– Я знаю этот закон. И знаю, что бывает с теми, кто отказывается служить. Только переносов больше не будет, магистр.

– Как это понимать, Мирена?

Я подняла на него взгляд.

– Я выросла.

Глава 39: Пророчество

Истина – шестой огонь.

Не лги себе, чтобы стало легче.

Не лги другим, чтобы стало выгоднее.

Ищи правду, даже если она разрушает удобный порядок.

Но помни: истина без милосердия становится ножом.

Я вышла из кабинета магистра, хлопнув дверью так громко, что резкий звук прокатился по привыкшему к тишине коридору и эхом отразился от каменных стен.

За всё время нашего общения я ни разу не позволяла себе подобной вспышки. Но сейчас нервы сдавали. Пальцы всё ещё дрожали, а в груди тугим комом стояла ярость.

Наверное, я окончательно спятила, но мысль показалась почти разумной: если после ужина меня все равно ждало очередное испытание, какой смысл тратить оставшиеся часы на скучные лекции?

Сбежав по лестнице, я стремительно покинула Крыло Сновидцев и направилась через внутренний двор к архивам.

Злость вела меня вперед, заставляя почти бежать по припорошенным первым снегом каменным плитам. Холодный ветер бил в лицо, швырял под плащ колючие ледяные хлопья, путался в волосах, но я почти не замечала этого.

У входа в архив я даже не замедлилась. Толкнула двустворчатую дверь, прошла мимо смотрящего, который даже не поднял головы от своей конторки, и углубилась в темные проходы между стеллажами. Пальцы методично скользили по корешкам, вытягивая один фолиант за другим. Меньше чем за полчаса на длинном столе передо мной выросла стопка: почти два десятка книг и технических журналов о строительстве и обслуживании световых башен.

Мне необходимо было выяснить, куда именно мы проникли той ночью. Если чужаку удалось раздобыть фотографии подземного механизма, значит, и в архивах Обители наверняка должно было найтись хоть какое-то упоминание о нём.

Я взяла первую книгу, затем вторую, потом потянулась к стопке технических журналов. Очень скоро весь стол оказался завален раскрытыми томами, и почти с каждой страницы на меня смотрел один и тот же до боли знакомый зал. Фотографии, рисунки и схемы в точности повторяли то самое место. Многоярусные платформы. Центральная шахта, уходящая вниз на десятки уровней. Те самые мосты обслуживания, по которым мы шли вместе с чужаком. Даже форма креплений и расположение боковых галерей совпадали.

Я закрыла глаза и стиснула пальцами виски.

Нет.

Нет, нет, нет.

Такого ругательства я, кажется, вообще не знала.

Потому что место, куда он меня привел, на деле являлось сердцем синхронизации всей Световой сети Морвена. Главным управляющим узлом.

Я снова уставилась в раскрытые страницы, пытаясь заставить буквы перестать расползаться перед глазами. И чем больше читала, тем яснее понимала: башни были лишь внешней частью системы. Если представить, что каждая такая башня – отдельный музыкальный инструмент, то на звук, который она издавала, могло влиять все: холод, ветер, качество масла, состояние сердцевины. Но чтобы сотни разрозненных сигналов не гасили друг друга, а сливались в единый резонанс, сводящий неназванных с ума, системе требовался эталон. Единый камертон.

Именно поэтому под столицей Морвена построили Подземную обсерваторию, которая постоянно выравнивала ритм всей сети. Она буквально заставляла башни звучать одинаково.

Человеческое ухо этого не слышало, но для народа, живущего во тьме, все наше королевство было покрыто ровным давящим гулом, который невозможно выключить. И что-то подсказывало мне: мы не отключили этот гул, а просто добавили в него одну фальшивую ноту.

Однако сколько бы я ни перелистывала страницы в поисках технических подробностей, кроме красивых заголовков и общих объяснений, ничего не находилось. Башни считались главным достижением Морвена за последние столетия – символом порядка, безопасности и победы над неназванными. О них писали в учебниках, рассказывали на лекциях, изображали на гравюрах и даже чеканили на обороте монет. Но сама Подземная обсерватория вызывала множество вопросов. Ее существование никто не скрывал, однако любые сведения о внутреннем устройстве, персонале, расположении уровней и принципах работы были засекречены.

– Наркар… – выдохнула я.

Я должна была все исправить.

Мысль ударила так резко, что я замерла над раскрытой книгой, не замечая, как пальцы все сильнее сминают край пожелтевшей страницы. Я уже была там. Если смогла сделать это один раз, значит, смогу проникнуть туда снова. Мне даже не придется блуждать по верхним уровням, теряя драгоценные минуты. Я перенесусь сразу к той самой металлической раме, встроенной в стену.

Вот только… какой именно стержень нужно менять?

Где-то в центре – услужливо подсказало сознание.

Я нервно усмехнулась. Прекрасно. Просто замечательно. Значит, мне придется перебрать десятки, а может, и сотни металлических стержней, выстроенных в бесконечные одинаковые ряды, прежде чем я найду нужный. Сколько времени это займет? Что, если меня заметят раньше?

А что если вся сеть рухнет из-за меня? И Морвен останется полностью беззащитным перед неназванными?

Я резко выпрямилась на стуле.

Не рухнет. Не идиоты же ее строили.

Но легче от этого почему-то не становилось. Я закрыла лицо руками, чувствуя, как мысли начинают метаться все быстрее и быстрее. Я почти сходила с ума от всего, что лезло мне в голову.

Встряхнув головой, я решила, что глобальные последствия сейчас совершенно не имеют значения. Все эти страхи перед падением Световой сети – ничто по сравнению с простой, бьющей по нервам реальностью: мы с чужаком договорились встретиться через три ночи. Я должна буду выполнить следующую услугу и забрать Эвана Уолла – брата Гэвина.

Но теперь в мои планы вмешался Дорн со своими испытаниями. Если меня запрут в подземных кельях или накачают мандрагорой, я просто не смогу исполнить данное чужаку обещание. Я пропущу срок. Что тогда? Сделка сорвется. Чужак дождется меня или перебьет всех пленных, включая Уоллов?

– Наркар… – снова глухо выдохнула я в пустоту между стеллажами, даже толком не зная, что это слово означает и откуда оно вообще взялось.

Я рывком захлопнула книгу, после чего быстро собрала остальные тома и начала расставлять их по местам, стараясь больше ни о чем не думать. Вообще ни о чем.

На ужин я пришла поздно, когда трапезная уже гудела голосами и звоном посуды. Свободных мест почти не осталось. Я успела только поставить поднос и сесть в самом конце длинного стола, как рядом остановилась знакомая фигура.

– Могу я составить тебе компанию? – неожиданно спросил Килан.

Я даже подняла взгляд от тарелки. Это прозвучало почти нелепо. В Обители никто никогда не спрашивал разрешения сесть рядом. Люди просто садились куда хотели, если только речь не шла о столах Хранителей Истины или Крыла Благородных.

– Присаживайся, – после короткой паузы ответила я.

– Отлично.

Он устроился напротив, подвинул к себе тарелку и на какое-то время даже замолчал. Просто ел. Без привычных улыбок, без расспросов, без попыток вытрясти из меня очередное пророчество. Я даже несколько раз невольно поднимала взгляд, пытаясь понять, не заболел ли он.

В конце концов я не выдержала.

– С тобой все в порядке? – спросила я.

Он кивнул.

– Странно видеть тебя таким молчаливым, – заметила я.

Килан криво усмехнулся и только потом осторожно произнес:

– Только не злись. Он тебе нравится?

Я замерла с поднятой ложкой. Ярость на магистра Дорна, которая весь день жгла меня изнутри, на мгновение отступила, сменившись искренним недоумением.

– Кто?

– Хранитель, – он коротко кивнул в дальний конец зала, где за длинными столами сидели старшекурсники. – Ивен Арклей. Вчера вечером. На ужине. Я видел, как он подошел к тебе.