В общем, адреналин со стрессом — плохие советчики, и когда перед кустами замешкались растерянные монстры. Все, сука, уже слюнявые и бешеные, но осторожные и рассудительные настолько, чтобы не лезть в плотоядные заросли — я вышел к ним сам. В каждой руке по букету. В левую я сразу три стебля цепануть умудрился, в правой — только два. Стебли плотные, почти как молодой орешник, руки щипет от сока, но держится всё крепко.
Я замахнулся, крутанув почти полутораметровый стебель, и словно кистенём зарядил зубастой ловушкой мухоловки по удивлённой морде рыжего шакала. С разворота махнул вторым букетом и достал сразу несколько крысиных переростков.
— Чёрт, — прорычал я, лишившись одной мухоловки.
Две ловушки просто посекли всех, до кого дотянулись, но третья успела схлопнуться, отжав в себя чью-то морду по самые уши.
Монстры это оценили. В основном попятились, демонстративно потеряв ко мне интерес, но не все. Парочка особо жадных лишь сделала вид, что пошла врассыпную, попытавшись зайти на меня с флангов.
Да, пофиг! Размаха хватало, и я уже не стал отдавать инициативу, прорываясь обратно к «пастырю» и Пеплу. Заодно и мысленно поторопил парня, в ответ получив порцию довольного позитива. Настолько довольного, что дело явно было не только в садовых успехах. Кажется, мы вернули себе сервалов!
На границе действия чуйки появилось тёплое по ассоциациям пятно, кучкой бегущее в нашу сторону. Пепел ещё сильнее приободрился и выдал эмоцию, которую я расшифровал, как: меняемся, теперь тебе снова корешки, потому что вершки я зачистил, но дальше не могу!
Продолжая орудовать мухоловками — минус ещё одна, которую заклинило на откусанной голове дамана, и минус второй, что в прямом смысле слова отбился от рук и попытался оттяпать уже моё ухо, я вернулся на тропу и бросился к «пастырю». Картина была странной. Биомех вертелся на месте, доламывая фонтан, топча случайных монстров и безуспешно пытаясь скинуть Пепла, который, как та самая мухоловка, вцепился зубами в загривок монстра. Трубок там уже почти не было, только погрызенные и обкусанные огрызки, но и излучение, и до сих пор видимое фиолетовое свечение всё ещё мерцали.
Рокировка произошла быстро. В момент, когда на открытый участок вылетела наша переменчивая стая, Пепел разжал пасть и просто кубарем слетел в сторону. Каким-то чудом, видимо, это кошачья часть сработала, приземлился прямо на лапы, хотя траектория полёта, на мой взгляд, этого не предполагала. Зарычал на сервалов, сурово так, как начальник, собирающийся лишить тебя премии, но потом, глядя на одну из самочек, пацан быстро сменил гнев на милость. И вся стая дружно кинулась разбирать двух сколопендр, выскочивших на меня из-под «пастыря».
Я тоже не стоял на месте. Точнее, «Теневая инерция» всё ещё осталась, приманивая монстров, а я уже хлестал мухоловками «пастыря» по морде. Не факт, что больно, но точно обидно. Ловушки захлопнулись: одна прищемила нос, вторая перекрыла боковой глаз-визор. И с этой стороны я и совершил следующий манёвр: разгон, увернуться от очередной крысы, наступить и спружинить с панциря сколопендры, оттуда на дряхлый бортик фонтана и прыжок за спину «пастырю».
Пепел от души там всё порвал. Поотрывал «вершки» и прогрыз несколько отверстий в броне биомеха. Может, и не специально прогрыз, а просто цеплялся за эти места, разрывая пастью края, но проникнуть глубоко и добраться до «передатчика» он не смог. «Антенны» подрал, силу сигнала снизил — помимо прибежавших сервалов, от Осы прилетело несколько мыслесмайликов с явным облегчением, и ещё несколько зверей здесь, почуяв свободу, по-тихому свалили. Или просто инстинкт самосохранения включился, потому что когти и клыки сервалов теперь мельтешили просто везде. Стая будто оправдаться решила, за допущенный косяк.
Серьёзный, кстати, косяк — надо будет обсудить потом с Пеплом, как подобного избежать в дальнейшем. Как вариант, добыть парочку геномов альфа-сервалов, чтобы усилить связь или придумать какие-нибудь глушилки…
Все эти мысли крутились в голове уже фоном. Я оказался на широкой спине у «пастыря», скрылся за пределы радиуса действия пасти, сбил локтем какую-то крысу и парой пинков прогнал дамана-прилипалу, а дальше начал методично долбить биомассу «Стальным когтем». Биомех пытался меня сбросить, но, во-первых, у меня был опыт, а до горной ньялы ему было далеко. А во-вторых, это было не испытание в племени, и я собирался убивать.
Я расширил дыру в верхнем слое брони. По ощущениям будто консервную банку пытался вскрыть тонким, но всё-таки острым лезвием и раскромсал биологическую часть «пастыря». Плотная масса, напоминающая загустевший холодец — полупрозрачная густая масса с вкраплениями каких-то хрящей и костных наростов. Крови не было, только липкий сок фиолетового цвета, чуть ли не люминесцентный — я, по крайней мере, уже, кажется, весь светился сам.
Ага, руки, считай, наглядно по локоть в смазке биомехов, но, как говорится, руки светятся, но делают. В густой массе, переплетённой тонкими трубками, питающими наружные, уже оторванные, я разглядел стальной блеск, новый тип подсветки и активное движение: то ли какие-то механизмы крутятся, то ли какие-то клапаны то открываются, то закрываются. А, может, и всё вместе с добавлением каких-то ещё технологий.
Эх, в идеале разобрать бы это всё и научиться использовать. Но это лишь фантазии, в идеале — доломать это всё и не свалиться. То, что я добрался до чего-то важного, «пастырю» не понравилось. Он активней начал изгибаться, пытаясь достать меня пастью. Клацанье раздавалось практически над ухом и порой казалось, что даже ветерком обдувало. Внутри биомеха тоже включилась защитная реакция — или же я пробил что-то не то, но в воздух ударила плотная струя жёлтого пара, а потом выскочили шипы, смазанные токсином.
От пара я увернулся, о колючку напоролся, резко потеряв чувствительность в левой руке. Её парализовало, но, к счастью, в момент, когда она уже вцепилась в шкуру биомеха «Смертельной хваткой». Так, я и удержался, продолжая правой дырявить внутрянку биомеха.
Поняв, что сбросить меня не получается, а поддержка извне занята дракой с сервалами, «пастырь» решил свалить! Сдал назад в фонтан и начал как-то хитро ввинчиваться землю, разрывая то, что успело засыпать его нору. Я не видел, но на уровне чуйки почувствовал, что внизу ничего хорошего меня не ждёт. Как минимум парочка «дымопрядов» и активными «дымоходами», а как максимум кто угодно, проникший по трубам в эту часть города.
— Не хочу вниз, — прорычал я, усиливая напор.
«Стальной коготь» встретился с чем-то не менее стальным, отозвавшись довольно мелодичным звоном и вибрацией в рукоятке. А на следующем ударе рука, наконец, провалилась куда-то ещё глубже. Сначала с усилием, но потом под треск и скрежет чуть ли не со свистом. Я пробил какую-то пластину, не остановился и, судя по ощущениям, начал одну за другой сминать какие-то мембраны. Больше на ощупь, чем вживую определил какой-то хитрый и явно важный гаджет и, прежде чем выдернуть его, от души зарядил «Биоэлектрогенезом».
«Пастыря» тряхнуло, вся туша на мгновение замерла, а потом с грохотом рухнула на камни. Вроде как даже придавила какого-то шустрого «дымопряда» и точно перекрыла свою же нору. В ушах ещё немного погудело, а фиолетовое свечение начало затухать.
— Кажись, победили, — прошептал я, пытаясь понять, как теперь высвободить руки.
Выпускать кристалл из руки не хотелось, но и пролазить через рану он не спешил. Левая рука постепенно оживала, но пальцы скрючило и свело так, что, даже если «пастыря» сейчас краном поднять и перевернуть, я всё равно удержусь.
Пока ковырялся и барахтался, оценил ситуацию. Стая кого-то продолжала кусать, но это уже были одиночные замесы. Остальные монстры плюс минус равномерно рассеялись по парку, а кто-то уже и сваливал подальше.
И нам, кажется, пора. Я почувствовал, что снизу буквально постучали — кто-то покрупнее «дымопряда» пытался приподнять тушу «пастыря» и выбраться наружу.
