо того, чтобы дать объяснение своему сыну, он объяснял всю ситуацию:

— Люди не боги. Время должно идти линейно. Никто не должен менять способ его работы! Я должен это остановить!

Губы Цзи Юйши задрожали:

— Так ты…

Чтобы прекратить этот проект и полностью выйти из него, ты решил убить себя?!

Глаза Шэн Юня покраснели:

— Я просто не думал, что в назначенный день встречу тебя из будущего!

Достигнув этого момента, он также не смог сдержать слёзы:

— Прости.

Они прошли соответственно один год и семнадцать лет. Они встретились в этом месте, хранящем воспоминания двух людей.

Два поколения путешественников во времени. Два человека с разными целями.

— Значит, всё это было предопределено? — взгляд Цзи Юйши был расплывчатым: — Ты планировал сегодняшнюю смерть год назад?

— Это смерть в биологическом смысле, — времени было мало, поэтому Шэн Юнь очень быстро заговорил: — Я вернусь в год назад, а оттуда отправлюсь в другое время и пространство. Возможно, это произойдёт несколькими годами позже, а может быть, двадцатью годами позже. Я останусь здесь как можно дольше, пока не завершу свой проект и не найду лучший способ всё стабилизировать и позволить времени двигаться вперёд гладко!