— Деньгами. Большими деньгами.

— Прям миллионами? — улыбнулась Аня.

Йохан хмыкнул:

— Да.

— В смысле?

— Серьезно, в смысле да, миллионами. Тебе придется прийти и дать пояснение, откуда что взялось, потом будет выяснение, потом рассмотрение, но по итогу ты сможешь воспользоваться счетом после уплаты соответствующих налогов и сборов. Будут некоторые сложности из-за твоего гражданства, и история затянется, поэтому второй вклад лучше забирать после оформления первого местного. Но в любом случае с адвокатом я проконсультировался, поэтому постепенно всё решится.

— А-а-а… поясни, пожалуйста… — попросила Аня тихо.

— У меня в семье давно лежала бумажка с данными. Отец передал мне как страховку на крайний случай. Ему, кажется, она тоже досталась от отца. Тот факт, что на твоей действительно оказался существующий и не пустой счет, выяснилось только после запроса. Чтобы не было недоразумений, отправил сразу оба.

— Хорошо, но всё равно не понимаю.

— Аня, мы обсуждали твою стабильность и независимость. Это лучший из известных мне вариантов решить твои финансовые проблемы без вливания моих денег.

— Нет денег — пойдем найдем клад? — пошутила она.

— Примерно так, — улыбнулся Йохан. — Хотя у нас с кладами всё сложно, там проблем с реализацией будет еще больше. Поэтому пойдем искать вклад.

— Но смысл где-то такой?

— Где-то да, — кивнул он.

— Отлично, буду иметь в виду.

Аня вернулась к зачистке и вдруг поняла.

— То есть через какое-то время я стану весьма состоятельной женщиной?

— Именно!

— С полностью законными и понятными деньгами?

— Да.

— Йохан!

Он не смог уклониться от радостного визга и Ани, повисшей у него на шее, но, кажется, не слишком по этому поводу расстроился. А если судить по силе объятия, так и вообще обрадовался.

Следующим событием в середине ноября стала неожиданная новость. Аня никак не могла понять, что с ней не так, и где она умудрилась подхватить не то странную простуду, не то вариацию коронавируса. За все предыдущие годы она так странно простудными еще не болела, иммунитет всегда хорошо работал, а тут всё вместе, как назло. К тому же Аня по привычке не стала пить лекарства, а дала себе время переболеть. Пришлось с извинениями отменить оба рабочих дня, вылежаться и вообще всячески себя поберечь, но лучше не стало. Точнее, состояние чуть стабилизировалось, но общее нездоровье осталось.

Не став делать тайну и драму, она честно поделилась с Йоханом, даже посоветовав ему на время отдалиться, чтобы не заразиться. На что тот посмеялся и заверил в обязательности исполнения мысли, его как раз ждала очередная командировка теперь в составе проверки. Как оказалось, раньше Йохан не слишком любил выезды, и его практически не отправляли, но теперь из трех достаточно компетентных поехать может он и дядя, но тому несолидно. В общем, Йохан решил попробовать и посмотреть, что из этого выйдет.

Так как график командировок, как правило, включал поездки на пару недель раз в два-три месяца, то критичной проблемы ни он, ни Аня не видели. Наоборот, возможность развеяться и отдохнуть друг от друга.

В общем, Аня благополучно переболевала почти три недели, когда решилась-таки на поход к врачу. Но тут вернулся Йохан, и на несколько дней суета с его приездом и двумя новыми кружками в коллекции отвлекла от самочувствия. А потом она поняла, что пора что-то делать.

Выбор больницы доверила Йохану, тот забеспокоился и, услышав заверения, что ничего критичного нет, просто вроде иммунитет не справляется, ничуть не успокоился. Запись на три часа в частную клинику с неадекватным ценником вызвала скандал, и Йохан уступил, чтобы вечером привести врача. Приятного благообразного дедулю хорошо за шестьдесят. Он уже своим видом вызывал умиротворение и уверенность в выздоровлении.

— Его рекомендовали родственники, — тут же пояснил Йохан удивленной и расстроенной до слёз его жестокостью Ане.

— Хорошо, здравствуйте, проходите. Чая?

— Нет, благодарю, давайте посмотрим, что с вами приключилось.

Помыв руки, тот послушал, посмотрел горло, измерил давление, расспрашивая о симптомах и проявлениях. По сути, кроме жалоб на легкую слабость, обостренное временами обоняние, и сказать нечего. Температуры не было, ломоты тоже, горло не беспокоило. Пару раз попала под дождь, и как-то так неудачно получилось.

Вопросы продолжились, изучение тоже, включая аккуратное исследование живота и еще более осторожное касание груди. Причем дедуля комментировал, пояснял и спрашивал разрешения. Йохан, которому тоже позволили присутствовать, с опаской наблюдал за манипуляциями и периодически переводил отдельные слова и выражения Ани.

Тщательный осмотр с расспросами не только про Аню, но и ее ближайших родственников, привел к странному выводу:

— В целом картина ясна, конечно, нужно проверить и убедиться, но… поздравляю, вы беременны.

— Что? Не поняла… — Аня услышала новое слово и повернулась к оглушенному и растерянному Йохану. — Йохан⁈

— Ты беременна. Ребенок. Малыш, — как во сне сказал он и шагнул вперед, опустившись перед ней на колени.

Его руки осторожно накрыли ее живот, и только тут до нее дошло.

— Я беременна⁈ — по-русски переспросила она.

Вряд ли ее поняли, но ответили оба утвердительно. Врач назначил купить тест, чтобы убедиться, и выписал направление к гинекологу. И на случай прерывания, и на случай продолжения.

Услышав варианты, Йохан взвился и категорично заявил:

— Мы будем рожать!

— Замечательно! Тогда тем более сходите к специалисту, чтобы сдать все анализы и получить название нужных витаминов. Я давно не вел беременности. Не скажу, что сейчас рекомендовано принимать, — приятно улыбнулся доктор.

— Спасибо. А вы не посоветуете хорошего гинеколога? — тут же утонила Аня и смущенно добавила: — И можно, если что-то будет не так, вам позвонить?

— Конечно, разумеется, — заверил тот.

Общие рекомендации он дал и по отдыху, и по питанию, и по настрою и ушел, попрощавшись с Йоханом в дверях.

— Я беременна, — растерянно сказала Аня. — Мы, конечно, говорили об этом, но я как-то не думала, что всё будет так сразу.

— Я тоже, — слегка улыбнулся Йохан и аккуратно прижал ее к себе. — Но это говорит лишь о том, насколько хорошо мы друг другу подходим.

— Получается так, — отозвалась Аня.

— Почему ты решила звонить этому врачу? Завтра я найду тебе отличного гинеколога.

— Он производит очень правильное впечатление. Такой старенький, умный, очень опытный врач, который видел всё и даже больше. Он сможет поддержать, успокоить и посоветовать что-то полезное. Даже если вычитает рекомендацию в тот же момент в интернете, — пояснила она легко. — Ему веришь именно из-за внешности и стереотипов. Разве у тебя не так?

— Так, если посмотреть с этой стороны, то так, — подумав, отозвался Йохан. — Да, ты права, кто-то опытный и компетентный нам не помешает.

— Ага… я беременна…

— Именно так, любимая. Именно.

На работу Аня всё же пошла, мотивируя необходимостью предупредить заранее об уходе. К тому же, выяснив, что пособий нет, оплачиваемых отпусков тоже, она спокойно решилась остаться без этого способа заработка. Но до Рождества она вполне может доработать. Йохан нехотя, но был вынужден признать логичность аргументов.

Не то чтобы Аня так рвалась к работе, но ответственность за пациентов сказывалась. Она старалась никогда резко не менять планы и не отменять запись. Люди планировали, рассчитывали, и в последний день узнать, что всё зря, — не по-человечески.

К тому же у нее появилась возможность обсудить интересующую ее тему с парой знающих личностей. Сначала с тетей Лизетт, а потом и матерью Йохана.

Обеим был задан глупый вопрос:

— Как так получилось, что замечательный адекватный Йохан не нашел никого из местных? Мне приятно думать, что я такая вся из себя, но на самом деле это он так хорош. К тому же при таких доходах это вообще непостижимо.