— Задержалась по делам.

— Я. Велел. Тебе. — Чеканит по словам и подрывается с места. Бокал со стуком опускается на стол, а наг нависает надо мной несокрушаемой стеной. — Чего ты добиваешься-то, мм? Ответить мне?

— А вы?

Поднимаю на него усталый взгляд и наблюдаю, как черный зрачок вытягивается на фоне янтарной радужки.

— Что я?

Дергает непонимающе плечом. Ровно так же делает Ралан, когда ему что-то не по душе.

— Вас разозорили другие, но срываетесь вы на мне.

— Это не так! — Гневно раздувает ноздри. Спокойно выдыхаю.

— Еще и кричите. — Качаю головой, устало ему улыбаюсь, лицо-то мне замазали, и теперь все чешется. Хочется смыть с себя этот грим и просто уснуть. — А давайте я просто уйду к себе, м? На свое место, вам же так по душе? Ну, я пошла… Спокойной ночи…

— А ну стоять.

Меня ловят за локоть и возвращают обратно.

— Я не отпускал.

Кидает мне с претензиями, пожимаю устало плечами.

— Так отпустите, мы оба уставшие, к чему себя мучить дальше?

Он целую минуту меня рассматривает. Долго и придирчиво, следом ядовито хмыкает.

— Не знаю, что вы с папашей придумали на этот раз. Но даже не мечтай, Тамира, единственное, что ты урвала, так это титул императрицы и всё.

Теряюсь на мгновение.

Что его так подменило?

Вчера же рану лечил, во сне обнимал, а теперь грызется и рычит на меня.

Женщина из нас двоих тут я, а ощущение, что месячные у него.

Вот только сил спорить с ним и острить нет.

Я выжата до последней капли. И когда его величество демонстративно отбрасывает мою руку, фырча:

— Можешь быть свободна.

Я опускаюсь перед ним в поклоне и ухожу.

Неспешно спускаюсь по ступенькам в сад, за моей спиной семенят две служанки.

Мысли мои далеко от всего этого.

И я раз за разом задаюсь вопросом, в какое дерьмо вляпалась.

А если он и вправду ну… не может больше иметь детей?

Ну он-то не может, а я могу!

Услужливо подталкивает внутренний голос.

Закусываю нижнюю губу.

Это что ж выходит, надо найти себе любовника, чтобы понести лялечку?

Что-то мне эта мысль не нравится. От слова совсем.

Слышу позади торопливый шаг, похожий на бег, тихий крик молодой служанки.

— Ваше величество… Ваше величество, постойте! Император вас зовет обратно!

Меня?

Чего это ради?

И так не хочется возвращаться. Но вспоминаю его кислую рожу — точно явится по мою душу, если не сделаю, как велел.

Устало вздыхаю, но, подобрав подол платья, покорно разворачиваюсь.

Шаг специально тороплю.

Просто хочу побыстрее узнать, что ему хочется, и уже добраться до своей постели!

Пересекаю императорский коридор и застываю напротив опочивальни императора. Замечаю в коридоре двух служанок… Они кого-то ждут. И, судя по одеждам, не прислуживают императору.

Молодые слуги, увидав меня, переглядываются, но покорно открывают двери.

Делаю шаг вперед и с удивлением застываю на пороге.

Прямо под моими ногами — женское платье.

Кровать не заправлена.

А на ней довольно кошкой подтягивается молодая девица.

Длинные фиолетовые волосы струятся шелком по плечам.

Девица легко прикрывает простыней грудь и стервозно мне улыбается.

Так вот кто за мной послал… Не император меня хотел видеть, а эта сучка самоутвердиться.

— Ох, ваше величество… — с придыханием та выдает. — Его величество вышел освежиться… Мы тут заняты…

— А его величество, смотрю, скорострел. Я только вышла, а он уже успел и начать и закончить…

— Что? — тупит взгляд девица, совершенно не ожидая от меня спокойного тона.

Смутные догадки одолевают меня. А случайно не эту дуру Тами оттаскала за волосы, прежде чем ее сослали?

Да ладно, и меня опять-таки пытаются таким примитивным способом сослать?

Усмехаюсь, демонстративно пнув ногой платье, валявшееся на полу.

Фиолетоволосая поджимает недовольно тонкие губы и морщит носик. И, видимо, не оставив надежды вывести меня из себя, продолжает кусать «словесно».

— Вы бы не могли нас оставить, ваше величество. Все-таки императору надо расслабиться… Трудный день, одни хлопоты. Он нуждается в ласках. — изящным движением откидывает волосы на плечо. — Впрочем, женам о таких вещах неизвестно, их удел — семья. Удовольствие мужчине может подарить лишь любовница.

Нет, малыш, не надо было тебе открывать рот.

— Детка, — снисходительно на нее смотрю. — Любовница исходит от слова «любить». Уверяю тебя, что его величество никого, кроме себя, не любит. А судя по твоему потасканному виду, тебе больше подходит другой титул.

Щелкаю пальцами в воздухе и шепчу одними губами: «По-тас-ку-ха».

Идеально белая кожа нагини покрывается пунцовым цветом.

— Ах ты ж тварь… — цедит она сквозь зубы, подрываясь с места.

Но не успевает договорить, двери со стороны купальни распахиваются, и к нам выходит хозяин спальни.

Мокрые волосы петлями спускаются по голому торсу, бисерки воды цепляются за бронзовую кожу, медленно спускаясь вниз по косым мышцам таза.

Лишь белая простыня, обмотанная вокруг узких бедер, скрывала достоинство императора.

Тот смахивает капли воды с лица и осматривает то свою подстилку, то меня.

— Дали… Что ты?.. — следом оглядывается на меня, его брови хмурятся. — Тамира, а что ты тут делаешь?

Смотрю на него, гада такого распрекрасного и кабеля аморального.

И думаю про себя: «Ну любовник так любовник. Найдем шикарный генофонд для будущего малыша».

Возвращаю ему жесткую усмешку. Вытягиваю руки вперед и кланяюсь.

— Забыла пожелать императору спокойной ночи, оттого и вернулась. Спокойной ночи.

И, не сказав больше ни слова, оборачиваюсь и ухожу.

Тааак… Теперь надо отыскать себе любовника.

Хотя бы на одну ночь.

А быть может, и не на одну.

* * *

— Я хотел извиниться…

Голос принца Ралана отвлекает меня от созерцания вальса снежинок. Отворачиваюсь от окна и выгибаю бровь в вопросе.

Кого-кого, а в это зимнее утро его я совсем не ожидала увидеть.

После того как мы пару дней назад не крайне дружелюбно разошлись, стоило ожидать, что его высочество и вовсе на меня обиделся, а это значит, что впредь будет избегать. Чем он и занимался.

Всю предыдущую неделю никто из императорской четы меня не навещал.

Ни младший принц, ни его отец.

Но сегодня я наблюдаю интересное явление: и разъярённый тигр, что совсем недавно на меня рычал, ныне превратился в пушистого котёнка, который от неловкости прячет взгляд.

Встаю с широкого подоконника, на котором устроилась, и стаскиваю с колен свой ежедневник.

Всё утро я занималась тем, что составляла список кандидатов на роль моего потенциального любовника.

Но сейчас забываю о делах, не несущих, и обращаю всё своё внимание на принца.

Маню его к себе жестом.

И парень охотно подходит ближе, чтобы присесть в кресло напротив того, куда устроилась я.

— Рада вас видеть, ваше высочество.

В моём голосе нет места сарказму, я даже искренна в своих словах. Но Ралан всё равно тяжко вздыхает.

Весь его вид излучает полное недовольство ситуацией в целом. И не успев я немного изучить парня, то подумала бы, что его паршивое настроение как-то связано со мной. Но нет, Ралан из тех людей, которые, учуяв за собой вину, начинают беситься и просто не умеют просить прощение.

Хотя в моём случае он таки извинился.

Представляю, каких титанических усилий его это стоило.

Оттого решаю, что будет куда разумнее не акцентироваться на этом.

— Признаться честно, ваше высочество, за эту неделю я успела по вам заскучиться. Прошу, угощайтесь…

Передаю ему пиалу с горячим чаем. И подталкиваю ближе вазочку со сладостями.

Тот отпивает и непонимающе щурится.

— Ммм… горячо.

— О да, — потираю шею и тут же плотнее кутаюсь в свою кофту. — К сожалению, я ужасная мерзлячка, и в такие зимние вечера только горячий чай меня и спасает.