Не отпустит. Ни сейчас, ни через минуту, ни пока его сердце продолжает биться.

Он мог быть каким угодно дерьмовым владыкой Иркалла, мог просрать планы и даже весь город, но свою женщину Бездне не отдаст.

– Шед, пока этот старый хрен сюда ковыляет… – Мархус поморщился. А торопиться он, блядь, никогда не умел. – Обрисуй ситуацию. Насколько все плохо?

– Если коротко? Мы в полной заднице, – тут же отозвался Шед.

– Давай без поэзии.

– Шлюзы открыты. Темница затоплена почти полностью, и уровень воды продолжает подниматься. Все подходы разрушены. Мархус…

Сухой треск заставил Шеда замолчать, а Мархуса чуть повернуть голову.

Анзу остановился напротив. Мархусу не требовалось его видеть – эту самодовольную рожу он знал слишком давно. Светлые волосы Анзу были выбриты по бокам, длинные пряди стянуты на затылке в хвост, а бордовые татуировки ломаными линиями спускались от виска по щеке и шее под одежду.

Мархус даже не сомневался, что сейчас Анзу наслаждается его состоянием куда больше, чем следовало бы.

– Анзу, ты столетиями бился за Иркалл, – выдохнул Мархус. – Подними эту темницу из воды. И я отдам тебе Иркалл, проиграв в поединке.

Анзу издал сухой звук, похожий на смех.

– Мархус, зачем мне торговаться за то, что и без того станет моим? Всего-то и нужно подождать, пока ее сновидческая магия добьет тебя.

Он ненадолго замолчал.

– Чернеющие вены – дурной знак. Сколько тебя еще хватит? Полчаса? Час? Хотя она умрет раньше. Сновидица выбрасывает слишком много энергии. Ты можешь пожирать ее магию сколько угодно, но она уже одной ногой в могиле. Ей даже ваш хваленый Круг не поможет. И как только вы оба сдохнете, равных мне не останется. Лилле этот город нахрен не нужен, а остальные… – Анзу бросил короткий взгляд на Шеда. – Остальные слишком слабы, чтобы встать у меня на пути.

– Анзу, – Мархус тяжело втянул воздух, цедя слова сквозь сжатые зубы. – Как приятно слышать, что ты все еще такой же мудак. Неужели тебя вообще не жжет изнутри? Ты ведь станешь первым владыкой Иркалла за всю его историю, который получил власть не в поединке, а просто потому, что дождался, пока соперник сдохнет от ран… Для такого древнего чудовища это даже звучит жалко. Вся Бездна будет плевать тебе вслед.

– Это светит любому, кто займет трон после тебя, – спокойно отозвался Анзу. Он помолчал и все же нехотя добавил: – Хотя в одном ты прав. Получить город вот так… действительно было бы паршивым началом правления.

– Тебе отдал приказ владыка, – вмешался Шед. – Исполняй, а не трепись языком.

Тишина стала такой резкой, что Мархус почти увидел, как Анзу поворачивает голову к Шеду.

– Заткни свою пасть, слуга. – Голос Анзу сорвался от ярости. – Еще раз полезешь в разговор сильнейших – и я вколочу тебя в камень по горло и оставлю гнить в собственном дерьме.

Мархус слишком хорошо знал Анзу, чтобы сомневаться: тот не шутит. Приказ владыки он тоже выполнит, но лишь в пределах закона Глубинных, который требует сначала спасти себя и свою пару, потом тех, с кем разделил кровь, и только после – всех остальных, если вообще до этого дойдет. Анзу будет поднимать темницу сутки, а то и двое, не отдавая больше силы, чем способен восстановить без вреда для себя. И именно в этом была проблема. У Мархуса не было даже нескольких часов.

– Чего ты хочешь? – спросил Мархус прямо.

Анзу ответил без всякой насмешки:

– Стать твоим побратимом.

Шед так резко дернулся, что ножны ударились о пряжку ремня, а пальцы стиснули рукоять клинка до скрипа кожи. Лилла шумно втянула воздух и едва слышно выругалась. Со стороны Ругу и Нгаля донеслось что-то короткое и совершенно непечатное. Мархус невольно усмехнулся. Ну да. Примерно такой реакции и следовало ожидать. За четыре сотни лет побратимом Мархуса стал только Шед. Теперь Анзу совершенно серьезно требовал стать вторым.

– Ты умом тронулся? – не выдержала Лилла.

– Возможно, – рассмеялся Анзу, а затем вновь обратился к Мархусу: – Но цена вполне соответствует тому, что ты от меня требуешь. Шед спас тебе жизнь – ты разделил с ним кровь. Я сейчас собираюсь сделать то же самое. И, если подумать, позор длиной в вечность мне действительно не так уж нужен. Получить Иркалл, дождавшись, пока ты сдохнешь, – удовольствие на несколько часов. А стать побратимом великого и ужасного Мархуса… – в голос вернулась знакомая усмешка. – Вот ради этого уже можно и надорваться.

Мархус молчал несколько ударов сердца. Усмешка на лице Анзу постепенно исчезла.

– Я согласен, – наконец сказал Мархус.

На несколько секунд Анзу будто лишился дара речи.

– Что… прямо так?

– Если мы оба выживем, ты получишь то, что хочешь.

Анзу молчал еще миг, а затем из его глотки вырвался удовлетворенный смешок.

– Разумеется. Приму твою кровь сейчас – и из-за этой дряни в твоих венах пару часов собственную задницу от земли не оторву. А мне еще замок ворочать. Так что обменяемся кровью в Иркалле. Не раньше.

– Покажи, на что способен, – ответил Мархус. А потом, с трудом подавив рваный вдох, добавил: – По ощущениям, Сновидицу держали под замком, ближе к северной стене. Поднимай аккуратно. И еще аккуратнее спускай воду. Не хватало только похоронить нас обоих под обломками.

– Нехер учить меня, как делать мою работу, – огрызнулся Анзу и небрежно бросил: – Братишка.

Мархус подавился воздухом.

Блядь. Вот к этому ему еще придется привыкать.

Глава 80: В его руках

Анзу молча развернулся и пошел к краю обрыва, где внизу ревела река.

Первый удар пришел через несколько минут. Земля под спиной Мархуса резко дернулась, из глубины донесся тяжелый гул. В лесу с треском повалились несколько сосен. Воины Золотой цитадели разом расставили ноги шире, удерживая равновесие.

Мархус медленно втянул воздух.

Давай Анзу. Докажи, что достоин той цены, которую потребовал.

– Я понимаю, почему ты согласился, – начал Шед. – И считаю, что ты поступил правильно.

Мархус хмыкнул, крепче удерживая бессознательную Мирену.

– Но ты понимаешь, – продолжил Шед, – что ты был единственной силой, которой Анзу действительно боялся и которую уважал? После обмена кровью ты уже не сможешь обращаться с ним как с обычным демоном. Высушивать его, вешать на стены и делать все то, чего эта сволочь заслуживает. Он будет знать, что ты не можешь его просто прибить. И это знание развяжет ему руки. Мархус… ты сейчас делаешь то, за что весь Иркалл потом будет материться веками.

Ответить Мархус не успел.

В нескольких сотнях метров от них с оглушительным грохотом просела земля. Огромный пласт скалы ушел вниз, увлекая за собой вековые сосны. Стволы ломались и валились друг на друга, ниже по склону с грохотом сыпались камни. Анзу выламывал породу из глубины и загонял ее под основание крепости, слой за слоем выталкивая Замок Трех Печатей на поверхность. На месте разрушенного моста из земли поднимался сплошной массив скалы, соединяя крепость с уцелевшей дорогой.

Мархус не сдержал улыбки.

Анзу действительно готов сдохнуть, лишь бы выполнить условие и получить право на побратимство.

Грохот продолжался еще несколько минут, а потом оборвался разом, будто огромная масса породы наконец легла на место. На мгновение вокруг стало почти тихо, затем со стороны Замка донесся глухой удар. По наружной стене главного здания побежала трещина, за несколько секунд разросшаяся на несколько метров, и наружу с ревом хлынула вода. То же самое Анзу проделал с остальными зданиями: где-то расширял проломы, давая воде выход, где-то, наоборот, подпирал поврежденные стены поднятой породой, не позволяя им обрушиться.

Шум воды постепенно начал стихать. Анзу рухнул на камни у самого края обрыва, перевернулся на спину и уставился в серое небо.

– Не благодари… – выдохнул он и с ядовитой ухмылкой добавил: – Братишка.