— Ты торопишься? Семеро по лавкам ждут?

— Но время идет, часики тикают.

— Ты хочешь родить ребёнка? — поразилась мама.

— Нет, пока не хочу.

Даже с учетом финансовой стабильности, которая может быть на родине, ребенок — это… ответственность. Да и не хотела Аня заниматься воспитанием одна. Можно взвалить на родителей, как поступили братья, когда обзавелись наследниками, но свое дитё — это свое дитё. Пока до мысли стать матерью-одиночкой Аня не дошла.

— Так в чём дело?

— А как же внуки от меня?

— Будут — отлично, не будет — четверых имеющихся хватит, — рассмеялась мама.

Как ни удивительно, но та нашла себя в помощи с мелкими, охотно подменяя, помогая и воспитывая. Аня, искренне любя братьев, хорошо относилась к невесткам, но сделала вывод — хорошими матерями им не быть. Время и усилия, которые требовалось уделить мелким, родительниц напрягало, поэтому обе пошли по пути наименьшего сопротивления. Результат неявный в год становился заметным в три. Аня не могла быть объективной без личного пережитого опыта, но заметить проблемы со стороны вполне способна. Причем и она, и родители были готовы помочь, поддержать, отвести на развивающие занятия и даже их оплатить. Но чужое мнение воспринималось редко, даже если проблемы с воспитанием уже проявлялись.

Беседа с мамой заставила задуматься над вопросом времени и жизни. Хотя со своей наследственностью и то и другое великой проблемой не было. Бабушка со стороны матери жила в частном доме престарелых после инсульта вот уже два с половиной года. И ей в этом году аккурат исполнится девяносто. Бабушка со стороны отца, к счастью или несчастью, погибла в семьдесят во время аварии на электричке. Зато прабабку даже Аня застала, как и последние пять лет ее жизни, аккурат до девяносто семи, вымотавшие все нервы родителям. Может, поэтому они сейчас расцвели, избавившись от таких хлопот, и получили возможность тратить время на следующее поколение.

Как всегда, после разговора с мамой Аня улыбалась. Ей очень повезло с семьей и поддержкой, здесь вдалеке это было особенно заметно. Да, с братьями в последний десяток лет пути разошлись. Свои семьи, дела, заботы, но когда Аня решила рискнуть и переехать, ее поддержали все. И даже умудрялись передавать посылки и деньги с оказией. Хотя сейчас она, по сути, только тянула, ничего не давая взамен.

Стрижка и разговор с Олей поднял настроение и воодушевил, как приятно, когда ее неопрятный стог на голове приводят в порядок и формируют нормальную прическу, а главное — полностью избавляют от желтизны. Аня смотрела на свое отражение и улыбалась, всё, теперь она сможет распускать волосы и освободиться от плена резинок и заколок! А еще удачная стрижка подчеркивала лицо и добавляла легкости образу. Не говоря уже про моральную поддержку и приятность общения с адекватной соотечественницей.

Почему-то с последним не сложилось, выпав из круга общения Костика, Аня оказалась в пустоте. Большая часть россиян тут держалась агрессивно и настороженно или, наоборот, восторженно и довольно. В зависимости от того, кто как переехал и чем занимался. Понятное дело, не все такие, есть нормальные и адекватные, но вот пересечься с ними не выходило. Зато от Оли Аня набрала контактов на все случаи жизни: передать — получить что-то, выучить немецкий, проконсультироваться по правовым вопросам и даже настоящего косметолога, принимавшую на дому. Подколоть лицо очень даже хотелось, но ценник тут зашкаливал, поэтому раз в полгода приходилось выезжать и ставить ботокс в новом месте и с определенным риском. Активность мимики Аню не смущала, а вот глубокие морщины на лбу — более чем. И если дома привычный уход и знакомые процедуры были нормой, то тут остались лишь в воспоминаниях. Зато теперь появился шанс на нормальную жизнь!

Вечерний, точнее, у кого-то утренний созвон поднял настроение. А недовольный сонный Йохан вызвал умиление.

— Привет, как тебе в новом дне?

— Сонно.

— Выйди на балкон и посмотри на суетливый город под ногами, скоро вернёшься домой и будешь вспоминать это мгновение с содроганием. Оцени, как тебе повезло родиться в спокойной стране и жить другой жизнью, без необходимости вставать в пять утра и идти подметать улицы мегаполиса.

— Анна, всё в порядке?

— Всё отлично. Я нашла мастера и подстриглась, поэтому буквально счастлива и делюсь своим позитивом с тобой. Ощущаешь?

— Недоумение, зато сразу проснулся. Пойду возьму кофе и посижу на террасе, в моём номере не предусмотрен балкон, — суховато ответил тот.

— Вот, уже интересный план!

— Согласен.

— Как выберешься — позвони, хочу посоветоваться.

— Заинтересовала. Сейчас перезвоню.

До «сейчас» прошло достаточно времени, Аня устроилась в автобусе и стала наслаждаться поездкой. Видеозвонок из красивого лаунж-бара поднял настроение, и она попросила показать всё в подробностях.

Йохан усмехнулся, но просьбу исполнил, после чего напомнил:

— Что ты хотела обсудить?

— Свою учебу. Может, мне всё же перевестись на экономику, я тут посмотрела и посчитала…

Следующие двадцать минут собеседник пил кофе и слушал душевные метания и страдания. Но слушал внимательно, иногда что-то уточнял.

— Как-то так.

— Ты успела узнать, что нужно пройти за летний семестр, какие документы подать, как получить языковой сертификат по немецкому, чтобы перейти на более дешевое обучение, что досдать и дослушать для равномерного зачисления, и думаешь — переходить или нет?

— Ну, в твоем пересказе звучит не слишком разумно, просто, если уж заниматься такой работой, то чтобы она не вызывала отторжения, разве не так?

— Но уходить с массажа ты вообще не планируешь?

— Мне нравится помогать людям. После сеанса становится лучше, а после курса решаются многие вопросы. По себе знаешь.

— Согласен.

— Но раз я уж учусь, то получу разумную не вызывающую отторжение специальность, пусть за лишний год. Но, кстати, вопрос к тебе — условия аренды не меняются? У меня это критичный момент.

— Нет, — развеселился он. — Учись спокойно, если хочешь, приеду, продлим договор.

— Отлично. То есть тоже думаешь — надо попробовать?

— Да. Рискни, — серьезно посоветовал он.

— Спасибо, ты лучший, точнее, единственный и неповторимый.

— Приятно это слышать.

На такой радостной ноте они расстались.

Следующим интересным моментом стала вовсе не рабочая суббота, хотя Аня из-за свободного времени и начавшего цикла решила остаться дома. Она честно отработала шесть часов, категорично отказалась от трех неприличных предложений, дала контакты пары салонов с соответствующим уклоном и, вернувшись домой, засела за пельмени. Вот захотелось ей привычного домашнего вкуса, к сожалению, купить что-то подходящее не выходило, да и ценник не радовал. Свои будут не намного дешевле, зато точно вкусные!

Поэтому в качестве отдыха Аня включила криминальный сериал на немецком и взялась за лепку. Звук открывающейся двери заставил подпрыгнуть и схватиться за нож.

Измученный Йохан с парой пакетов в руках поразил.

— Интересная встреча.

— Привет, ты вернулся? Я проверяла табло недавно, хотя прошел час. Ты долетел, отлично. Проходи.

— Анна, нож.

— Я смотрю сериал про маньяка, — возмутилась она. — И тут открывается дверь и…

— Прихожу я.

— А если бы это был маньяк⁈

— Он бы приятно обрадовался тебе с ножом в руке, — хмыкнул Йохан, разуваясь и входя в дом.

Эту привычку она смогла ему внедрить. Нож лег на стол, и Аня, моментально вымыв руки, спросила:

— Как ты?

— Живой, но не уверен.

— Рейс задержали на шесть часов, — посочувствовала она.

— И лучше бы еще пересидели, чем так болтались. В самолете укачало всех, даже самых стойких, — пожаловался он.

— Воды? Чай? Пельмени?

— Ты готовишь сама? Они же есть в магазинах.

— Домашние вкуснее, — честно заверила она.

— Вообще-то я завез тебе фрукты и кружку, — сообщил он, задумчиво осматриваясь.