Шеф полоснул меня мрачным взглядом и осушил одним махом стакан с водой, будто и у него в горле тоже пересохло.

— Так значит это все не правда? — глухим тоном заметил он.

Мне показалось что блеск в его глазах сразу потух, но я решила, что слишком перенервничала и вижу то чего нет и в помине.

— Ни единого слова! — подтвердила я.

— Отлично! — как-то недобро усмехнулся он и открыл папку, лежащую по правую руку от него. — О свиданиях в ближайшие две недели можете позабыть. У Вас банально не будет на это времени.

Печально вздохнув мне пришлось согласиться с правдивостью его слов. Если он, как и вчера, будет тревожить меня сообщениями по ночам, то ни о каких свиданиях и речи быть не может. Тут бы успеть выспаться для начала.

Хорошо, что эта нелепая ситуация разрешилась. По крайней мере я так думала в данный момент. И даже не подозревала, что наш с шефом откровенный разговор не останется без последствий.

Какой наивной я, однако была.

Следующим утром я твердо решила развеять все слухи. Достала из шкафа свое лучшее платье. Уложила прическу красиво, подкрасила губы алой помадой и решила навестить своего поклонника Пашу Веселова в надежде получить еще одно приглашение в кино. Купила шоколадку в автомате и на обеденном перерыве подошла к нему в кабинет. Вот только он не сильно обрадовался, увидев меня.

— Ты чего такой хмурый? — решила я разрядить обстановку. — Я тут в гости пришла, а ты мне не рад.

— Не знаю, что ты задумала, но у тебя решительно ничего не выйдет, — обиженно заявил парень.

Улыбка тут же сползла с моего лица, и я попятилась назад, не понимая, что происходит.

— О чем ты говоришь? — растерялась на долю секунды.

Вот уж не думала, что чем-то провинилась перед Пашей.

— Роднинский меня на планерке сегодня чуть не растерзал на мелкие куски. Я ведь не знал, что у тебя с ним роман, а иначе не пригласил бы в кино.

Вот тут я реально подвисла.

— У меня… роман… Ты что серьезно так думаешь? — ахнула я, осознав всю серьезность ситуации.

Если уж Паша так думает, то, о чем тогда говорят остальные?

— Мне плевать. Но я не позволю втягивать себя в подобные игры. У меня ипотека и работы я лишиться из-за тебя не хочу.

С каменным лицом я покинула кабинет Веселова. Шоколадка в кармане стала мягкой, и я от досады выкинула ее в ближайшую урну.

Настроение упало ниже плинтуса. Было обидно до слез. Меня обвиняли в том, чего я не совершала. В глазах коллег я стала беспринципной женщиной, решившей продвинуться по карьерной лестнице самым легким способом — через постель. Стерву Ларису в отличии от меня все жалели. Она в их глазах казалась пострадавшей стороной. А я из девушки с милой улыбкой стала персоной нон грата.

«Ну за что мне это все? За что?» — сквозь слезы бормотала я про себя.

Шагая по коридору, я едва не забыла, что временно работаю в другом кабинете и чуть не свернула в сторону бухгалтерии. С тоской посмотрела на свой бывший кабинет, понимая, что вряд ли вернусь туда обратно. Неожиданно дверь бухгалтерии отварилась и из нее вышла Анна Сергеевна — мой некогда главный бухгалтер. Посмотрев на меня женщина резко насупилась. А после не поздоровавшись отвернулась, словно я для нее стала пустым местом. В этот момент мне словно ударили под дых. Тяжко вздохнув ощутила горечь во рту. Столько сил отдала бухгалтерии, а наградой мне стало призрение. От несправедливости ситуации жгучие слезы навернулись на глаза.

Усилием воли постаралась взять себя в руки. Несколько раз глубоко вздохнула и вытерев слезы натянула дежурную улыбку на лицо.

Я знала, что во всех моих бедах виноват Роднинский. Ну чего ему надо было придираться к Веселову? Хороший же парень. За таких обычно замуж выходят. Правда для меня он казался скучным, зато стабильным. А стабильность в наше время это все!

— Снежная! — услышала раскатистый рык у себя за спиной и невольно вздрогнула. — У вас работы мало? — язвительно заметил Роднинский.

— Никак нет, Игорь Иванович, — ответила словно солдат прапорщику и ровным маршем зашагала в кабинет директора.

— То-то же, — усмехнулся он, а затем добавил: — И нечего шастать по чужим кабинетам!

Блин, ну как он узнал? Жучок к моей одежде прицепил что ли? Нет, ну правда! Он что следил за мной? С таким начальником я так и останусь старой девой, а еще приобрету статус безработной. Две недели быстро закончатся, а потом что?

Войдя в кабинет, я пребывала в растерянности и злости. Теперь ни то что Паша, ко мне за километр никто не подойдет. А все этот гад Роднинский!

— Кофе мне и бутерброд с икрой, — пробурчал недовольно директор.

— А губа не треснет? — процедила сквозь зубы и по взгляду начальника поняла, что сказала это вслух. Испугалась что прибьет, но он к моему удивлению промолчал. Ну надо же!

Молча сделала кофе, борясь с диким желанием подсыпать мерзавцу соли, но в итоге сдержалась. Намазала толстым слоем икру на хлеб. Пусть кушает гад, не обляпается.

Поставила чашку с тарелкой на поднос и понесла к столу Роднинского ловко лавируя между стоявшими на моем пути стульями.

— А вы, однако щедрая душа, — буркнул Роднинский глядя на то как икра сползает в тарелку с хлеба. — Жаль только масла пожалели. Нужно было намазать целую пачку, — съязвил он, брезгливо глядя на бутерброд.

— На будущее учту! — не осталась я в долгу и съязвила в ответ.

Начальник смерил меня внимательным взглядом и покачал головой, думая о чем-то своем.

— Вы чем-то обижены? — заявил он холодным тоном.

— Я? — захлопала ресницами изображая дурочку.

— Да, Вы, — начал закипать директор и я поняла, что перегибаю палку.

— Ну как вам сказать. Со мной сейчас никто не разговаривает, считая, что я ваша любовница. А так все в порядке. С чего бы мне быть обиженной? Может с того что Вы приложили руку к этим нелепым слухам?

— Вы так считаете? — нахмурил он брови.

— Да! — решительно заявила я. — Зачем Вы разнесли на планерке Пашу Веселова?

— Потому что он идиот!

— Допустим, но он мог стать отличным поводом для того чтобы свести на нет эти нелепые слухи. А теперь я не знаю, что делать. Извините, но в таком состоянии работать я не могу.

Взяв поднос со стола, я попятилась назад, в надежде побыстрее сбежать отсюда, но шеф пригвоздил меня к месту взглядом.

— Вы все сказали? — вкрадчиво произнес Роднинский и встал из-за стола.

— Да! — осмелившись выпалила я и почувствовала в душе некоторое облегчение.

— А теперь послушайте меня, — мужчина резко навис надо мной, заставляя сердце биться чаще. — Не знаю, что Вы там себе придумали, только я в сложившейся ситуации не виноват. Через неделю у нас намечается командировка. На сколько я знаю вы не замужем и у вас нет детей.

— Да, но…

— Так вот я предупреждаю Вас сразу. Мы уезжаем на три дня. За время нашего отсутствия нелепые слухи улягутся. Найдется еще какой-нибудь идиот, который привлечёт к себе общественное внимание.

Вот уж спасибо! Идиотом меня еще никто не называл!

Я хотела было возмутится, но потом до меня дошел смысл его слов.

— Мы? — ахнула я не сдержавшись. Потом взяла себя в руки. — Простите, но я не могу, у меня есть свои планы.

Вот только директор не внял моим просьбам.

— У меня тоже нет особого желания брать Вас с собой, но выбора нет. Мне просто некого взять еще.

И только прейдя с работы домой я в полной мере осознала, что эта внезапная командировка вызовет еще больше слухов. Надо бы выяснить кто их распускает?

Неужели Машка! Если так, то она поплатится за все!

Решив не сдаваться раньше времени, я мысленно нарастила себе вторую кожу. Вот чего это я раскисла? Разве в том, что происходит есть моя вина? С Роднинским у меня ничего нет, а значит нужно держать голову прямо и смотреть людям в глаза.

На следующий день в офис вошла с улыбкой на устах. Здоровалась со всеми приветливо, не обращая внимания на косые взгляды. Нужно было выявить источник сплетен и взять в руки свою судьбу.