— Доброго дня, ваше величества.

— Ты что тут делаешь⁈

Рявкает на него Ралан, но старший из братьев цокает на того языком, призывая замолчать.

— Тшшшш, малой, сейчас зайку разбудишь, — кивает на спящую на моем плече Ксюшу, усмехается, — А она жутко пугливая.

Огибает кровать и, подтащив стул ближе, садится со стороны Ксюши.

Фырчит.

— Тем более, я имею право навестить нашу любимую мачеху. Кстати, как вы себя чувствуете, ваше величество?

А взглядом скользит по обнаженному плечику Ксюши, с которого сползло платье. Тяну одеяло выше, прикрыв кресницу.

— Вашими молитвами, ваше высочество.

Тот морщится от моего жеста и кидает взор на брата через всю кровать.

— Это что там у тебя, меньшой?

— Не твое дело. — Задирает подбородок младший, и все же не упускает возможности похвастаться: — Это подарок ее величества мне в честь сегодняшнего праздника.

— Даже так. — В меня упираются обвиняющим взглядом, — То есть спасаю ее величество я, а подарки получаешь ты. Как несправедливо.

И в правду.

Спешно выкручиваюсь из ситуации.

— Ну, вообще-то, вас подарок тоже ожидает. Если позволите его мне вручить.

Что-то меняется на лице наследника империи. Удивление? Но он спешно возвращает привычную маску высокомерия на лице.

— Ну, если приготовили.

Тянет великодушно.

Зову к себе придворную старшую даму.

— Ваше величество… Вы что-то хотели?

— Да, вы завернули в подарочную упаковку то, что я вас просила?

Нагиня баба не глупая, косится на одного принца с подарком и на второго без. Останавливает взгляд на мне, ровно по середине меж ними. Прокашливается.

— Вы имеете в виду тот самый подарок?

— Да, именно. Тот самый, с нижней полки в моем шкафу.

— Кхм… Я думала, вы хотите его вручить к вечеру. Поэтому… И не приготовила. Прошу простить, сейчас же исправлюсь.

Старший принц поглядывает на меня с тем самым сверлящим взглядом, как у отца, будто и чувствует, что его надурили, но не может доказать.

В конце концов выдает:

— Если мой подарок окажется дешевле его, — тычет на брата пальцем, — то я на вас обижусь, ваше величество!

— Пф! — фырчит Ралан, уже под шумок развязав ленты и выворачивая свой подарок. — Ох, во имя святой Армины!

Выдыхает пораженно.

Тамерлан дергает бровью.

— Что там у тебя? — кидает небрежно, хотя я вижу, как его потряхивает от любопытства, вытягивает шею, чтобы глянуть. — Книжонка?

Высокомерно фырчит. Но у Ралана не просто горят глаза, они как прожекторы. Пальцы медленно трясутся.

— Это… это же Фокари… 967 год… Всего двенадцать экземпляров в мире. Это оригинал?

— Да, ваше высочество.

Киваю с улыбкой, наблюдая за тем, как парень готов завизжать от радости. Подрывается на ноги, со спины к нему подходит Тамерлан.

— Да что это за книжонка, что сейчас кипятком описаешься…?

Ралан бережно ставит атлас на стол и на радостях хочет кинуться меня обнять, но я лежу еще и Ксюша на мне, поэтому парень оборачивается и сгребает в медвежьих объятьях брата!

— Это… это просто… такое… ну такое! Не у всех целителей есть эта книга! А у меня уже есть!

Тамерлан замирает пораженно, я замечаю во взгляде принца растерянность и… радость? Он мягко похлопывает младшего по плечу.

— Ну будет тебе так орать, девчонку разбудишь.

Ралан отпускает брата, жмёт атлас к груди, тянется к моей руке и в запале чувств целует костяшки моих пальцев, жмёт к своей щеке, на которой только начал появляться юношеский пушок.

— Вы самая лучшая на свете! Совсем… как моя крестная, клянусь!

— Крестная? — выгибает бровь старший из принцев, но младший уже не слышит. Он жмёт к груди подарок для Танни и свой атлас.

Хвала богам, двери распахиваются, и в мою спальню заходит старшая придворная дама, не успевает что-либо сказать, Тамерлан подходит к ней и забирает из рук сверток в тёмно-синем бархате.

— Это мне, да?

Начинает торопливо развязывать ленты, замираю, внутренне переживая. Если Ралану я была уверена, что подарить, то старшему из братьев как-то не совсем…

Подарок я ему не покупала, так как с Тамерланом у нас были натянутые отношения.

А сейчас немного мучает совесть. Всё-таки он вчера, рискуя собой, полез меня спасать. Но не должен был, я ему никто.

— Я не знала, что вам подарить, поэтому… вот…

Потому подарила то, что купила себе. Это игровые карты, но не простые… а немного шутовские, скажем.

Вместо каждого короля изображен портрет одного из министров, вместо валетов — профиль генералов, дамы — любовницы императора. Портретики стилизованы под игровые карты, но если присмотреться, узнаешь каждого. Карикатуры получились на славу, одного художник не решился сделать. И вместо тузов изобразил не профиль императора, а его могучую спину в разных плащах.

Красный.

Черный.

Желтый.

Зеленый.

В замешательстве замираю на мгновение, пока не сталкиваюсь взглядом с крон-принцем. Таким шкодным, довольным, как у чеширского кота.

Он спешно перебирает карты.

— Кто их нарисовал⁈ — выдыхает с едва ли скрытым изумлением.

— Что у тебя?

Тянется Ралан, дабы глянуть, на что крон-принц поднимает горделиво подбородок и демонстративно распахивает веером карты.

— А ну глянь!

— Это… же министр фэр Фиол… и фэр Белан… ух ты… именные карты! Погодь, а это любовница Суи. Ну и профиль у нее!

Выдыхаю.

Понравилось, значит. Обидно, конечно, отдавать свою игрушку другому, но так и быть, заслужил.

Братья оседают на краю моей кровати, раскладывают карты, тихонько смеются, делятся со мной шутками и разом замолкают, когда Ксюшка ворчит во сне.

И меня накрывает неким… чувством правильности. Будто это мои дети, и это один из привычных нам дней.

Забываю про раненый хвост и то, что не могу встать с постели. Про проблемы, про то, что надо найти фиолетовую нагиню, разобраться с обидчиками крестницы и к вечеру опять себя «шить», чтобы найти пару Валида.

Это подождет, сейчас вслушиваюсь в разговор молодых принцев и думаю о том как печален тот факт, что я раньше сюда не попала, когда они были младше.

Мы так увлекаемся всем этим, что пропускаем момент, когда в мою спальню появляется еще один гость. Первым императора замечает принц Тамерлан.

— Отец…

Обескураженно тянет и, запихнув карты под мое одеяло, спешно встает на ноги. Оглядывается на брата и, ухватив того за шкирку, тоже тянет вверх.

— Император. — Кивает принц Ралан.

— Что тут происходит?

Спокойно задает вопрос император, впрочем, глаза его сужаются.

— Мы… пришли проведать ее величество.

Сама опускаю Ксюшку на подушки и привстаю на локти, мне тяжело, хвост меня плохо слушается, и мальчики, это замечая, кидаются мне помочь.

— Проведали?

Обманчиво спокойно тянет император.

— Мгм… да…

— А это что?

Кидает на развязанные упаковки и ленты из-под подарков, и если бы хитрый Тамерлан выкрутился бы, то наивный Ралан говорит как есть.

— Это ее величество сделала нам подарки в канун праздника.

Слышу тяжкий вздох Тамерлана, чем-то напоминающий «Ой, дурак…!» и наблюдаю за тем, как вытягивается лицо императора.

— Д-да…? И что же вам подарила ее величество?

— Да так, отец, формальности ради. Ее величество, видно, забыла, что мы давно не дети. Книжки, то да се… Всё для развития!

Скороговоркой талдычит старший и запихивает карты себе в карманы, сует Ралану его атлас.

— Ну мы это пойдем, а то дел у нас много… — подталкивает брата к двери, на полпути хлопает себя по лбу. — Чуть не забыл.

Решительно подходит к кровати и аккуратно кутает в лежавшее рядом покрывало спящую Ксюшу, берет на руки.

— Я отнесу юную барышню в гостевые покои.

Больше говорит для меня, чем для остальных.

Сглатываю, но благодарно ему киваю.

— Доброго дня, император, императрица.