— Ох, спасибо! Я уже и забыла про неё! — радостно кинулась перебирать содержимое. Небольшое количество ниток потрепалось, но пяльцы и набор иголок остались целы.

— И всё же давай сегодня дойдём до лавки готовых платьев.

Через несколько дней я уже в новом, шерстяном платье цвета грозовой тучи, стояла перед обшарпанной покосившейся дверью в торговом квартале, откуда убрали все прилавки и торговые лотки после ярмарки. Остались лишь ряды различных лавок. Широкая улица уже была чисто прибрана, и лишь тщательно утоптанная заснеженная дорога говорила о том, что недавно тут царило оживление.

Я с сомнением покосилась на Илану.

— Каждый с чего-то начинает, — философски отметила она, задумчиво оглядывая фасад здания.

— Действительно, — я грустно вздохнула. Выбора особо и не было — мы прошли уже всех модисток в городе и нигде не требовались работники. Даже не помогли мне тщательно вышиваемые три дня полотенца, салфетки и наволочки, с которыми я шла искать работу. И лишь в последнем месте женщина, сжалившись, отправила нас к своей ученице — которая перед самими праздниками решилась отделиться и начать работать на своё имя. О хорошей оплате, естественно, речи и не шло. Но может именно это мне и надо — вырастать постепенно, шаг за шагом, вместе с таким же начинающим мастером? Да и всё же не на шее у Иланы сидеть.

С этими мыслями я уверенно дёрнула на себя дверь. Внутри, на удивление, было намного аккуратней. Небольшой диванчик с низким столиком сразу у входа, на котором хаотично лежали листы с нарисованными платья разных цветов и фасонов. Вдоль трёх белоснежных стен стояли манекены с пышными платьями. На четвёртой висело большое зеркало в полный рост. Магические светлячки хаотично летали под потолком, ярко освещая пространство. Пол тщательно натёрт, подчёркивая рисунок светлого дерева.

— Чем я могу вам помочь? — молодая улыбчивая девушка появилась будто из ниоткуда, судорожно приглаживая тёмные кудряшки.

— Я насчёт работы хочу узнать, — неуверенно отвела глаза, нервно теребя кончик косы. — Я вышиваю хорошо, вот! — достала скопом из корзинки всю стопку тканей, растерянно заозиралась, не зная, куда положить.

— Ох, — швея грустно улыбнулась, аккуратно забрав у меня всю вышивку и рассматривая каждый узор, — у вас прекрасные работы! Но, к сожалению, я пока не могу много платить. Как вы видите, ещё здание нужно отремонтировать, клиентов найти. Я только недавно открылась. Не смогу пообещать стабильную и хорошую оплату, только если за процент.

— Меня устраивает! — быстро обменявшись взглядами с Иланой, я радостно согласилась.

— Действительно? Отлично! — она просияла, — у меня с вышивкой дела не очень складываются, а мне так хочется попробовать расшивать не только платья и платочки, но и перчатки, шляпки, веера. Это было бы новом словом в моде!

— Интересная идея, я даже не пробовала, — задумалась, переключившись на задачу и уже не вспоминая о том, что ещё несколько минут назад не знала, куда себя деть. Какие же нитки лучше подобрать для этих целей? И иголки подходящие подобрать, особенно к капризным тканям.

— Ты тогда приходи через два дня с утра, хорошо? Как раз дверь починят, и вывеску повесят. И место тебе рабочее приготовлю.

— Спасибо! Я обязательно приду!

— Ну, как ощущения? — слегка ткнула меня в бок Илана сразу, как только мы вышли.

— Потрясающие! — даже не пыталась скрыть счастливую улыбку, — у меня есть работа! Я теперь сама творец своей жизни! Какие же это классные ощущения! Если бы не ты… Спасибо тебе!

Илана тихо рассмеялась, поймав на ладошку падающую снежинку. Мы обогнули заснеженную статую эльфа — основателя этого города, в честь которого и было дано название Илларинэль. И теперь я абсолютно точно полноправный житель этого чудесного города.

Это был обычный день. Я корпела над вышивкой по голубым атласным перчаткам, выводя серебристой нитью морозные узоры. Спасибо связям Иланы — она договорилась с одним из своих заказчиков, что на предстоящем бале-маскараде, которым традиционно завершался сезон праздничных мероприятий аристократии, его жена будет в том образе, который мы ей подготовим. Конечно, оплаты нам никакой не будет — даже за платье, не говоря уже о дополнительных аксессуарах. Однако это будет отличная заявка о нашем имени, если мы всё сделаем на высшем уровне. Платье уже было отшито, вчера состоялась последняя примерка. Насыщенного голубого цвета, без рукавов, с декольте сердечком, с очень пышной юбкой — оно прекрасно смотрелось на высокой светлокожей блондинке, под которую и шилось. Серебристый узор шёл по левому боку сверху и до самого подола, рассыпаясь мелкими снежинками по юбке. Сегодня в этом же стиле я закончу вышивку на перчатках — она шла спиралью по всей длине, будто оборачивая руку браслетом. Останется вышить лишь серебристый веер и того же цвета мягкую маску, и образ ледяной королевы будет готов. Зайдёт ли эта идея аристократам, на которых мы с Шотой, швеёй, нацелились? Нам, конечно, очень нравился получающийся итог — но эта публика более капризная, тут не угадаешь.

Хлопнула входная дверь, мягко зазвенел колокольчик. Я выглянула из подсобки.

— Что случилось? — сердце невольно ускорило свой бег. Такой Шоту я ещё не видела — глаза лихорадочно горят, тёмные локоны выбились из-под шапки, рукав плаща порван.

— Ты — Клеяна Виронесская?

Один её вопрос и сердце сжалось в предчувствии беды. Я невольно сжала кулаки, оставляя царапины от ногтей на ладошках. Я же была осторожна!

— Как?.. — не узнала свой охрипший голос.

— Как я узнала⁈ О, очень просто! Всего лишь рассказали два амбала, которые поймали меня на улице и очень старательно узнавали информацию! Спасибо хоть, что стражи рядом были и я смогла легко отделаться!

— Ты им сказала?..

— Нет, не сказала. — Она тяжело вздохнула, расстёгивая плащ. — Хотя, может, стоило? Ничего не хочешь мне рассказать?

— Я тебе обязательно всё расскажу, только, пожалуйста, помоги предупредить Илану! — взмолилась я. Если дядя узнал, что я в этом городе, её легко найдут!

— Нет уж, выходить на улицу желания сейчас у меня нет!

— Может есть хоть какой-то способ⁈ — усиленно пыталась найти соломинку, за которую можно ухватиться.

Шота молча отвернулась, сняла плащ, аккуратно повесила его на вешалку, отряхивая от снега. Переплела волосы, убирая все выбившиеся прядки. Я напряжённо ждала.

— Ладно, — наконец, согласилась она. — Пиши записку. Я отправлю племянника, он передаст.

— Спасибо! — Я аж подпрыгнула от переизбытка чувств. Кинулась назад в подсобку, трясущимися руками написала на первом попавшемся клочке бумаги предупреждение для подруги. За это время как раз со второго этажа, где находилась жилая часть, спустился мальчишка. Я уже знала, что Шота забрала его к себе прошлым летом, после смерти сестры. Обучала швея его сама, поэтому обычно он или сидел у себя в комнате, или по вечерам гулял по городу. В светлое время суток на улице не появлялся, поэтому внимание привлечь не должен.

Он молча забрал у меня бумажку, выслушал адрес, кивнул, также молча оделся и вышел через чёрный ход. С момента смерти родителей он не сказал ни слова, и я не удивлялась этому молчанию. Лишь бы адрес правильно запомнил и Илана никуда не ушла.

— Готова поговорить? — В дверях небольшой кухни стояла Шота. — Я уже заварила чай.

Мы молча сидели за маленьким столиком на двоих. Шота переваривала мой рассказ, а я давала ей время уложить это всё и принять решение. Грела озябшие от нервов руки о горячую кружку и бездумно оглядывала окружающее пространство. Вообще это был обычный чулан, из которого вела лестница наверх, на жилую часть дома. Однако, выкупив помещение и открывая лавку, Шота переделала его под зону отдыха с кухней — чтобы не бегать наверх каждый раз, когда захочется передохнуть или попить чай. Ведь на втором этаже уже не будет слышно зашедших посетителей.