— У столицы нет третьей половины.

— К вечеру появится.

Я всё-таки улыбнулась. Ненадолго.

— Что вы предлагаете мне делать?

— Пока ничего.

— Ничего? Вы пришли ночью, рассказали, что я могу лишить Эрвена престола… Зачем?

— Хотел увидеть вас.

— Увидели. Что дальше?

Он помедлил.

— Пытаюсь понять, почему Крыло выбрало вас. Вы двенадцать лет делали его работу. Неужели только сегодня заметили, что благодарить вас никто не собирается?

Я встала. Стул задел край стола.

— На сегодня достаточно.

Тайрен поднялся вслед за мной и взял перчатки.

— Ещё одно. Сегодня вы уехали без охраны.

— И об этом уже знаете?

— За вашей повозкой шли от дворцовых ворот. Двоих я узнал — люди Эрвена. Остальных нет.

Я подошла ближе.

— Вы всё это время сидели здесь и молчали?

— Вы не спрашивали.

— А должна была? После приветствия? До предложения войти?

Тайрен отвёл взгляд к окну.

— Если бы я сказал сразу, что бы вы сделали?

Я начала отвечать и осеклась. Вызвала бы стражу? По привычке позвала человека, который прислал за мной слежку?

— Не знаю, — выговорила я.

— Вот с этим и нужно разобраться.

Он натянул перчатку на руку со знаком.

— Если захотите корону, придётся действовать и без защитника.

— Я сказала, что она мне не нужна.

— Я слышал.

— И вы сейчас уйдёте? Зная, что за домом следят?

Он посмотрел на дверь.

— Если останусь, завтра заговорят о союзе с Кельварами. Вместо охраны получите войну Домов. Вы даже правил ещё не знаете.

Он подошёл к двери.

— Закройте ворота. Посторонних не пускайте. А до утра подумайте: вы хотите вернуть Эрвену спокойствие или выяснить, что произошло с Короной?

— Вы ещё придёте?

Он обернулся.

— Если к вам перейдёт Второе Крыло.

И ушёл. Я закрыла за ним дверь. Потом ещё несколько минут стояла в тишине и смотрела на дерево, за которым исчез самый неприятный человек этого дня. После Эрвена. Пока после Эрвена. Я почти не спала.

Не из-за страха. Из-за бумаг. К рассвету на столе лежали разложенные записи матери, собственные заметки и Крыло, которое я перестала заворачивать в ткань после того, как в третий раз достала его для сравнения с рисунками. Самым неприятным оказалось не то, что старые документы противоречили официальной истории. Самым неприятным было другое. Они объясняли слишком многое.

В одном из протоколов четырёхсотлетней давности говорилось, что Крылья «следуют за исполнением обязанности, а не за именем носителя». В другом прямо запрещалось уничтожать сведения об их назначении. Третья запись содержала спор представителей Домов о том, может ли Крыло перейти к человеку, не принадлежащему к драконьему роду. Ответ был коротким: «Может». Я перечитала несколько раз. Значит, дело было не в том, что я жена Эрвена. И не в том, что я когда-то носила титул.

Корона не выбирала женщину, обиженную мужем. Она выбирала поступки. От этого становилось страшнее. Потому что поступок можно повторить. Около восьми утра в ворота начали стучать. Сначала я решила не открывать.

Потом услышала голос:

— Госпожа Вейрель! От Дома Кайр!

Я убрала документы и вышла во двор. У ворот стоял молодой мужчина в дорожной одежде. Я узнала его: помощник представителя, с которым вчера ночью мы согласовывали последние строки торгового соглашения. Он выглядел так, будто бежал половину дороги.

— Что случилось?

— Западная таможня не признаёт договор. Час назад прислали приказ: всё, что вы утвердили до развода, отправляют на пересмотр.

У меня сжался живот.

— Караваны где?

— У Старых ворот. Наши требуют прохода, западные вызвали стражу.

— Сколько народу?

— Наших около восьмидесяти. У них — сотня, я сам видел.

Я закрыла глаза на секунду. Вот оно. Первое последствие. Дом Кайр согласился на новый договор только после того, как мы изменили размер пошлины и гарантировали проход нескольких крупных караванов. Западные наместники сопротивлялись именно потому, что считали уступки северянам слишком большими. Я нашла компромисс. Эрвен только что его отменил.

И сделал это не потому, что соглашение было плохим. Потому что на нём стояла моя подпись.

— Глава делегации там?

— Да. Он меня и прислал.

— Почему ко мне? Договор заключали от имени Короны.

Молодой человек потёр ладони.

— Он сказал: «Я с госпожой Вейрель договаривался». А Корона теперь вашу подпись не признаёт.

В его голосе не было упрёка. Я всё равно не сразу смогла ответить. Я вернулась в дом, схватила плащ и остановилась. Тайрен предупреждал, что за мной следят. Если я пойду к воротам, Эрвен узнает. Если не пойду, к полудню люди, ещё вчера сидевшие за одним столом, могут начать выяснять законность соглашения совсем другими средствами. Я посмотрела на Крыло.

«Служба прежде почести».

— Подождите, — сказала я посланнику.

Вернулась в кабинет и достала свою копию соглашения. Не официальную. Черновую. На полях стояли мои пометки, варианты расчётов и одна фраза, которую я написала вчера около полуночи: «Если западные откажутся — предложить временное разделение сбора через нейтральный городской счёт». Тогда предложение не понадобилось.

Теперь могло. Я сунула бумаги в сумку.

— Идём.

Посланник оглянулся на пустой двор.

— А охрана?

— У меня её нет.

Он нерешительно посмотрел на улицу.

— Я знаю, что опасно, — сказала я. — Вы ведь за мной пришли. Ведите.

До Старых ворот мы добрались за двадцать минут. Последний квартал пришлось идти пешком. Улица была перекрыта. С одной стороны стояли северяне Кайра в серо-синих дорожных плащах, с другой — люди западной таможенной палаты. Между ними находились городские стражники, которым явно не нравилось положение живой стены. Обозы растянулись вдоль улицы. Вокруг уже собралась толпа.

Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять: времени почти нет. Глава северной делегации, лорд Эймар Кайр, спорил с западным наместником Реваном Тарром. Я знала обоих. С обоими вчера разговаривала отдельно. Оба считали себя совершенно правыми. Самая опасная разновидность спора. Эймар первым заметил меня.

— Госпожа Вейрель.

Головы повернулись. Шёпот прошёл по толпе. Я подошла.

— Дайте посмотреть приказ.

Реван Тарр поджал губы.

— Госпожа Вейрель, при всём уважении, вы уже не представляете дворец.

— Поэтому я прошу, Реван. Дайте мне прочесть.

Эймар протянул бумагу.

— Пришёл ночью. Соглашение приостановлено.

Я прочитала. Подпись главы канцелярии. Печать императора. Эрвен действовал быстро.

— Приостановлен до повторного рассмотрения, — заметила я.

— Наши караваны должны пройти сегодня.

— Знаю.

— Мы согласились на дополнительные поставки в Лейрскую долину именно в обмен на снижение западного сбора. Если нас возвращают к прежним ставкам, соглашение не существует.

Реван вмешался:

— Западу этот договор с самого начала был невыгоден.

— Вы подписали его вчера.

— Дворец настоял.

— А я трижды меняла условия по вашей просьбе. Вы помните, какие?

Он отвёл глаза.

— Теперь обстоятельства изменились.

От этой фразы у меня свело зубы.

— Тогда обсудим, что именно.

— Прямо здесь?

Я посмотрела на людей у ворот.

— Вы уже собрали почти двести вооружённых человек. Уйдём — за нас обсудят они.

Эймар хмуро посмотрел на западную сторону.

— Обсуждать нечего. Нас пропускают по подписанным условиям или мы разворачиваемся.

— А поставки в Лейрскую долину? Они не успеют.

— Пусть Корона и разбирается.

— Эрвен без обеда не останется, Эймар. А в долине ждут ваши обозы.

Он стиснул скрещённые на груди руки, но промолчал.

— Реван, если северяне развернут обозы, сколько вы получите пошлины?

— Нисколько.

— Если пропустите их по старой ставке?

— Больше, чем предложено вашим соглашением.