Я слушал рассуждения и мысленно соглашался с каждым словом. Логика у Громова работала как швейцарские часы. Я откашлялся, прочищая горло от остатков гари, и тоже решил высказаться.

— Я совершенно не знаю, что из себя представляет лорд Даздраил, — произнес я, повернув голову к Наире. — Раньше я с ним не пересекался. Но если он действительно пошел на такие радикальные меры, раз решил открыто помочь и во всем разобраться, то это говорит о нем исключительно в хорошем ключе. Что он из себя покажет в будущем, нам еще предстоит выяснить. Политика дело темное. Но на данный момент, если он искренне хочет своему народу помочь выжить, это только огромный плюс в его копилку.

Наира выслушала мою речь, тяжело вздохнула и промолчала. Эльфийка отвернулась в сторону, разглядывая заснеженные кусты.

Я смотрел на ее напряженный профиль, прекрасно понимая истинную причину такой реакции. Мне ее мотивы виделись насквозь, ведь Наира воспринимала Даздраила исключительно как своего суженого по договоренности. Именно этот факт заставлял ее внутренне противиться любым его действиям, какими бы правильными они ни казались со стороны. Эльфийка сбежала от этого брака на рубеж, променяв комфорт на промерзший бетонный бункер, и теперь отчаянно цеплялась за свою свободу.

Личная ненависть имела под собой веские основания, поскольку любое свободолюбивое разумное существо возненавидит навязанную судьбу. Только вот личные счеты — это совершенно отдельная история, а выживание огромного количества сородичей требовало совершенно иного подхода. Я понимал, что нельзя переносить свою обиду на одного конкретного лорда на весь эльфийский народ. Даздраил мог оказаться редкостным интриганом, но если его амбиции спасали жизни целой резервации — это стоило принять.

Мы вышли из чащи к расчищенной поляне. Медицинский городок постепенно приходил в себя после пожара. Техники успели полностью убрать черные дымящиеся остовы, раскатав на их месте новые площадки. Взамен сгоревших шатров солдаты натягивали новенькие брезентовые палатки, закрепляя их металлическими колышками в мерзлом грунте. Гудение дизельных генераторов отдавалось легкой вибрацией по земле в ноги. Врачи и санитары сновали между рядами, перетаскивая уцелевшие ящики с крестами и принимая новых пациентов из резерваций. Пахло свежим брезентом, хлоркой и выхлопными газами.

Мы остановились у административного блока. Громов окинул взглядом восстановленный лагерь, удовлетворенно кивнув.

— Господа дозорные, мне нужно будет ненадолго отлучиться, — произнес десница императора, обращаясь сразу к нам обоим. — Я планирую сходить к источнику зараженной воды, что у паломнического бассейна. Инженерные бригады должны были приступить к работе, и мне необходимо проверить, как идет строительство бетонного саркофага.

Виктор Андреевич поправил меховой ворот аляски, защищая шею от порывов стылого ветра.

— Кто-нибудь из вас может меня сопроводить? — спросил столичный гость. — Решите между собой, мне подойдет любой из вас.

Наира тут же подалась вперед, переступив с ноги на ногу.

— Я могу вас сопроводить, конечно, — отозвалась эльфийка с готовностью. — Все-таки я эту территорию знаю гораздо лучше, ведь это мой родной лес. Но если Егор хочет сам вас проводить, я совершенно не буду настаивать.

Я почесал замерзший подбородок пальцами в перчатке, прикидывая варианты. Предложение прогуляться до источника выглядело весьма привлекательно. Иметь чисто прагматичный контакт с десницей казалось исключительно выгодным предприятием. Этот человек обладал колоссальным весом в государстве, однако вел себя просто. Громов не смотрел на меня как на представителя низшего сословия, общаясь практически на равных. Он слушал мои доводы и принимал их во внимание. Мне почему-то казалось, что, проведя чуть больше времени с десницей, я смогу заручиться его личной поддержкой, прямо как недавно обещал лорд Даздраил, а иметь таких знакомых в высших эшелонах власти еще никому не вредило.

— Да я не против, могу проводить, — ответил я, пожав плечами. — Местность я эту уже более-менее запомнил, маршрут знаю.

Я посмотрел на опушку леса, прикидывая время в пути.

— Тем более там я могу взять с собой Мишу, — добавил я весомый аргумент. — Медведь сможет нас проводить и прикрыть в случае опасности. Все-таки винтовка, полутонный шатун и двое вооруженных — это будет гораздо серьезнее, чем просто эльфийка, винтовка и один человек.

Наира слабо улыбнулась, поправляя выбившуюся из-под шапки светлую прядь.

— Ну, я совершенно не возражаю, — согласилась дозорная. — Если нужно, я могу сходить с вами вместе. Втроем будет еще надежнее.

Громов отрицательно качнул головой.

— Я бы и рад, чтобы мы сходили вместе, право слово. Ваша компания для меня после столичной духоты как глоток свежего воздуха, молодежь. Но, увы, это будет уже излишним. За Разломом все-таки должен кто-то присматривать на постоянной основе. Пока мы тут с вами шатаемся по лесу и тратим время на долгие разговоры, неизвестно, что прямо сейчас происходит у кромки черного тумана. Граница не должна оставаться пустой.

Десница запахнул куртку плотнее, собираясь уходить.

— На этом пока что можем разойтись и заниматься своими прямыми обязанностями, — скомандовал Виктор Андреевич. — Если у вас есть ко мне какие-то срочные вопросы, я готов выслушать вас прямо сейчас.

Я переступил с пятки на носок, разгоняя кровь в замерзающих ступнях.

— Ну, если вы собираетесь выдвигаться к бассейну в ближайшее время, то как вы со мной свяжетесь? — уточнил я важную деталь.

Громов успокаивающе поднял ладонь.

— Не переживайте об этом, Багрицкий, — ответил он с легкой улыбкой. — Я просто приеду прямиком к вашему посту, когда закончу текущие дела в лагере. Ждите на месте.

Я кивнул, принимая инструкцию. Виктор Андреевич повернулся к моей напарнице. Наира коротко мотнула головой.

— У меня лично вопросов нет, — доложила она. — Кроме одного.

Громов коротко хохотнул.

— Так нет, или все же один имеется?

— Ну… — замялась она. — Да, есть. Могла бы я как-нибудь пообщаться с госпожой Шаянин?

— Хм? — Брови Виктора Андреевича слегка дернулись в удивлении. — Да думаю… да. Почему нет?

Наира благодарно кивнула головой.

— Буду крайне признательна.

Мы попрощались. Громов уверенным шагом направился к палатке начальника лагеря, где Золотов уже размахивал кипой накладных, а мы с Наирой отправились вместе к гравибордам, откуда двинули в сторону бункеров.

* * *

Тяжелые створки закрылись. Звук щелкнувшего замка отрезал зал заседаний от внешнего мира, навсегда отделив происходящее внутри от суеты нижних ярусов. Роскошное помещение погрузилось в тишину, которую нарушало лишь мерное потрескивание пламени в настенных светильниках. Оставшиеся за дубовым столом эльфы молчали. Правители резерваций переваривали только что разыгравшуюся перед ними сцену, осознавая масштаб неизбежных перемен.

Наместник сидел во главе стола. Старец вцепился пальцами в резные подлокотники кресла так сильно, что массивная мебель жалобно скрипнула. Его лицо напоминало высохший пергамент, густо покрытый сеткой глубоких морщин. Правитель дышал с заметным присвистом, жадно хватая ртом прогретый воздух. Он смотрел в гладкую поверхность столешницы невидящим взором, наблюдая, как выстроенный им десятилетиями политический строй рушится прямо на глазах. Золотые перстни свободно болтались на исхудавших фалангах, грозя соскользнуть вниз при каждом судорожном вздохе.

Лорд Даздраил не стал торопиться. Аристократ обвел присутствующих внимательным взглядом, задерживаясь на лице каждого сидящего советника. Кожа лорда сохраняла землистый оттенок, свидетельствуя о бушующей в крови болезни. Эпидемия подтачивала его силы, однако этот факт сейчас играл ему на руку, являясь абсолютным доказательством реальности надвигающейся угрозы. Даздраил расправил плечи, усилием воли прогоняя подступающую слабость, и шагнул ближе к центру помещения.