— Что-то случилось, Мира?

Мира…

Мира, Мира, что ж ты делаешь, а? Ты же пообещала себе не вестись на это. Думать головой. Все распланировать. А по итогу…

Но я сглатываю судорожно и прикрываю на мгновение ресницы. Молчу.

Меня крепче жмут к себе, уже начинают просыпаться, требовательно спрашивают.

— Мира? Все в порядке?

— Да, — нахожу в себе силы кивнуть и сама ложусь щекой на обнаженное плечо императора, — Просто плохой сон.

— Иди сюда, если плохой сон. — Как ребенка обнимает меня, да жмёт к себе, переплетая даже наши ноги. Гладит меня по волосам. — Расслабься, серебрянная… Я рядом.

Как легко это покидает его губы.

А страшнее всего, как легко я поддаюсь его словам.

И засыпаю…

* * *

— Марианна Рене…

Повторяю чисто про себя, отчаянно ломая голову, как устроить встречу этих двоих.

Несмотря на то, что каждый ритуал с иглой выжимал меня до состояния тряпки, то сегодня утром у меня было хорошее настроение.

Наверное, оттого, что приятно просыпаться в мужских объятьях.

Прячу дурацкую улыбку за чашечкой чая. И задумчиво рассматриваю зимний сад.

Весна медленно, но верно входит в свои права.

Скоро потеплеет.

Расцветут цветы.

Позеленеет.

Наверное, оттого я такая… немножко придурошная. Скептик внутри меня валяеться в истерике, а женская сущность немного позволяет себе расслабиться.

Я обо всем этом обязательно подумаю, но чуть позже.

У императора сейчас должен быть обед.

Не знаю, откуда появляется эта мысль в моей голове. Но ноги сами ведут меня в императорский сад. Там беседка есть, возле нее мангал. А его величество, как оказалось, тот еще гурман и любит мясо, приготовленное на открытом огне.

Наверное, он там.

Так как я видела слуг, что тащили дрова в сторону беседки. Заворачиваю за кусты шиповника и замираю на месте.

Мои мысли были правдивы. Мой благоверный собирается отобедать на свежем воздухе, правда, компанию себе уже нашел.

Фиолетовая нагиня из наложниц… вечно забываю ее имя. Красивая девица в не менее красивом платье со смелым разрезом на груди. И императорским плащом на плечах.

Улыбается ему да смотрит как на бога.

Черный змей сидит ко мне спиной, изящным жестом выпивает вино, а потом протягивает кубок куколке.

Что, Мира, бабочки сдохли в животе?

Да нет… они там не успели зародиться.

За спиной раздается медовый мужской голос.

— На языке вертится шутка насчет того, как жена ловит мужа с любовницей, но ведь не скажешь ее императрице, когда она твоя невестка, а старший брат — император с кучей наложниц.

Принц Алан собственной персоной. Я до сих пор к нему спиной, но чувствую всем своим телом его хищную энергию.

Пришел покусаться? Мальчик, я сегодня не в настроении быть разумной и дипломатичной.

— Ну же, ваше величество, — продолжает он меня подначивать, — неужто вас это расстраивает, видеть своего супруга рядом с другой? Вы ж не первый год вместе?

— Это забавно.

— Что именно?

Поворачиваюсь к Алану лицом, картинно усмехаюсь, почти что кукольно.

— Что змея пытается отравить змею.

Они похожи с Яраном. Во многом, начиная от темных волос, формы подбородка, острых скул и пылающих желтых глаз.

Я бы сказала, даже сильнее, чем похожи мальчики на собственного отца.

Принц не теряеться от моих слов, наоборот, хищно усмехаеться. Не скрывает довольства, да выгибает черную бровь.

— Разве вас отравишь?

— А вы не пытайтесь, ваше высочество. — дарю ему ответную улыбку. — Оно чревато последствиями.

— Ну-ну, мне никогда не хотелось бы поссориться со самой императрицей. Лишь дружить! Тем более что нам есть о чем поговорить.

Протягивает мне руку ладонью вверх в пригласительном жесте.

О чем он хочет поговорить, так понятно. Тем не менее, пока не имея точных данных от госпожи Фирузе, я не хочу вступать в диалог с этим хитрым змеенышом.

Но на раздумья у меня времени нет.

Нас замечает император.

— Тамира?

Звучит удивленно. И мы разом поворачиваемся к беседке. Позабыв о своей спутнице, император приподнимаеться со стула, упираеться руками в деревянную раму и рассматривает меня недоуменно.

— Что ты тут… Хотя не важно. — Дергает подбородком. Появляется один из поваров, снимает мясо с огня. Яран кидает взгляд на крупный шмат мяса, спрашивает у меня спокойно, как ни в чем не бывало:

— Ты голодная?

Позади него раздается крайне возмущенное.

— Ну, ваше величество…!

Один жест ладонью вверх от змея, и девица вмиг затыкается.

Вау… Мои аплодисменты. Только я так не умею.

— Да, голодная, ваше величество. — Улыбаюсь краем губ. И демонстративно опускаю свои пальцы в подставленную ладонь его младшего брата. — Но мой голод обещал утолить его высочество.

Император долгое время непонимающе рассматривает нас двоих. Медленно, но верно его глаза вспыхивают уничтожающим огнем.

Мне самой становится не по себе. Уверена, Алану тоже, но, видимо, ему так хочется узнать о фиолетовой нагини, что тот спокойно выдерживает взгляд старшего брата. Бережно ставит мою руку на свой локоть, улыбается вежливо, все-таки решив для своей сохранности расставить акценты.

— Да, я уже пригласил ее величество разделить со мной трапезу. Надеюсь, мой император не против.

И пока Яран не выдал категорическое «против», встреваю я.

— Конечно, не против, мы же родственники. Нам необходимо чаще общаться. Что ж, приятного аппетита, ваше величество. Мы удалимся, ибо нас ожидает трапеза.

И, ухватив змея под локоть, уношу прочь из сада.

Лопатки обжигает недовольный взгляд императора, а рядом раздается вздох.

— Меня на вечерней тренировке превратят в отбивную.

— Точно! Хочу отбивную.

Довольно излагаю и даже не думаю останавливаться.

Приятные воспоминания легко испортить, Яран.

Ты в этом, как оказалось, умелец.

Глава 30

Истинное лицо принца, или удар ниже пояса

— У вас лютый аппетит, ваше величество.

— А у вас полное отсутствие манер, ваше высочество. — делаю ему ответный реверанс, хотя мысленно признаю — что-то меня сегодня несет без тормозов. Обьелась, как свинка. — Подобное уважающий себя мужчина никогда не скажет женщине.

— Ах, где мои манеры…

Картинно восклицает тот, и сразу же получает мой недовольный взгляд. Тянусь к бокалу с яблочным соком. Мне предлагали вино, но в свете последних событий как-то не хочется.

— Итак, вам есть мне что сказать?

Расслабленно откидываюсь на спинку стула, отчаянно прогоняя из памяти ранее увиденную картину в саду. В чем-то Алан прав, Мира, глупо обижаться на мужика, когда ты заведомо знала его «семейное положение».

А у меня последнее время острое ощущение, что любовница здесь я, и изменяет своему гарменику император именно что со мной.

Боги всемогущие, что за пошлость.

С усилием сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Алан долгую минуту меня рассматривает, медленно, я бы даже сказала зеркальным моему жестом, откидывается на спинку стула и кидает колено через колено. Поверх укладывает свои пальцы. Несмешливо мне улыбается.

— Не могу понять, вам действительно не трогает, что у Ярана столько баб помимо вас? Или вы просто хорошо прикидываетесь равнодушной стервой?

— А вы?

— Что я?

— Вы… — лениво усмехаюсь, подперев кулаком щеку. — Зачем кружите вокруг меня, пытаясь спровоцировать на эмоции, когда у самого сердце не на месте? Мы ведь собрались здесь, чтобы обсудить одну картину? Или таки молодую нагиню?

Взгляд черного нага леденеет, желваки играют на его щеках, а пальцы до тихого хруста коленного сустава вцепились в него. Усмехается, ядовито и зло.

— Ваше величество, ваш титул высокий, спору нет. Но если мне того захочется, даже он вас не спасет.

— Это угроза?