Рональд Дворкин – продолжатель идей Роулза.
Сама идея распределительной справедливости или какой-либо пропорциональности между успехом и заслугой или между успехом и усилием в нынешнем состоянии общества настолько очевидно химерична, что отослана в область романтических фантазий. Верно, что жребий индивидов не полностью независим от их добродетели и интеллекта; они действительно говорят в их пользу, но гораздо меньше, чем многие другие обстоятельства, в которых вовсе нет заслуги. Самое могущественное из всех определяющих обстоятельств – это рождение. Подавляющее большинство таково, каким родилось. Некоторые рождаются богатыми без труда, другие рождаются в положении, в котором могут разбогатеть трудом, огромное большинство рождается для тяжёлого труда и бедности на всю жизнь, многие – для нужды. Вслед за рождением главной причиной успеха в жизни являются случай и возможность. Когда человек, не рождённый для богатства, преуспевает в его приобретении, его собственное трудолюбие и ловкость обычно способствуют результату; но трудолюбия и ловкости не хватило бы, если бы не было также стечения обстоятельств и шансов, выпадающих на долю лишь немногих. Если людям помогает в их земной карьере их добродетель, то им помогает, и, возможно, столь же часто, их порок: раболепие и подхалимство, чёрствая и скупая эгоистичность, дозволенная ложь и уловки торговли, биржевые спекуляции, а нередко и прямое мошенничество. Энергия и таланты гораздо более способствуют успеху в жизни, чем добродетели; но если один человек преуспевает, употребляя энергию и талант на нечто общеполезное, другой процветает, проявляя те же качества в перехитрении и разорении соперника. Всё, что отваживается утверждать какой-либо моралист, это что при прочих равных условиях честность – лучшая политика и что при равенстве преимуществ честный человек имеет больше шансов, чем плут. Даже это во многих положениях и обстоятельствах жизни сомнительно; что-либо сверх этого совершенно невозможно. Нельзя притворяться, что честность как средство успеха значит столько же, сколько разница в одну единственную ступень на общественной лестнице. Связь между фортуной и поведением состоит главным образом в том, что существует степень дурного поведения, вернее, некоторых видов дурного поведения, которая достаточна, чтобы погубить любое количество удачи; но обратное неверно: в положении большинства людей никакая степень хорошего поведения не может быть расценена как достаточная для возвышения в мире без помощи счастливых случайностей.
Итак, эти бедствия – великая бедность, и бедность эта весьма мало связана с заслугами – суть первая крупная неудача существующих устройств общества. Второе – человеческое дурное поведение; преступление, порок и глупость со всеми страданиями, которые следуют за ними по пятам. Ибо почти все формы дурного поведения, совершаемого по отношению к себе или к другим, могут быть возведены к одной из трёх причин: бедность и её соблазны у многих; праздность и безделье у немногих, чьи обстоятельства не принуждают их трудиться; дурное воспитание или отсутствие воспитания у тех и других. Первые две, надо признать, суть по меньшей мере неудачи общественных устройств; последняя ныне почти повсеместно признаётся виной этих устройств – можно почти сказать, преступлением. Я говорю нестрого и приблизительно, ибо более тщательный анализ источников недостатков характера и ошибок поведения установил бы гораздо более убедительно ту связь, которая соединяет их с несовершенной организацией общества, хотя также показал бы и взаимную зависимость этого несовершенного состояния общества от отсталого состояния человеческого ума.
На этом месте в перечислении зол общества обычно останавливались простые уравнители прежних времён; но их более дальновидные преемники, нынешние социалисты, идут дальше. В их глазах самая основа человеческой жизни в её нынешнем виде, самый принцип, по которому ныне совершаются производство и распределение всех материальных продуктов, по сути своей порочен и антисоциален. Это принцип индивидуализма, конкуренции, каждый за себя и против всех остальных. Он основан на противоположности интересов, а не на их гармонии, и при нём каждый должен находить своё место в борьбе, оттесняя других назад или будучи оттесняемым ими. Социалисты считают эту систему частной войны (как её можно назвать) каждого против каждого особенно пагубной как в экономическом, так и в нравственном отношении. С нравственной точки зрения её бедствия очевидны. Она порождает зависть, ненависть и всяческое недоброжелательство; она делает каждого естественным врагом всех других, пересекающих его путь, а путь каждого постоянно может быть пересечён. При нынешней системе едва ли кто-либо может выиграть иначе, как за счёт потери или разочарования одного или многих других. В хорошо устроенной общине каждый выигрывал бы от успешных усилий любого другого человека; ныне же мы выигрываем от потери друг друга и проигрываем от выигрыша друг друга, и наши величайшие выигрыши происходят из наихудшего источника – из смерти, смерти тех, кто нам ближе всех и должен быть дороже всех. В чисто экономическом действии принцип индивидуальной конкуренции подвергается столь же безусловному осуждению со стороны социальных реформаторов, как и в нравственном. В конкуренции рабочих они видят причину низкой заработной платы; в конкуренции производителей – причину разорения и банкротства; и оба эти бедствия, утверждают они, имеют постоянную тенденцию усиливаться по мере прогресса населения и богатства; никто, полагают они, не извлекает выгоды, кроме крупных землевладельцев, держателей фиксированных денежных доходов и немногих крупных капиталистов, чьё богатство постепенно даёт им возможность продавать дешевле всех других производителей, поглотить все операции промышленности в свою собственную сферу, вытеснить с рынка всех нанимателей труда, кроме самих себя, и превратить рабочих в своего рода рабов или крепостных, зависящих от них в средствах существования и вынужденных принимать их на таких условиях, какие те пожелают предложить. Общество, короче говоря, движется, согласно этим мыслителям, к новой феодальности – феодальности крупных капиталистов.
Поскольку в последующих главах у меня будет достаточно возможности изложить моё собственное мнение по этим вопросам и по многим другим, с ними связанным и им подчинённым, я теперь, без дальнейших предисловий, представлю взгляды выдающихся социалистов на современные устройства общества в подборке отрывков из их опубликованных сочинений. В настоящий момент я желаю быть рассматриваемым лишь как передатчик мнений других. Впоследствии обнаружится, в какой мере то, что я цитирую, согласуется с моими собственными воззрениями или расходится с ними.
Наиболее ясное, наиболее сжатое и наиболее точное и конкретное изложение дела социалистов вообще против существующего порядка общества в экономической области человеческой деятельности находится в небольшой работе г-на Луи Блана «Организация труда». Посему мои первые выдержки по этой части предмета будут взяты из этого трактата.
«Конкуренция – это для народа система истребления. Является ли бедняк членом общества или его врагом? Мы требуем ответа.
Вокруг себя он всюду находит землю уже занятой. Может ли он возделывать землю для себя? Нет; ибо право первого завладевшего превратилось в право собственности. Может ли он собирать плоды, которые рука Божия взращивает на пути человека? Нет; ибо, подобно земле, плоды были присвоены. Может ли он охотиться или рыбачить? Нет; ибо это право зависит от правительства. Может ли он черпать воду из источника, огороженного в поле? Нет; ибо собственник поля в силу своего права на поле есть собственник источника. Может ли он, умирая от голода и жажды, протянуть руку за милостыней к ближним своим? Нет; ибо есть законы против нищенства. Может ли он, изнемогая от усталости и не находя приюта, лечь спать на мостовой? Нет; ибо есть законы против бродяжничества. Может ли он, умирая с голоду на жестокой родине, где ему во всём отказано, искать средств к жизни вдали от места, где ему была дарована жизнь? Нет; ибо менять отечество дозволяется не иначе как на известных условиях, которых бедняк выполнить не может.
