Алексей подхватил сына на руки, а Даша, выйдя из машины, прижалась к плечу мужа.

- Помнишь, Леш? - тихо спросила она, глядя на пирс. - Как мы сидели там ночью, и ты говорил про озон и звезды?

- Помню, - он приобнял её свободной рукой, притягивая к себе. — Тогда я думал, что химия - это самое сложное, что есть в мире. Но оказалось, что сложнее и прекраснее всего - это жизнь, которую мы создали вместе.

Маленький Марк в этот момент дотянулся до маминого носа и звонко рассмеялся. Они зашли в домик, который когда-то был их тайным убежищем. Даша начала разбирать вещи, а Алексей посадил сына на ковер и достал из сумки... маленькую пластмассовую колбу-погремушку.

- Смотри, сын, это твой первый реактив, - серьезно сказал он, подмигнув Даше.

Вечером, когда малыш уснул в своей походной кроватке, они вышли на крыльцо. Лагерь затихал. Даша накинула на плечи ту самую старую кофту Алексея, которая за годы стала ей почти родной.

- Знаешь, Леш, - прошептала она, глядя на лунную дорожку на воде. - Моя дипломная работа была про катализаторы. Но я только сейчас поняла: ты был моим главным катализатором. Без тебя я бы просто была отличницей. С тобой я стала счастливой.

Алексей притянул её к себе, вдыхая запах её волос.

- Мы еще напишем с тобой не одну статью, Даш. Но этот маленький человечек там, за дверью - наше самое грандиозное исследование. Наша идеальная формула.

Они стояли в тишине, слушая шепот сосен. Впереди было целое лето, сотни новых открытий и бесконечная любовь, которая когда-то началась с одной ошибки в чертеже «Компаса» и руки, бережно положенной на спинку стула.

Даша и Алексей медленно шли по центральной аллее лагеря. Алексей толкал коляску, в которой мирно посапывал маленький Марк, а Даша придерживала мужа под локоть, наслаждаясь тишиной. Возле костровой площадки они наткнулись на группу молодых вожатых - студентов второго-третьего курса того же химфака.

Ребята бурно обсуждали предстоящий заезд, но при виде пары мгновенно затихли. В университете о чете Соколовых ходили легенды.

- Алексей Леонидович? Дарья Андреевна? -прошептала одна из девушек, поправляя вожатский галстук. - Вы приехали! Нам декан говорил, что вы, возможно, заглянете, но мы не думали...

Студенты смотрели на них с неприкрытым благоговением. Для них это были небожители: Алексей Леонидович - блестящий ученый, чьи лекции по процессам и аппаратам заставляли аудиторию замирать, и Дарья Андреевна - самая молодая кандидат наук на кафедре, чьи статьи печатались в международных журналах. Они казались им воплощением успеха, идеальными и недосягаемыми.

Алексей усмехнулся, заметив этот трепет.

- Да ладно вам, ребята, вольно, - легко сказал он. - Мы такие же «лагерные», как и вы. Только вот с прибавлением.

Когда Соколовы прошли чуть дальше, Даша услышала за спиной восторженный шепот студентов: «Какая пара... Они, наверное, с первого взгляда поняли, что созданы друг для друга. Такие серьезные, такие идеальные».

Даша не выдержала и тихо рассмеялась, глядя на мужа.

- Слышал? Идеальные. Леш, а помнишь, как ты меня отчитывал за неправильную энтальпию на втором курсе? Я тогда думала, что ты самый вредный аспирант на свете.

- А я помню, как у тебя дрожали руки, когда ты чертила ту самую деталь в «Компасе», - подмигнул он ей. - И как ты пряталась на лестнице и плакала из-за критики профессора. Кто бы мог подумать, что та хрупкая девчонка, которая боялась лишнее слово сказать, станет грозой научных симпозиумов.

Они остановились у старой сосны, на которой когда-то, еще в их первое лето, Алексей в шутку нацарапал их инициалы в бензольном кольце.

- А помнишь, как я тебя выводила из общаги через окно, чтобы вахтерша не поймала? - Даша лукаво прищурилась. - Куда девался весь твой авторитет «директора лагеря»? Ты тогда застрял кофтой за гвоздь и чертыхался на весь двор.

Алексей рассмеялся, обнимая её за талию одной рукой.

- Да, это было эпично. Если бы те студенты знали, что их «грозный директор» когда-то дрался за свою отличницу в подворотне и прятался под кроватью в общежитии, их картина мира бы рухнула.

Они посмотрели друг на друга - повзрослевшие, состоявшиеся, но в глубине души всё те же Даша и Леша. Те же влюбленные студенты, которые когда-то нашли друг друга среди пробирок и чертежей.

- Знаешь, - серьезно сказал Алексей, глядя на спящего сына. - Это и есть самая крутая трансформация. Когда из простого интереса к науке и случайного взгляда на паре вырастает целая жизнь. И ни одна химическая реакция не даст такого мощного выхода, как то, что есть, между нами.

Даша положила голову ему на плечо. Они стояли посреди лагеря, своего места силы, и знали: впереди еще тысячи открытий, но главное они уже совершили. Они открыли друг друга.