Я ведь только-только ушла.

А он уже привёл её домой.

Даже не подождал.

Хотя, если подумать, возможно, он именно этого и ждал.

Стоило мне подать на развод, как он, наверное, почувствовал себя свободным.

Шон выглядел пьяным.

Глаза затуманены, движения неуверенные.

Кензи поддерживала его, помогла дойти до дивана и подала стакан воды.

Он сделал глоток.

А потом выплюнул воду обратно.

— Холодная! Где похмельный суп?

Кензи нахмурилась.

— Какой ещё суп?

— Тот самый. От похмелья.

— Я не умею его готовить. Просто выпей воду и потерпи.

Шон раздражённо бросил стакан на пол.

Он попытался встать, но пошатнулся.

Кензи усмехнулась, подхватила его под руку и повела в сторону спальни.

Я смотрела на экран и чувствовала только отвращение.

Одна мысль о том, что они могут делать что-то на той кровати, в которой когда-то спала я, заставляла меня сжиматься от брезгливости.

Но спустя всего несколько минут произошло неожиданное.

Шон снова появился в гостиной.

Он вышел из спальни, пошатываясь, почти раздетый.

Следом выбежала Кензи.

На ней была лишь тонкая сорочка.

Она торопливо попыталась остановить его и потянула обратно в комнату.

Но Шон резко отдёрнул руку.

— Ты не моя жена!

Он едва выговаривал слова.

Кензи прикусила губу.

— Я Кензи, — тихо напомнила она.

— Ты не моя жена.

— Ты же говорил, что разводишься с женой...

Шон схватился за голову.

Похоже, он уже сам не понимал, что происходит.

— Я не развёлся.

Он покачал головой.

— Я не собираюсь разводиться.

Кензи замерла.

— Что?

— Ты не моя жена.

Шон посмотрел на неё мутным взглядом.

— Кто ты вообще такая?

Он махнул рукой в сторону двери.

— Уходи.

Лицо Кензи исказилось от злости.

Она быстро натянула одежду и вылетела из квартиры, с силой хлопнув дверью.

Шон остался один.

Он сделал несколько нетвёрдых шагов и рухнул на пол.

— Мейв... Я упал.

В гостиной воцарилась тишина.

Конечно, никто ему не ответил.

Он снова пробормотал:

— Мейв... У меня голова болит.

Пауза.

— Иди ко мне, сделай массаж головы.

Никто не пришёл.

Никто не ответил.

Шон так и остался лежать на холодном полу.

Пьяный.

Жалкий.

Совершенно один.

Через некоторое время его голос стих.

А потом он окончательно потерял сознание.

Глава 12. Для неё запретов не было

Глава 12. Для неё запретов не было

Я опустила телефон, не понимая, что чувствую.

Я думала, что после развода Шон не станет терять времени и сразу будет с Кензи.

Я была уверена, что она ему действительно нравится.

Ведь Шон всегда был человеком принципов.

По крайней мере, со мной он именно таким и был.

Он не разрешал мне рассказывать кому-либо в компании о наших отношениях.

Не разрешал есть в машине.

Не разрешал делать множество других вещей.

У него были правила на все случаи жизни.

Но когда дело касалось Кензи, от этих правил почему-то не осталось и следа.

Рядом с ней у него словно вообще не существовало границ.

Иногда я ненавидела его.

Но если бы я сама не увидела, насколько очевидно он делал для неё исключения, возможно, так никогда и не поняла бы, насколько жалкой выглядела рядом с ним.

Я горько усмехнулась.

Конечно.

Ему просто было удобно, чтобы я оставалась рядом и заботилась о нём.

Каждый раз, когда Шон возвращался домой пьяным, я готовила ему суп от похмелья.

Массировала виски, пока он не засыпал.

А утром вставала пораньше, чтобы приготовить ему лёгкий завтрак, который он любил.

Наверное, он просто привык к тому, что о нём заботятся.

Привык настолько, что уже перестал замечать всё это.

Около двух часов ночи я проснулась, чтобы выпить воды.

Вернувшись в кровать, я долго не могла снова заснуть.

Через некоторое время я всё-таки взяла телефон и снова открыла приложение с камерой наблюдения.

Шон не спал.

В темноте он сидел один на диване и смотрел куда-то перед собой.

Взгляд был пустым.

Казалось, он даже не до конца понимал, где находится.

Прошла долгая минута.

Затем он схватился за живот и хрипло пробормотал:

— Мейв... У меня болит живот. Где мои лекарства?

За последние несколько лет из-за постоянных выпивок и застолий Шон серьёзно испортил желудок.

Со временем ему стало лучше, но стоило ему выпить алкоголя, как боль возвращалась почти сразу.

Я всегда тщательно раскладывала его лекарства по отдельным коробочкам.

На каждой писала, сколько таблеток принимать и когда.

Даже сроки годности отмечала на стикерах, чтобы ему не приходилось ничего искать.

Он принимал эти лекарства столько раз, что должен был давно запомнить, где они лежат.

Но так и не запомнил.

Система видеонаблюдения была подключена к моему телефону.

Я могла заговорить с ним через приложение.

Могла подсказать, где лежат лекарства.

Но я не произнесла ни слова.

Просто молча смотрела, как Шон согнулся пополам, прижимая руку к животу.

— Мейв...

Он позвал меня снова.

Но в ответ раздалось только тихое тиканье настенных часов.

В пустой квартире.

В конце концов Шон с трудом поднялся на ноги и начал открывать один ящик за другим.

Шкафчик, который я когда-то аккуратно организовала, за считаные минуты превратился в полный хаос.

Он вытаскивал всё подряд и бросал на пол.

Наконец нашёл коробку под телевизионной тумбой.

Поднял её.

Но лекарства принимать не стал.

Вместо этого просто уставился на стикер сверху.

Я даже с закрытыми глазами могла представить, что там было написано.

Гидроксид алюминия. По одной-две таблетки за приём, три раза в день. Принимать через один-два часа после еды или перед сном.

Я сама написала эту инструкцию.

Своей рукой.

Буква за буквой.

Сколько любви было в этих простых строчках.

Наивной.

Глупой.

Я действительно верила, что если отдам человеку всё своё сердце, он когда-нибудь полюбит меня так же сильно.

Но теперь я понимала одну простую вещь.

То, что для меня было любовью и преданностью, для другого человека могло оказаться всего лишь удобством.

Тем, чем пользуются, пока это приносит пользу.

А потом без сожаления отбрасывают в сторону.

Шон сидел на корточках и неподвижно смотрел на коробку с лекарствами.

Прошла целая вечность.

Наконец он медленно опустил голову на колени.

Он не плакал.

Не говорил.

Просто сидел.

В ту ночь Шон так и не принял лекарство.

Он остался в гостиной и одну за другой закуривал сигареты.

Так и просидел до самого утра.

Один.

В тишине.

И впервые я не была рядом, чтобы спасти его от последствий его собственного выбора.

Глава 13. Ты не имеешь права

Глава 13. Ты не имеешь права

Через несколько дней мне снова пришлось приехать в компанию Шона — нужно было уладить вопросы, связанные с разделом имущества.

И там я столкнулась с Кензи.

Я сделала вид, что не заметила её, и попыталась пройти мимо.

На самом деле я никогда не относилась к тем женщинам, которые винят любовницу во всех бедах своего брака.

В конце концов, если бы Шон умел держать себя в руках, ничего этого вообще не произошло бы.

Но Кензи сама шагнула мне навстречу.

— Мейв, верно? Я хочу с тобой поговорить.

Я окинула её пристальным взглядом.

Она действительно была совсем юной — только недавно окончила университет. В ней чувствовалась та особенная энергия молодости, а во взгляде уже угадывалась плохо скрываемая самоуверенность.