Плохая новость в том, что Хроника ошиблась. Хорошая новость в том, что она об этом не знает. И да, надо бы встретиться с Хорошей Скверной и поговорить ещё раз. Ведь её злобная сестра в данный момент затаилась, и моя чуйка говорит, что это неспроста.

А потом я почувствовал Скульптора. Не его самого, а его силу, на самом краю восприятия, далеко, на безопасном расстоянии, и когда повернул голову, я увидел. На гряде за равниной, там, куда не доставало ни одно заклинание, стоял странный, какой-то уж слишком нарядный кадавр и он смеялся. Похоже, Скульптор прислал своего посланника посмотреть, что здесь происходит, и, судя по тому, как кадавра трясло, ему прямо сейчас было очень весело.

Ну что ж, повеселимся вместе.

— Слышишь, ты! — заорал я в ту сторону, куда ушла Хроника, и добавил в голос столько силы, чтобы она меня точно услышала. — Дура ты тупая! Если ты в собственной Вселенной ничего сделать не можешь, ты что, думаешь, в Многомерной у тебя что-то получится⁈ Забейся в самую дальнюю вонючую яму и сиди там! Жди, пока я приду и тебя уничтожу!

Эрания под мной фыркнула. Ей понравилось моё выступление.

Рядом смялось пространство, и на спину драконихи, прямо ко мне, выпрыгнул Волк, довольный, потный, с ног до головы в чём-то чёрном и липком, и ржал он так, что Эрания покачнулась.

— Сань, — сказал он, отдышавшись. — Ты не перегибаешь? Она же обидится. Она вообще-то может разозлиться.

— В этом и есть мой план, — ответил я и посмотрел на равнину. — Чем больше она злится, тем больше тупых поступков делает. Как, например, вот это нападение.

Волк подумал и заржал снова.

— Красава! — сказал я и хлопнул его по плечу так, что чёрная слизь с него полетела во все стороны.

— Легионы отработали на пять с плюсом. Оба! И знаешь, что это значит?

— Что?

— Что Первый Легион Араза официально прошёл боевое крещение.

Волк перестал смеяться.

— То есть… — начал он и не договорил, потому что не хотел ошибиться.

— То есть его принял Кодекс, — сказал я.

Я поднял руку. Моя ладонь окуталась голубым сиянием, ровным и тёплым, и я произнёс ритуальную клятву.

— С Кодексом в сердце… С Кодексом в душе…

Внизу, на равнине, меня услышали.

Первый Легион Земли опустился на одно колено, все легионеры разом, потому что Кодекс их уже принял и они знали, что делать. А там, где стояли аразцы, сначала было тихо. Потом опустился первый, за ним центурия, а за ней уже весь Легион Араза, все до одного, встали на одно колено, почтительно склонив головы, и над ними, над каждым из бойцов, поднялось голубое сияние, то же, что горело на моей ладони, и легло на них, как ложится меч на плечо в момент присяги.

В ушах у меня стоял звон, торжественный и долгий, ведь прямо сейчас Кодекс принял под своё крыло ещё один Легион, и не буду врать, меня это зацепило. Только что мой родной Орден стал ещё сильнее!

— Ведь я и есть Легион… — сказал Волк рядом со мной, очень тихо, одними губами.

А я сделал вид, что не заметил, как он вытер ладонью выступившую на глазах влагу.

Казалось, это победа… Никто поблизости ничего не взрывал. Даже Волчара, которому снова дали много трофеев, пока вёл себя прилично. Однако было не всё так просто. Планета внезапно тряхнуло… Сильно!

Я сидел на камне возле позиции легионеров и пытался понять, как Хроника умудрилась привести сюда такое войско. Сил ей всегда хватало, да и желания избавиться от Араза тоже. Однако раньше она почему-то обходилась другими способами, а сегодня явилась лично, вместе с двумя своими приятелями и кучей войск.

Что же тогда изменилось? Я опустил ладонь на землю и прошёлся своим восприятием глубже. После боя здесь осталось достаточно чужих следов, чтобы разбирать их до следующего вторжения. Вязь Хроники местами проходила через следы Пустоты, а рядом с ней торчали обломки механических плетений Пастыря. Я попробовал отделить одно от другого, но быстро понял, что сейчас только зря потрачу время, ведь их ещё и наши удары перемешали. Похоже, что они поработали коллективно. Чего не могла одна, сумели втроём, именно это мне и не нравилось. Хроника вряд ли забудет дорогу после первого неудачного визита. Скорее она учтёт ошибки и попробует ещё раз, причём место для высадки выберет другое. Араз большой, и нас на все места не хватит. Ну, это если они всё же не запустят Кольцо.

Отбились мы успешно. Присягу Легиона я ещё долго буду вспоминать, да и на людей приятно было посмотреть. Вон аразец придерживает перед товарищем щит и пытается снова вызвать ту самую голубую вязь. Получается у них пока через раз, зато радости у обоих столько, что даже отсюда видно. Пусть пробуют, осваиваться им теперь придётся долго этим заниматься.

Вот только планете от нашей победы легче не стало. Под равниной ещё расходились повреждённые слои. В одном месте они пытались сойтись обратно, в другом между ними собиралась сила, которой некуда было деться. Хорошо, что бой закончился быстро. Продлись эта свалка ещё несколько часов, я бы сейчас разбирался с последствиями, на которые уже никакой радости не хватило бы. А если нападения станут постоянными? Переселять отсюда людей мне не хотелось. Они столько выдержали ради своего мира, обустроились, вырастили Легион. Теперь прийти и сказать: собирайтесь, больше здесь жить нельзя? Причём объяснять это придётся мне, глядя им в глаза. Я очень надеюсь, что до такого не дойдёт. Да и несколько союзных планет давали нам гораздо больше возможностей. Есть куда отвести людей, где собрать силы и откуда ударить. Один мир можно окружить, запереть, довести до того, что защитники сами сядут на последние ящики с припасами. Когда рядом остаются свои, нападающим приходится смотреть за спину. Если потеряем Араз, станет хуже всем. Впрочем, я уже размышлял о переселении целой планеты, хотя ещё даже не выяснил, как пришли сегодняшние гости.

Давай, Сандр, займись тем, что можешь сделать сейчас! Умные мысли никуда не денутся, вот только ночью спать не дадут.

Я допил кофе, оставил кружку возле полевого котла и пошёл искать Волка. Нашёл его у остова механической твари. Таких мы сегодня набили много, но именно эту ещё не успели растащить. Из открытого бока торчали ноги бойца, второй придерживал верхнюю пластину, а Потапов стоял рядом и смотрел внутрь с таким интересом, словно ему показывали новорождённого наследника.

— Не трогай пока ту штуку, — сказал он, придерживая пластину плечом. — Вон, справа ещё светится. Сначала разберёмся, куда от неё всё идёт.

— Ты здесь надолго? — спросил я, останавливаясь рядом.

Волк выпрямился. По привычке он обтёр ладони о доспех, но обнаружил, что только размазал грязь, и только махнул рукой.

— Смотря зачем я понадобился, — ответил он. — Если считать трофеи, то очень надолго.

— Собирай своих, — я кивнул в сторону лагеря. — Пойдём на вылазку. Хочу Хронике ответный визит нанести, а то она слегка охренела.

Лысый уставился на меня, затем довольно заулыбался.

— Вот это уже разговор, — произнёс он, отходя от трофея. — Отличная развлекуха! Сколько людей с собой брать?

— Сначала отбери тех, кто успел восстановиться, — я посмотрел в сторону аразского лагеря. — Цель я ещё ищу, поэтому пока без сбора всей армии. Совсем оголять Араз нельзя.

— Само собой, — Волк подозвал проходившего мимо центуриона, коротко велел ему закончить проверку трофея и повернулся обратно. — Маршрута, значит, тоже пока нет?

— Эранию отправлю на разведку, — я прикинул, сколько сил оставалось у драконихи после боя. — Пусть посмотрит, куда эта компания откатилась и где нам будет удобнее зайти. Может, вообще придётся ограничиться одной разведкой.

— Ты только потом ребятам сам это объясни, — он почесал щёку, оставив на ней чёрную полосу. — А то я им скажу про вылазку, они соберутся повеселиться, и тут ты передумаешь.

— Значит, пока трофеи собирайте, — усмехнулся я.

— Это мы завсегда готовы, — Потапов посмотрел мне прямо в глаза, — но ждем разведку!