Я написал:

«Каску ему не отдавать. Он и без неё слишком уверен в должности».

Неожиданно Соня ответила голосовым сообщением:

— Дядя Максим, он сказал, что будет руководить. Мама дала ему немного курицы, а он уже проверил кухню и теперь сидит возле холодильника.

На заднем плане Рита попросила не наговаривать на кота. Сразу после этого раздалось требовательное мяуканье.

Я усмехнулся, и спина тут же напомнила, что смех мне пока разрешён только после консультации врача.

Соня на фотографии улыбалась. Рита случайно попала в кадр и тоже выглядела спокойнее. Дюбель был накормлен и уже считал чужую мебель своей. Квартира оставалась закрытой, Жанна Сергеевна наблюдала за двором, и даже Валера получил понятную инструкцию. Надёжным охранником он не был, зато обладал хорошим слухом и здоровым страхом перед моей реакцией.

Мир пока держался. После вчерашнего этого было достаточно.

Днём в палату пришли Степаныч и Михалыч. Посещать разрешали по одному, но они вошли вместе, будто ограничение относилось к кому-то другому. Степаныч нёс пакет с едой, Михалыч держал портфель и выглядел так, словно приехал не к больному, а на совещание к временно лежачему директору.

— Ну и вид у тебя, — сказал Степаныч, остановившись возле кровати. — Я думал ты немного поумнеешь, а ты решил ещё и бетон на себе проверить на прочность.

— Бетон оказался прочнее.

— Да, мы уже в курсе, — он поставил пакет на подоконник и покачал головой.

Михалыч подошёл ближе, осмотрел фиксатор и повязку. Его пальцы слегка дрожали, но портфель он держал крепко.

— Живой, уже неплохо, — сказал он. — Голова работает?

— С перебоями.

— Значит, почти без изменений.

Степаныч раскрыл пакет.

— Жена передала суп и пирог. Сказала, больничной едой тебя не восстановить. Я ответил, что нормальный человек под перекрытия не лезет, но она положила две порции и велела не спорить.

— Передай ей спасибо.

— Сам передашь, когда выпишут. Она хочет лично выяснить, почему ты доводишь пожилых работников до нервного состояния.

Михалыч достал бумаги.

— По базе всё собрали. Копии отчётов у Лены, исходники оставили в офисе. Фотографии сохранили на двух носителях.

— На каких именно?

— На нормальных, — буркнул он и поправил очки. — Не учи меня хранить технические материалы. Я этим занимался, когда ты ещё краны за бутылку чинил.

Последнее относилось к прежнему Смирнову, поэтому спорить я не стал.

Степаныч поставил планшет на тумбочку, и на экране появилась Лена. За её спиной был виден офис. Рита сидела у ноутбука, а в углу возле батареи лежал Дюбель. К производственному совещанию он интереса не проявлял.

— Все на месте? — спросила Лена, проверяя время. — Тогда сразу предупреждаю, у нас двадцать минут. Столько разрешил врач.

— Врач не управляет компанией.

— Зато сейчас управляет тобой, — ответила она. — Такой шанс бывает редко, и мы не собираемся его упускать.

Степаныч сел, Михалыч остался стоять. По их лицам было понятно, что они пришли не спрашивать, что делать. Они уже всё делали.

— Начну со стажёров, — сказал Степаныч. — Лёшу одного на аварийные вызовы не отправляю. Сегодня взял его на обычные заказы. На первом он долго возился, зато ничего не сломал. На втором заметил дешёвую муфту и предложил заменить её до протечки.

— Клиент согласовал расходы?

— Через Риту, — Степаныч достал телефон и показал экран. — Чек приложили, фотографии тоже есть. Не переживай, за один день твою систему никто не растащил.

— Я не переживаю. Я проверяю.

— У тебя это одно и тоже, просто выражение лица меняется.

Михалыч поднял лист.

— Влада проверили в фитнес-клубе. Автоматику он знает, в шкаф без схемы не полез. Сначала снял показания, потом нашёл ошибку датчика. Митяй стоял рядом и давал советы, но Влад его не ударил. В целом оба прошли испытание.

— К крупным объектам Влада пока не допускайте. Пусть сначала закроет несколько задач под контролем.

— Мы так и сделали, — спокойно сказал Михалыч. — Доступ будем расширять постепенно. Клиентские данные он получает только по своей заявке.

Фраза «мы так и сделали» мне не понравилась, но придраться было не к чему.

— Что с Глебом? — спросил я.

Лена открыла записи.

— Ему оставили отдельный рабочий чат без персональных данных и полного графика. Он видит учебные материалы и простые заявки. Доступ к договорам закрыт, проекты Умярова тоже убрали.

— Он заметил?

— Сразу, — ответила Лена. — Спросил, куда исчезли разделы. Рита объяснила, что после проверки мы сокращаем расходы и временно не расширяемся. То есть передала ему именно ту версию, которую он должен унести своим заказчикам.

Рита наклонилась к экрану.

— После разговора он сразу кому-то написал. Сделал вид, что ушёл в туалет, но экран не выключил. Переписку я не читала, просто заметила, что он торопился.

— И правильно. Нам нужен рабочий канал, а не проблемы с законом. Пусть сообщает, что компания занята аварией и пока не берёт крупные объекты.

— Сообщит, — сказала Лена. — Права доступа мы разделили. Если кто-то узнает пароль одного сотрудника, до общего архива всё равно не доберётся.

Я посмотрел на экран. Лена с Ритой за день сделали то, на что в некоторых компаниях уходили месяцы. В моей прежней корпорации руководители хранили пароли на бумажках под клавиатурой, а потом жаловались, что служба безопасности всё усложняет.

— Хорошо. Что по заявкам?

Степаныч переглянулся с Михалычем.

— С заявками порядок, — сказал он. — Но был новый клиент. Предложил срочный аудит загородного комплекса.

— Что за комплекс?

— Несколько корпусов, котельная и бассейн, — ответил Михалыч. — Начинать хотел послезавтра. Деньги предлагал хорошие.

Я сразу прикинул объём. Такой заказ мог дать прибыль и нужные связи. После аварии крупный контракт показал бы, что «Основа» продолжает работать. Для осмотра потребовались бы Михалыч, Влад, Слава и помощники. При нормальной подготовке можно было уложиться в несколько дней.

— Нужно запросить планы и разбить работу на этапы, — сказал я. — Сначала проверить котельную с электрикой, потом переходить к корпусам. Михалыч возьмёт общую схему, Влад автоматику, Слава займётся…

— Мы отказались, — перебил Степаныч.

Я замолчал и посмотрел на него.

— Что значит отказались?

— То и значит, — Михалыч убрал лист обратно в папку. — Сообщили, что сейчас не гарантируем срок и качество. Предложили перенести аудит. Заказчик не согласился.

— Вы отказались от крупного клиента, не обсудив это со мной?

— Мы обсудили между собой, — ответил Степаныч без смущения. — Рита посчитала загрузку, Лена посмотрела условия. Михалыч оценил объём, а я проверил, кого можно снять с текущих заявок. Свободных людей нет.

— Можно было взять специалистов Скряцкого.

— Можно, — согласился Михалыч. — Но сначала их надо проверить и оформить. Клиент хотел завтра подписать договор, а послезавтра увидеть готовую группу. Мы не стали обещать то, чего не вывезем.

— Там хорошие деньги.

— Я видел сумму, — Степаныч вздохнул и потёр поясницу. — У меня даже спина на минуту прошла. Но пришлось бы поставить Влада главным по котельной, а Славку оставить одного на всей электрике. Михалыч бегал бы между корпусами. Ты бы сам нас за это прибил, как только смог встать.

— Можно было предложить частичный аудит.

— Предложили, — сказала Лена. — Заказчик отказался. Ему нужен документ по всему комплексу, потому что скоро приедет страховая. Похоже, он искал не обследование, а удобную бумажку.

Это меняло дело. Подписываться под чужими нарушениями ради срочных денег я запретил с первого дня. Если человеку нужна была бумага для страховой, он мог обратиться к Штерну. Там умели продавать документы отдельно от работы.