Пал Палыч прошелся вдоль штабелей, заложив руки за спину. У канистры он притормозил, брезгливо покосился на неё и отодвинул подальше носком лакированной туфли.
— План хороший и моя выгода очевидна. Но вы же понимаете что Абаддонский не оставит вас в покое? — поинтересовался он наконец.
— Не переживайте, — отмахнулся я. — Когда он поймёт, что его обвели вокруг пальца, то, попытается меня прикончить. А пока не выплачу кредит, я помирать не собираюсь.
Заводской хмыкнул, и через мгновение по цеху прокатился его дребезжащий стариковский смех. Лампы под потолком моментально зажглись.
Он вытер глаза и протянул мне руку.
— Если сделаешь всё как обещал, я в долгу не останусь.
— В таком из случаев можем приступать к реализации нашего плана, — заговорщически произнёс я, пожимая сухую ладонь.
Перед глазами развернулось окно:
Нерушимый контракт № 2.
Караваев Дмитрий Александрович, далее горе бизнесмен, обязуется после объявления процедуры банкротства предприятия «Белсинтез» в течение недели очищать нарывы скверны на территории предприятия, передавая полученные очки кармы, а также все трофеи заводскому духу для инвестиций в позитивный сгусток предприятия.
Заводской дух, далее Пал Палыч, обязуется в течение недели инициировать процедуру банкротства предприятия «Белсинтез», а после объявления отозвать заявление, сообщив работникам о спасении завода. Также Пал Палыч обязуется не убивать горе бизнесмена и не использовать его в качестве строительного материала. В случае успешного выполнения контракта Пал Палыч в праве вознаградить горе бизнесмена.
Сделка скреплена рукопожатием. Заверено, оцифровано и подшито в дело. Ваш Мир.
Я ждал, что Мир влепит мне штраф за махинации в особо крупном размере, но вместо этого он оформил нашу сделку. Должно быть Миру нравится наблюдать как я судорожно барахтаюсь пытаясь выплыть из этого дерьма.
— Что ж, кредитов набрать дело нехитрое, за неделю всяко управлюсь. Заодно жену с дочкой в Москве проведаю… — Пал Палыч поймал мой взгляд и ухмыльнулся. — Да выдумал я их, выдумал. Просто людям спокойнее, когда у директора точно такая же жизнь как у них, только чуть побогаче.
— Кстати, о людях, — вспомнил я. — Можете выписать мне больничный на недельку? Я в Воронеж съезжу и вернусь. Всё же будет проще запустить меня на завод для очистки нарывов, если я всё ещё буду числиться на предприятии.
— Наглец, — хмыкнул гендир. — Едва не помер, а продолжаешь торговаться. Впрочем, куда деваться? Оформим больничный, но выплаты все до копеечки мне вернёшь. Я позже пришлю номерок куда перевести деньги.
— Вот так и помогай домовым, — фыркнул я и улыбнулся вспомнив как точно так же мне каждый раз говорит Борр.
Пал Палыч подвёл меня к забору, а после взмахнул рукой. Бетонная плита поднялась вверх открыв мне путь на волю. Я с опаской косясь на плиту проскользнул за территорию завода и помахал ему рукой.
До квартиры я добежал на всех парах, так как в крови струился чистейший адреналин. Это же надо, второй нерушимый контракт за неделю! Мне бы любой подрядчик обзавидовался. Работы набрал на год вперёд, а толком ничего не сделал. Впрочем у меня в запасе нет этого года. Я рухнул на продавленный диван и попытался уснуть, но ничего не вышло, в голове роились мысли, а ещё меня потряхивало как припадочного. Видать нервишки расшалились.
Поняв что не усну, я ополоснувшись ледяной водой, и отправился к Даше. Стоя у подъезда я позвонил на сотовый раз двадцать, прежде чем удалось её разбудить. Даша вышла на улицу зевая и держа в руке две кружки чая.
— Ого, — Даша окинула меня взглядом. — Судя по выражению лица, у тебя новости.
И я рассказал. Про то как выманил домового, про сделку с ним и попытку обманут Абаддонского, и про то что теперь у меня есть две недели чтобы стать сильнее. Ведь нарывов на заводе будет прорва, а после мне будет нужно каким-то чёртом пережить встречу с Абаддонским.
Зелёный огонёк на границе Дашиного зрения, надо полагать, мигал без остановки, ведь я говорил чистую правду.
— Значит, уезжаешь в Воронеж, — подытожила она, ставя кружку на лавочку.
— По этому и пришел к тебе, попрощаться. Вернусь к объявлению банкротства, но и тогда мы не сможем увидеться, так как я буквально буду жить на заводе и чистить нарывы…
Не думая ни секунды Даша выпалила:
— Я с тобой. Буду бутерброды готовить и ждать с охоты своего ведьмака.
Заглянув в её глаза я понял что спорить бесполезно. Либо она поедет на одном автобусе со мной, либо приедет немногим позже.
— Хорошо, выезжаем в десять утра.
Даша радостно обняла меня и побежала собирать вещи.
Через три часа мы сидели в полупустом автобусе. Даша уснула на моём плече ещё до выезда из области, а я смотрел на плывущие за окном подсолнухи. По дороге написал СМС Боцману, всего одно слово «поохотимся?». Увы он не ответил, возможно потому что не захотел, а может потому что клацая по разбитому экрану смартфона я написал ему «бородатый козёл» или вроде того.
Ладно, если не ответит, попрошу Линду нарисовать мне на карте все известные ей нарывы и буду зачищать один за другим каждую ночь. Да и день тоже, так как деньги на оплату кредита у меня имеются.
В Воронеж мы въехали часам к трём. Город встретил пробкой у вокзала, запахом плавящегося асфальта и ощущением, что меня не было тут год, хотя прошло лишь несколько дней. Доехали на такси до военного городка, поднялись на восьмой этаж, а когда я открыл дверь, меня чуть не сбил с ног разожравшийся Борр.
— Кормилец вернулся! — взвизгнул он повиснув на мне. — он перевёл взгляд на Дашу и натянуто улыбнулся. — О. Ты не один оказывается.
Даша рассматривала сорокасантиметрового толстяка в шляпе-мухоморе со смесью интереса и опаски, а после шёпотом уточнила:
— Дим, а это кто?
— Как это кто⁈ — оскорбился Борр. — Ты, вообще-то, мои грибы продавала! А ещё я Санычу помогал рогатого мочить, без меня тебя бы уже в живых не было. — задрав нос сообщил боровичок.
— С-спасибо, — произнесла Даша точно зная что Борр не врёт, лишь немного преувеличивает.
— Всё так, — подтвердил я, пропуская её в квартиру. — Знакомься, это Борр. Дух Северного леса, гроза плесени, самая прожорливая скотина из всех что я знаю и производитель грибов в одном лице.
Даша пожала руку Боровичку, а тот ладонь моей подруги не отпустил, а сжал ещё крепче и потащил её на кухню. Налил чая, поставил на стол недоеденную пачку печенья и стал рассказывать как он обо мне заботится и что я до сих пор жив лишь благодаря его стараниям. Даша улыбалась и смотрела то на меня, то на это ожиревшее чудо.
— Ну и прикинь, ты дело с грибами на поток значит поставила, телефон Резо дала ему и знаешь сколько мы грибов продали? Шишь да маленько! — возмутился Борр.
— Вообще то, ты сопли на кулак наматывал и говорил что не можешь одновременно и плесень чистить и грибы выращивать.
— Ой, да чё я там наматывал? Так, немного прибеднялся и не более того, — отмахнулся Борр.
— Ну хорошо, раз уж Даша вернулась, то может она согласится возглавить наше грибное подразделение?
— Да я с радостью, надо же как-то за проживание платить, — Даша стрельнула в меня глазками.
— Нет, за еду я не дам тебе работать. Будешь получать часть от прибыли…
— Чё? Только не говори что собираешься увеличить её долю⁈ — Борр возмущённо подпрыгнул так что посуда на столе жалобно звякнула.
— Ну да, теперь Даша обо всём знает и сможет работать без моего участия. Я считаю будет справедливо…
Договорить мне не дали, так как боровичок перешел на ультразвук.
— Справедливо⁈ А ты часом не забыл, что всё держится на мне⁈ Я требую поднять мою долю! Я, между прочим, буду днём плесень чисти, а вечером грибы выращивать! У меня времени даже на пожрать не останется! И за это я что получу жалкие…?
