Словесная перепалка набирала обороты, превращаясь в неуправляемый хаос. Эльфы кричали на людей, обвиняя их в предательстве. Охрана кричала в ответ, называя местных неблагодарными дикарями. Никто не пытался разобраться в происходящем, каждый просто выплескивал накопившуюся ненависть и страх. Толпа качнулась вперед, готовая смять жидкую цепь защитников.

Я подбежал к этому столпотворению, протискиваясь между напряженными спинами солдат.

— Эй! — крикнул я, подняв руки. — Успокойтесь! Успокойтесь, говорю!

Мои слова потонули в общем гвалте. Никто даже не повернул головы. Эльфы продолжали наседать, солдаты прижимали приклады к плечам. Положение становилось критическим. Достаточно было одного брошенного камня или случайного выстрела, чтобы начать резню.

Я набрал полную грудь пропитанного дымом воздуха, зажмурился и заорал во всю мощь своих легких.

— А НУ ЗАТИХЛИ ВСЕ НАХЕР!

Рев получился по-настоящему звериным, перекрыв и гудение генераторов, и крики толпы.

Сработало безотказно. Возникла пауза. Эльфы вздрогнули, опустив вилы и дубины, оборачиваясь в мою сторону. Солдаты скосили глаза, не убирая пальцев со спусковых крючков. Все уставились на меня, ожидая продолжения.

Я опустил руки и сделал шаг вперед, выходя на пустое пространство между конфликтующими сторонами.

— Давайте для начала разберемся с тем, что здесь произошло, — произнес я спокойным, но предельно жестким тоном. — А уже потом будем искать виноватых и махать топорами. Ни один разумный человек и ни один разумный эльф не станет поджигать медицинский лагерь, в котором работают представители обеих рас. Это совершенно нелогично, и более того — абсолютно в своей абсурдности.

Я указал рукой на дымящиеся остовы сгоревших палаток.

— Надо быть полным идиотом, чтобы поджечь лагерь, в котором трудятся люди, пытающиеся спасти ваши жизни. И точно таким же идиотом надо быть, чтобы подвергнуть опасности собственных соплеменников, которые сейчас лежат там на койках. Это полная ахинея, господа.

Толпа недовольно заворчала, но оружие никто поднимать не спешил. Здравый смысл начал пробиваться сквозь пелену паники.

— Поэтому, пожалуйста, давайте сейчас успокоимся, — продолжил я, обводя взглядом изможденные лица местных жителей. — Опустите свое железо и разойдитесь по домам. Нам здесь нужно привести все в порядок. Нужно уложить больных людей и эльфов спать, оказать помощь пострадавшим от взрывов и спасти уцелевшие лекарства. А вам с вашими болезнями не стоит устраивать дебош на морозе, а лучше беречь остатки сил, чтобы просто не откинуться прямо тут на снегу. Простите за грубость, но говорю как есть.

Возникла заминка. Местные жители переглядывались, явно не желая сдавать позиции просто так. Вперед выступил эльф с замотанной грязной тряпкой рукой, сжимая кусок ржавой трубы.

— Ты еще кто такой? — выплюнул он враждебно. — С чего мы вообще должны тебе верить? Ты тоже человек, а значит, точно так же заинтересован в том, чтобы выгородить своих! Вы все заодно!

Я потер грязный лоб рукавом куртки, чувствуя, как под кожей пульсирует усталость.

— Я, мать твою, дозорный с Разлома, — ответил я прямо, не сдерживая эмоций. — Багрицкий Егор Дмитриевич. И мне абсолютно фиолетово на ваши распри и политические игры. Моя единственная задача заключается в том, чтобы защищать периметр от прорыва, чтобы твари со дна не выскочили оттуда и не кинулись рвать на куски вашу и мою стороны.

Я выдержал паузу, обводя взглядами остроухую толпу.

— Поэтому я заинтересован в том, чтобы здесь был мир, покой и никакой вражды. Если ваша вражда продолжится, это усложнит мою работу десятикратно, а мне это нафиг не нужно. Я буду заниматься поиском виновных наравне с остальными. Я и без того оказываю всяческую помощь резервациям, поэтому давайте-ка утихомиримся и не будем мешать врачам делать их дело.

Оппонент с железной трубой опустил оружие. Видимо, логика постороннего наблюдателя, стоящего на границе с преисподней, оказалась достаточно весомой. Остроухие поутихли и даже перестали подозрительно шептаться, бросая косяки.

Но прежде, чем кто-либо успел добавить хоть слово, со стороны резерваций раздался новый голос.

— Что здесь происходит?

Голос прозвучал громко и властно, заставив эльфов моментально затихнуть и расступиться. Звук не нес в себе истерики, он просто провозглашал абсолютный авторитет прибывшего.

— Это же лорд Даздраил, — шепнул кто-то из толпы, опуская вилы остриями в снег.

Позади меня заскрипел снег. Наира, оказавшаяся рядом совершенно незаметно, резко дернулась.

— О нет, нет, нет, нет, нет, — забормотала дозорная паническим шепотом. — Только не он.

Эльфийка сделала быстрый шаг в сторону и пристроилась точно за моей спиной, стараясь полностью скрыться от взора высокопоставленного гостя. Я прекрасно понимал причины ее поведения, поскольку встреча в столь неподходящей обстановке не сулила ничего хорошего. Я поставил ноги пошире, расширяя стойку и перегораживая девушку от направленных на нас взглядов, давая ей какое-никакое укрытие.

Из образовавшегося живого коридора вышел эльф, облаченный в дорогие одежды. Лорд шагал уверенно, осматривая пепелище цепким взглядом.

Я смотрел на Даздраила и чувствовал, как внутри нарастает сильнейшее напряжение. Слух зацепился за прозвучавшие нотки. Мозг моментально выстроил логическую цепочку, сопоставляя услышанный тембр с недавними событиями. Голос прибывшего аристократа показался мне до боли знакомым. Я судорожно пытался понять, откуда я мог его слышать, перебирая в памяти недавние встречи.

Хрипловатые, властные интонации. Специфическая манера растягивать слова. Казалось, что я совсем недавно слышал что-то похожее, но никак не мог понять, где именно.

Даздраил остановился перед затихшей толпой и обвел соплеменников суровым взглядом, не терпящим возражений.

— Немедленно разворачивайтесь и топайте домой, — приказал лорд твердым голосом. — Не смейте обострять и без того тяжелое положение. Я сейчас сам пообщаюсь с представителями людей и выясню все детали инцидента. Опустите оружие и уходите.

Эльфы нехотя подчинились. Бунтарский дух испарился под довлеющей аристократической аурой. Местные жители бросали хмурые взгляды на солдат, но спорить не осмелились, затем медленно принялись расходиться, растворяясь в темноте ночного леса и возвращаясь к своим поселениям.

Охрана лагеря заметно расслабилась, опустив стволы автоматов, и тяжело выдохнули морозный воздух. Конфликт удалось погасить в самой зародышевой стадии, что было практически чудом. Кровопролития мне еще не хватало, чесслово, так что можно сказать, что лорд Даздраил появился крайне вовремя, хотелось бы мне того или нет.

Даздраил дождался, пока последний житель нижних ярусов скроется за деревьями, после чего поправил воротник своей мантии и уверенным шагом направился прямо к нашей стороне, намереваясь провести дипломатические переговоры на высшем уровне. Я стоял на месте, укрывая Наиру за своей спиной, и готовился к весьма непростому диалогу с эльфом.

Пока лорд подходил ближе, я внимательно разглядывал его гордый профиль и надменный взгляд.

Наира продолжала прятаться у меня за спиной, стараясь даже не дышать слишком громко. Я чувствовал ее напряжение, передающееся через легкие касания к моей куртке.

Подошедший аристократ остановился в нескольких шагах от меня. Он окинул взглядом дымящиеся остовы палаток, залитые грязной пеной лужи и суетящихся вдалеке санитаров. На лице эльфа отразилась тщательно выверенная скорбь, смешанная с благородным сочувствием, которое обычно демонстрируют политики перед объективами камер.

— Мне искренне прискорбно видеть то, что здесь сегодня случилось, — произнес эльф. — Меня зовут лорд Даздраил альк’Шурима. Я являюсь одним из высших эльфов, лордом и одним из советников Круглого стола Свободных Эльфийских Резерваций. К великому сожалению, наш наместник по состоянию здоровья и в силу своего преклонного возраста не может сейчас к вам выйти. Поэтому представлять интересы нашего народа вызвался я.