Я проскользнул между ними, уклонился от хвостового шипа, просвистевшего у виска, и вогнал рапиру второму в загривок. Жало зажужжало, и тварь отправилась искрами следом за первой. Всё это случилось за жалкую секунду, а после я перестал понимать что происходит.

Вокруг меня носились блохастые метеоры и атаковали из мёртвых зон. Кто-то целил в ноги, кто-то в шею, другие пытались запрыгнуть на спину. Если бы не ловкость под сорок единиц, я бы уже помер. А так ничего, бодро уклонялся и даже успевал наносить ответные выпады.

Вы уничтожили порождение скверны. Получено 12 ОК.

Сообщал Мир каждый раз когда осквернённое создание осыпалось золотистыми искрами. За каждую тварь давали по двенадцать очков, если повезёт, то я повышу уровень. А вообще удивляет что на Машмете такая откормленная дичь. Сперва орки, теперь это. Сдаётся мне где-то в глубине района имеется очень жирный нарыв. Вот бы посмотреть на него одним глазком.

Поразив шестого кошака я заметил что начал уставать. Лёгкие начали гореть, футболка прилипла к спине, ноги налились свинцом, а колени просто выжигало изнутри. Ещё недавно я убегал от осквернённой шавки через полгорода и ничего подобного не чувствовал.

Твари же усталости не ощущали. Я крутанулся уходя от атаки со спины, и тут правая нога подломилась. Я начал заваливаться на бок, а когтистая лапа с треском распорола мою новенькую олимпийку и прошлась по боку. Рёбра обожгло болью, по коже тут же потекла горячая кровь. Пакость замахнулась второй раз, но я успел раньше и с разворота вбил остриё ей в глазницу. Хрустнул череп, и тварь осыпалась золотой пылью.

Я вскочил на чистом адреналине, а вот устоял с трудом. Правую ногу дёргало от щиколотки до бедра, колено подгибалось, и о танцах с остатками стаи можно забыть. Выставив перед собой левую руку я дал пару залпов пулей ветра, но кошаки с лёгкостью уклонились от каждого из выстрелов. С шипением мимо меня промчалась блохастая тень и полоснула когтями по бедру, ещё одна располосовала плечо и я понял что настало время орудия судного дня…

Рука нырнула в пустоту, откуда вытащила Машеньку.

— Машка! Я выбираю тебя! — заголосил я швыряя игрушку в кошаков.

Игрушка ожила в полёте и приземлилась уже демоническим зверем. Рёв прокатился по округе, аж задребезжали стёкла в окнах, и началось то, что в новостях назвали бы словом «геноцид». Машенька сгребала кошаков лапами по двое и разрубала когтями самых резвых прямо в воздухе. Прыгали медведице на загривок пытаясь то ли загрызть её, то ли поцарапать, но Машка, в такие моменты просто подпрыгивала и крутанувшись падала на спину, ломая все кости озверевшим кошакам.

Вы уничтожили порождение скверны. Получено 12 ОК.

Вы уничтожили порождение скверны. Получено 12 ОК.

Строчки посыпались одна за другой, и в сумме набралось аж сто двадцать очков кармы и это за пару минут! Того и гляди скоро уровень получу. Колено немного отпустило, зато я отчётливо чувствовал, как Машенька тянет из меня энергию, оплачивая собственное буйство. Появилась какая-то вялость, я даже зевнул для приличия.

Последнего кошака медведица догнала у футбольных ворот и припечатала лапой к земле. Хребет хрустнул и сражение завершилось. Машка оглядела опустевшее поле боя, потрусила ко мне и видимо попыталась погладить меня своей огромной мордой, но в итоге так боднула меня в висок, что я едва не рухнул на землю, спасло лишь то что я успел вцепиться в её маслянистую шерсть.

— Умница, — произнёс я почёсывая её за ухом.

Машенька рыкнула и снова стала игрушкой. В этот момент ноги подкосились и я плюхнулся на задницу. Всё таки медведица жрёт очень много энергии. Убрав Машку в инвентарь, я зажал распоротый бок ладонью. Жгучая боль расползалась по телу, а я внезапно понял что мне срочно нужен навык исцеления, а то так можно и от кровотечения подохнуть.

Через минуту появился Саня. Костяшки в зелёной слизи, а в вытянутой руке извивается вожак кошачей стаи. Шипит и машет когтями, пытаясь дотянуться до обидчика, но все попытки были безуспешны. Саня же просто сиял от радости.

— О, а ты чего расселся? — Спросил Саня ослепив меня лучом фонаря. — Знатно тебя потрепали. Держи.

Пузатый рюкзак шлёпнулся на землю, Саня стал ковыряться в нём одной рукой, второй же старался держать кошака подальше от себя. Спустя минуту он бросил мне мне бинт.

— У тебя же есть инвентарь, — просипел я, задирая олимпийку и начиная перевязку. — Зачем тогда таскаешь с собой рюкзак?

— Да он забит под завязку, — улыбнулся Саня и встряхнул добычу. — Ты глянь, какая прелесть! Кило восемь живого веса.

— На кой-чёрт тебе эта пакость? — поинтересовался я, покосившись на кошака который всё ещё пытался ударить Саню то хвостом, то лапой, то просто грызануть.

— О-о-о! Дима, ты ж не слышал, как Валька поёт, — протянул Саня. — Зачарует этого пушистика как пить дать! И будет у нас дома не только кошка, но и охранник.

Я представил как эта мерзость лежит на коленях и вздрогнул. Нет, я не осуждаю. Некоторые мейнкунов дома держат, я же предпочитаю любоваться ими на расстоянии, так как эта «кисуля» запросто вскроет тебе вены, если вовремя не накормишь. А образец пойманный Саней ещё и шипастым хвостом проткнёт.

Саня свободной рукой вытянул из полупрозрачного марева кованую клеть и бросил её на землю. Открыл дверцу и зашвырнул внутрь кошака, который моментально замер, будто время для него остановилось. Шерсть дыбом, пасть раскрыта, когти растопырены. Сосредоточившись на клети я увидел описание предмета:

Кованая клеть зверолова.

Редкость: Редкая.

Прочность: 115/115.

Описание: Идеальна для перевозки живности любой степени кусачести. Время внутри замирает и животина даже не поймёт, как очутилась в новом месте.

— Ого, интересная у тебя клетка. — присвистнул я.

— А то! На аукционе урвал. — Саня отправил клеть обратно в инвентарь и спросил. — Ну чё, идём?

Я кивнул, с трудом поднялся на ноги и захромал так, что любая бабка у подъезда прослезилась бы от жалости.

— Чё такое? — нахмурился Саня. — Ногу поранили?

— Да нет. Раньше носился как угорелый, и всё нормально было, а рапиру вытянул из жемчужины, и тяжко стало. Быстро устаю, в коленях болью простреливает. Видать возраст, — улыбнулся я.

— А какие у тебя характеристики?

— С учётом предметов: сила двенадцать, ловкость сорок, живучесть шестнадцать…

— Ну понятно, — вздохнув перебил меня Саня. — Дима, а чего ты хотел? Тело у тебя стало ловким и быстрым, а мышцы остались слабыми, силу ты толком не качал, вот и устаёшь. А то, что болью простреливает… Сам подумай: пришёл ты на соревнования по тяжёлой атлетике и не стал разогреваться. Что будет?

— Получу травму?

— Верно! Живучесть не вкачал, вот тебе и результат. Организм банально не готов к таким нагрузкам.

— И сколько мне нужно силы с живучестью чтобы не разваливаться на ходу?

— Старайся чтобы не было разрыва в характеристиках более чем в два раза. Вот ловкость у тебя сорокет, значит чтобы не страдать, нужно силу с живучестью поднять до двадцатки. Я лет пять назад как и ты дурью маялся всё в силу швырял, ну и довыделывался, порвал грудную мышцу. Я тогда столько монет отдал кубу, чтобы он меня починил, даже страшно вспоминать.

— А на дух действуют такие же ограничения?

— Нет. Магию можно качать сколько угодно. Будешь как в играх, могучей тряпкой. Одним заклинанием выносишь орду врагов, но стоит в тебя хотя бы плевком попасть, сдохнешь.

— Эх… Надо было на мага качаться, — вздохнул я.

Саня засмеялся и мы пошли собирать добычу. Спустя двадцать минут мы отыскали тридцать одну монетку пару жемчужин, белая лежала возле мусорки и зелёная под турником и на этом находки закончились.