В приемной повисает звенящая напряженностью тишина, причем такая, что даже бесцельно бродящая по столу муха замирает на месте от испуга и на цыпочках перемещается куда-то за массивный дырокол.

– Ну, ладно, – наконец произносит секретарша, одним ударом папки с чьим-то личным делом отправляя бедную мушку к праотцам, – проходите… тук-тук, тук, тук, тук, тук… хрясь.

Звук ломающейся клавиатуры долетел до нас, когда я уже закрывал за собой дверь, входя в кабинет полковника.

Надо сказать, что едва я увидел начальника Сереги, так прямо обомлел, ибо передо мной за Т-образным столом сидел сам командарм Первой конной, словно сошедший со страниц школьного учебника истории. Я невольно подобрал живот и быстро застегнул верхнюю пуговку рубашки.

– Здравия желаю, товарищ полковник, – отрапортовал Сергей.

– И тебе не болеть, – как-то растерянно ответил хозяин кабинета, задумчиво смотря на экран монитора. – Вот собака, третий пасьянс разложить не могу, – вздохнул он и, отодвинув мышку, окинул нас заинтересованным взглядом.

– Это и есть твои необычные друзья? – спросил он через пару минут.

– Да, товарищ полковник. Разрешите представить: Ирен тес-ур Ярай – техномаг из параллельного измерения…

– Вообще-то Ирен тес-ун Ярай, – перебила девушка Крайнова, – однако можно и так, только вот «ур» добавляется в случае замужества… – ее щеки тронул легкий румянец смущения.

Неожиданно она вытянулась в струнку и, прижав сжатый кулак правой руки к груди, отрапортовала:

– Ирен тес-ун Ярай, – младший квадрант третьего отделения исследовательского подразделения Огална, прибыла в ваш мир с миссией по налаживанию контактов.

– Ух ты, какая бойкая! – крякнул полковник, приглаживая свои буденновские усы и с саркастической улыбкой глядя на девушку. – Значит, из другого мира, говоришь…

– Так точно, господин полковник, – вперед выступил наш котейко, все это время стоявший позади Сергея. – Извиняюсь, что вмешиваюсь, но хочу представиться – Батон.

– К-хе, – только и сказал Игорь Михайлович и вопросительно посмотрел на невозмутимого Крайнова, затем на улыбающуюся девушку и, в конце концов, на меня. Я в ответ лишь улыбнулся и развел руками.

– Говорящий кот, значит, м-да…

– Так точно, кот! – отчеканил Батон, пожирая полковника своим преданным взглядом. – Нахожусь здесь вместе с классным руководителем восьмого-«е» класса…

– Уже девятого, – автоматически поправил я.

– Ма… – кот на мгновение запнулся, а затем продолжил: – Девятого класса «е» магической академии Штабурга.

– О как! – усмехнулся полковник и повернулся ко мне. – Значит, как я понимаю, вы и есть тот самый руководитель?

– Да, товарищ полковник. Ярослав Краснов, к вашим услугам.

– Чудны твои дела, господи, – вздохнул хозяин кабинета, вставая и подходя к массивному сейфу, приютившемуся в углу кабинета.

Открыв натужно скрипнувшую дверцу, которая, судя по ее толщине, явно первоначально предназначалась для ядерного бомбоубежища, он вытащил оттуда графин, заполненный коричневой жидкостью, и пару граненых стаканов.

– Да вы садитесь, – полковник кивнул на стоящие вдоль стола стулья. – Подчиненным, женщинам и… – он покосился на стоявшего навытяжку Батона, – и котам не предлагаю, а вот вам, товарищ преподаватель, пожалуй, налью. Коньячок настоящий, французский… – Я благодарственно кивнул, благоразумно промолчав о том, что алкоголь для меня все равно что газировка, только горькая. Мы звякнули стаканами.

– Эх, ядреный коньяк, – бросил Игорь Михайлович и поманил Батона пальцем. – Иди-ка сюда, киса.

Кот строевым шагом подошел к полковнику и замер перед ним, выгнув грудь колесом.

– Хорош… – Степанов потрепал кота промеж ушей. – Помнится, у нас похожий был в дипконсульстве, когда я еще работал в одной европейской стране, так он всех кошек американского посольства перепробовал, оно у нас как раз через улицу было. Жена посла даже жаловаться приходила, мол, ваш котяра мою породистую персидку обрюхатил. Эх, хорошие времена были… – глаза полковника на миг стали мечтательными и, глядя на их выражение, я почему-то подумал, что жена посла приходила не только за тем, чтобы на котика пожаловаться. – Слышь, Батон, а может, ты к нам пойдешь, мы тебя на довольствие поставим и даже пистолет дадим именной, но только маленький.

Кот растерянно посмотрел на полковника, затем оглянулся на меня: мол, что молчишь-то? Я только ухмыльнулся. Батон и сам прекрасно понимал, что это невозможно, однако желание заполучить именное оружие просто-таки огромными буквами горело в его глазах.

– Ладно, шучу, шучу, – рассмеялся Игорь Михайлович и вдруг резко стал серьезным, а его серые глаза блеснули стальным властным оттенком.

У меня от такой резкой смены настроения даже холодок по спине побежал и, взбудоражив моих мурашек, скрылся где-то в районе седалищного нерва. Сразу же вспомнилось, кто на самом деле этот забавный дядька, похожий на легендарного командарма, и тут же отчетливо повеяло тайными институтами, а также добрыми ребятами в однотонных костюмах. К тому же в таких институтах наверняка полно ученых типа нашего Гоймерыча, что при выборе между женщинами и любимыми колбочками с ретортами выбирают последнее… короче, не хочу! Сидевший рядом со мной Сергей нервно заерзал на стуле, бросая взгляды в мою сторону и прекрасно понимая, что от решения начальника зависит не только его карьера. Я же быстро перебирал в уме возможные пути отступления и примерные последствия нашего побега, картина получалась не очень хорошая.

– Ладно, – неожиданно сказал полковник, откидываясь в кресле и нажимая на телефоне кнопку внутренней связи. – Марьяшенька, сделай нам три кофе и… там в холодильнике вроде сливки были.

– Хорошо, Игорь Михайлович.

– Вот и отлично, а теперь гости необычные, давайте рассказывайте, что у вас за проблема.

Я облегченно вздохнул.

– Ярослав, там в дверь звонят.

Я покосился на стоящего в двери ванной Батона, который с самым независимым видом уминал за обе щеки бутерброд с двумя типами колбасы, сыром и кусочками консервированной сайры сверху. Оставалось только удивляться двум вещам: как он не лопнет, ибо за утро это уже был третий подобный бутерброд, а также, каким макаром ему удается удержать все это продуктовое наслоение на куске хлеба.

– Наверное, Серега, – вздохнул я, вытирая остатки бритвенного крема и напяливая на себя майку.

Вообще поза… позавчерашний поход к полковнику стоил мне кучи нервных клеток и пяти чашек пантелеевского чая, что были выпиты мной по возвращении. Судя по тому, что Серега от меня не слишком отставал в поглощении сего напитка, нервничал он ничуть не меньше, хотя виду особо не подавал.

И все же обещание полковника помочь давало нам хоть какую-то надежду, иначе чую, придется мне Ирен каждый месяц посылать букет цветов, чтобы, значит, молоко ароматнее было.

– Привет, – сказал Сергей, заходя в квартиру и пожимая мне руку. – Как настроение?

– Да вроде ничего, – пожал я плечами. – Ты с новостями?

– Угу, – кивнул тот. – Пойдем в комнату.

– Лучше на кухню, – буркнул я. – А то Ирен спит еще.

– Спит? Так уже почти двенадцать, – Крайнов удивленно вскинул брови.

Я в ответ только пожал плечами. Действительно, не рассказывать же Сереге, что она до полночи смотрела телек, донимая меня различными вопросами: что, как, почему и как работает продаваемая вот этой теткой суперфиговина, с помощью которой можно стать очень стройными, причем без особого усилия. Я посмотрел на демонстрируемый с экрана тренажер, явно изготовленный из деталей, оставшихся на складах старых велосипедов «Урал» и списанных байдарок (причем все это продавалось по цене от автомобиля КамАЗ), после чего объяснил магичке, что данный предмет очень хорошо работает только в случае взваливания его на шею и бега до ближайшего пункта приема металлолома. Причем результат прямо пропорционален количеству перенесенных предметов. Девушка задумалась, а я быстренько переместился на лежащий у стеночки и специально купленный мною в ближайшем хозмаге полосатый матрасик, прикинувшись активно спящим. Ну, в смысле принялся усиленно похрапывать, что аж фужеры в серванте зазвенели.