По крайней мере, вкус был точно таким же, как в его воспоминаниях.

— Пока я не смотрю на тебя, кто-то может тебе что-нибудь дать, — Сун Цинлань прищёлкнул языком: — Похоже, мне нужно будет присматривать за тобой повнимательнее.

Мысли Цзи Юйши последовали за словами Сун Цинланя. Эти нелепые слова помогли облегчить большую часть его паники и замешательства, в которые он погрузился ранее, и вернули его к реальности. Его разум снова прояснился.

— Хозяйка на тридцать лет старше меня, — ответил он на слова Сун Цинланя, прислонившись к стене: — Я часто бывал в её магазине, когда был маленьким. Она была очень мила.

Сун Цинлань улыбнулся.

Под дождём и туманом голос Цзи Юйши звучал немного размыто. Далее он сказал:

— В день инцидента я также купил торт в её магазине, прежде чем отправиться домой.

В том дне более десяти лет назад, хотя это было далёким воспоминанием, Цзи Юйши всё ещё помнил каждую деталь.

— Я купил четыре кусочка, чтобы, если он задержится допоздна из-за сверхурочной работы, я не чувствовал себя голодным. Обычно он брал еду навынос из ресторана, который часто посещал, когда возвращался поздно, а иногда также приносил оттуда небольшую карточку. От карты пахло духами. Хозяйка ресторана хотела привлечь его внимание, но он понятия не имел об этом. Позже я подумал, что, возможно, мне следовало бы рассказать ему об этом. Возможно, он начал бы новые отношения, и, возможно, в тот день могло бы произойти что-то другое.

В этом мире не было «а что, если». Они оба знали это.

Но Сун Цинлань не опровергал и не утешал его.

Этому дню суждено было стать днём, принадлежащим Цзи Юйши, днём, принадлежащим Шэн Ханю.

Некоторое время они стояли под карнизом. Постепенно людей стало больше. Время от времени прохожие смотрели на них — в основном потому, что Сун Цинлань был слишком высоким и они стояли слишком близко друг к другу, поэтому это привлекало внимание. К счастью, они слишком спешили на работу или на утренний рынок, поэтому не обращали на них особого внимания.

Минут через десять.

Сун Цинлань выглянул из-за угла.

Он увидел, что прежний Цзи Юйши всё ещё сидит в оцепенении, глядя на маленький торт.

— Как долго ты там просидел? — спросил Сун Цинлань. — Когда ты ушёл?

— Ушёл в 7:44, — Цзи Юйши очень отчётливо это помнил.

Инцидент произошёл около 7:50. В прошлый раз он принял решение и ушёл раньше, чем наступило время.

Сун Цинлань посмотрел на коммуникатор. Он отобразил [1439:04:06 07:16:32].

Ещё оставалось минут тридцать. Это было примерно то, что рассказал ему Цзи Юйши, когда вернулся после тайного побега. Цзи Юйши всё это время пребывал в оцепенении.

— Что случилось? — Цзи Юйши рядом с ним немного нервничал.

Сун Цинлань собирался ответить, но вместо этого слегка удивился.

Менее чем в десяти метрах от них Цзи Юйши в чёрной боевой форме вынул игровую приставку из кармана, и при этом выпал лист бумаги. Он блестел, упав на землю.

Это был кусок золотой фольги. Из тех, в которые заворачивали шоколад.

Цзи Юйши сжал его пальцами. Он опустил голову, поэтому не было видно выражения его лица.

Когда они были в кубике Рубика, Сун Цинлань тайно дал ему шоколад. Об этом знали только они двое.

Увидев эту сцену, Сун Цинлань почувствовал, что его сердце совершило сильный удар. Как будто кто-то сильно ударил его палкой в грудь. Он резко отвёл взгляд и прижал Цзи Юйши, который собирался проверить внешнюю ситуацию, к стене.

Люди приходили и уходили. Глаза прохожих снова остановились на них.

— Люди смотрят, — прошептал Цзи Юйши напоминание.

— Я знаю, — руки Сун Цинланя были очень сильными. Он схватил Цзи Юйши за плечи с такой силой, что было немного больно. Его голос звучал низко и сдержанно: — Иначе бы я…

Поскольку они стояли слишком близко, эти слова произнесли очень тихо, и его дыхание можно было отчётливо почувствовать. Это сделало ситуацию немного неоднозначнее, чем обычно.

Лица их двоих выглядели по-другому. Но их глаза отражали истинную внешность друг друга.

Казалось, что в тёмных глазах Сун Цинланя загорелся огонь. Это заставило Цзи Юйши почувствовать, что его вот-вот обожгут. Он не понимал, почему тот вдруг так себя повёл. Он никогда не видел таких сильных эмоций в глазах Сун Цинланя.

К счастью, через три или четыре секунды Сун Цинлань медленно ослабил хватку. Он ничего не сделал и просто склонил голову:

— Внезапно я так обрадовался, что дал тебе шоколад.

Цзи Юйши: «?»

Время и повод были неподходящими. Сейчас не время говорить об этом.

Итак, Сун Цинлань только усмехнулся и пропустил эту тему. Он в прямом эфире сообщил Цзи Юйши о текущей ситуации:

— Прямо сейчас другой «ты» начал играть в тетрис.

Цзи Юйши, естественно, знал, что делает его другое я, находящееся более чем в десяти метрах от него.

Сун Цинлань спросил:

— Если мы пройдём мимо, заметит ли другой «ты»?

Другой Цзи Юйши сидел на скамейке, мимо которой нужно было пройти, чтобы войти в сообщество.

Сун Цинлань не был уверен, уместно ли делать что-то подобное сейчас или им следует подождать, пока другой Цзи Юйши уйдёт, потому что, если они не будут бездельничать, то всё равно смогут успеть на убийство, с которым столкнулся маленький Шэн Хань.

Пока они занимают идеальное место — эту скамейку, они смогут ясно увидеть внешность убийцы.

— Возможно нет, — Цзи Юйши сказал: —Я не помню, чтобы видел двух подлых и подозрительных мужчин-геев.

Сун Цинлань: «……»

Он впервые услышал, как кто-то так описывает себя и своего парня.

Это было очень точно.

Цзи Юйши уже выполнил множество миссий Регистратора, и многие из них станут успешными только после того, как их выполнят несколько раз. Он принял тот факт, что его могло быть несколько одновременно, но это был первый его раз, где он столкнулся с ситуацией, когда его другое «я» не могло видеть.

Любая ошибка могла заставить его прошлое «я» изменить своё мнение. Даже если шансы были малы, они не могли рисковать.

— Но мы можем подождать, — Цзи Юйши посмотрел на свои часы. Его мысли были такими же, как у Сун Цинланя: — Убийца рано или поздно пройдёт мимо этого места. Будет не поздно, если мы пождём, пока уйдёт другой я.

Цзи Юйши, который выкупил свою награду после завершения миссии «Кубик Рубика», покинул скамейку.

В чёрной боевой форме его худая и стройная фигура исчезла под моросящим дождём.

Два человека, прячущиеся за углом, вышли и подошли к скамейке, следуя за карнизом.

Скамейка стояла под деревянной крышей на обочине дороги. Весной по ней плелись жёлтые и зелёные лозы, заключая её в маленький мир, защищённый от солнца и дождя. Похоже, что после другого Цзи Юйши всё ещё сохранилось тепло.

На скамейке остался кусочек торта.

Его владелец был слишком занят и случайно оставил его.

Цзи Юйши поднял его и выбросил в мусорное ведро. Кто бы мог подумать, что он поможет себе в уборке, проведённой после более чем десяти дней назад?

Главный вход в сообщество выходил на главную дорогу.

Эти двое стали здесь ещё заметнее.

Цзи Юйши снова сел на скамейку, а Сун Цинлань стоял немного дальше. Таким образом, они выглядели так, как будто не знали друг друга и просто оказались в одном месте, прячась от дождя.

Они молчали.

Оба обращали внимание на уходящее время.

Прошло пять минут.

Главная дорога всё ещё была нормальной. Подозрительных не наблюдалось.

Цзи Юйши почти не мог больше ждать.

Сун Цинлань прислонился к деревянной колонне. Он покрутил лист в руке и спокойно огляделся.

Время шло очень быстро, но также и очень медленно.

Каждую минуту и каждую секунду казалось, что оно растягивается бесконечно, но также оно исчезает очень быстро.

— Что, если он изначально был в сообществе, а не пришёл отсюда? — Цзи Юйши внезапно встал. Игнорируя всё остальное, он чувствовал себя неловко: — Я не видел точное время в том году, поэтому не уверен, какая это была минута и какая секунда, но «я» скоро должен уйти. Моё первое занятие должно начаться в восемь пятнадцать.