Мимо столиков, с другого конца зала, ко мне шли трое мужчин. Один из них был тем белобрысым козлом, что позавчера пытался добиться от меня взаимности весьма сомнительными способами. Тут же был и второй бандит, что лез обниматься к Сашке. А между ними двумя двигался хмурый господин в развевающейся полосатой рубашке, со сверкающими часами на волосатой руке и черных шортах.

У него были густые темные волосы, небрежно зачесанные назад и такие же обвислые темные усы, перерастающие в лохматые бакенбарды. На пальцах и кистях его рук я разглядела синеющие наколки, которые могли быть сделаны исключительно в местах не столь отдаленных.

Судя по поведению, взгляду и походке, этот высокий мужчина с колючим тяжелым взглядом был главарем у двух, топающих по бокам моряков.

Они пока не видели меня, но приближались к барной стойке.

Спохватившись, я скорее спрыгнула с табурета, схватила телефон и торопливо оббежала стойку. За несколько секунд до того, как не благонадежные личности дошли до барной стойки, я скрылась за ней со стороны бармена.

Присев на колено, я, с выбивающимся из груди сердцем, инстинктивно обхватила руками металлический столбец крепления барной стойки.

— Босс, может ещё по стаканчику пропустим, а? — послышался голос противного блондина с татуировками. — Все-таки целую партию рыб доставили…

— По тише, Гарпун, — осадил белобрысого главарь.

Его голос неумолимо вызывал настырную прочную ассоциацию с чем-то кровожадно острым и угрожающе раскаленным до бела. Каким-то шестым чувством я осознавала, что с этим человеком ни в коем случае не стоит враждовать или даже просто находиться рядом.

— Ну, и где этого бармена носит? — нетерпеливо спросил белобрысый Гарпун. — Падла… мне нажраться хочется!

— Успеешь, — уронил его босс.

От одного звука его голоса тревожное чувство буквально вклинивается у меня между позвонков, пропитывая тело скользкой ядовитой настороженностью.

— Алё! — непристойно громко крикнул Гарпун. — Бармен! Где ты там шляешься?! Вали сюда! Мне выпить охота!

Он с силой саданул ладонью по барной стойке, так что зазвенели стоящие неподалеку пара бокалов, а я испуганно вздрогнула, чувствуя, как на несколько секунд у меня перехватило дыхание.

Неприметная дверь возле шкафа с выпивкой отворилась и появился… Борис Беркутов, собственной персоной.

Выглядел он вялым, изнуренным и весьма болезненным. Но это как раз было не удивительным. А вот то, что предмет обожания Саши был облачен в одежду бармена и носил бейдж с логотипом бара «Коралловая роща», меня слегка шокировало. Он тоже подрабатывает?

Почему-то я подумала, что он наверняка желает помочь моему дяде собрать необходимую сумму, которую ему отказались выдавать в банке.

— Наконец-то, ***ть! — рявкнул на него беловолосый.

— Закрой пасть, — негромко бросил его босс, и Гарпун тут же прикусил язык. — Уважаемый, три виски, оформите по быстрее.

Последние слова относились к Борису.

Тот согласно кивнул и подошел к витринному шкафу за одной бутылок с виски. Достав её, он наклонился за полотенцем и тут застыл с округлившимися глазами.

Я активными жестами, с яркой мимикой на лице начала показывать ему, чтобы он смотрел в другую сторону. Боря нахмурился, но через пару мгновений отвернулся.

Он встал рядом со мной, и я услышала звук плещущейся жидкости у себя над головой: крепкий виски полился в бокалы для троих неприятных гостей.

— Что-нибудь ещё? — механическим голосом осведомился Беркутов у гостей.

— Ага, — раздался небрежно-издевательский голос Гарпуна, — свали-ка подальше, глаза не мозоль.

— Гарпун, не хами людям, — осадил подчиненного босс. — Но, если вы не против, уважаемый, мы бы хотели обсудить кое-какие дела.

В ловах предводителя этой шайки прозвучал почти приказной намек, завуалированный фальшивой елейной вежливостью.

— Как пожелаете, — не скрывая своего безразличия, ответил Борис.

Бросив на меня предупреждающий взгляд, он скрылся в то двери, из которой появился.

— Так что там говорит заказчик, босс? — спросил Гарпун.

Несмотря на шквал нервирующих чувств и напряженное ожидание, я навострила уши.

— Заказчик крайне недоволен, что вы привлекли к себе внимание, — шумно и неприлично отхлебнув от своего бокала, ответил предводитель моряков. — Никто не должен знать, что мы возим в трюмах «Барракуды». А вы какого-то ляда полезли к тем девкам. Я плачу вам достаточно, чтобы вы могли позволить себе любую доступную прошмандовку. Зачем вам сдались те малолетки, Гарпун? На молоденьких потянуло?

— Да ты бы их видел, босс! — засмеялся Гарпун. — Юные, хорошенькие, свеженькие… и совсем одни!

— В том то и дело, что они были не одни, — проворчал босс Гарпуна. — Если бы вы их по-тихому употребили, я бы слова не сказал, а так… из-за вас, кретинов, у меня вчера был крайне неприятный разговор с владельцем «Альдабры». Он требовал, чтобы я исключил саму возможность повторения подобной ситуации. Поэтому, ты, Гарпун, и ты, Винт, следующую неделю работаете на перевалах. И нечего морды кривить, сами виноваты, что не мозгами, а причинным местом думаете! Месяцок поработаете грузчиками, может угомонитесь.

— Хрена се, целый месяц, на безлюдных островах жопу вялить, — проворчал раздосадованный Гарпун.

— Не нравится в моей команде, всегда можешь уйти, — немедленно проговорил босс бандитов.

Но при этом, весьма выразительный подтекст в его словах говорил, что решивший покинуть ряды его подчиненных сможет совершить это лишь вперёд ногами.

— Да ладно, ладно, чего ты, босс, — тут же замямлил блондин. — Надо, так надо… А че там за партия будет? Хорошо бы без всякой ядовитой мерзости.

— Что скажут, то и будешь грузить, — рыкнул главарь. — Но, пока Ян Глебович требует рифовых акул, десятка два кальмаров Гумбольдта и пяток бородавчаток.

Я инстинктивно зажала себе рот руками, чтобы из моих уст на вырвался вздох удивленного смятения.

Ян Глебович? Отец Ростислава? Он… они… эти хмыри работают на Жарковского старшего?!! Какого чёрта тут происходит?!

Одно за другим пугающие предположения замелькали у меня в голове, со скоростью нарастающего темпа пульса.

Бандиты продолжали разговор, случайной слушательницей которого я стала.

— Бородавчаток? — опасливо спросил блондин. — На хрена ему эта ядовитая тварь. Он, что их жрать будет?

— Нет, жрать их будут посетители его ресторанов.

— Во кретины, эти богатеи.

— В Японии и Китае готовят экзотические блюда из этих тварей, а Ян Глебович желает построить сеть ресторанов прежде всего экзотических и уникальных блюд. Например, одним из главных деликатесов он планирует сделать сердце, язык и печень косатки.

А вот тут меня охватил искренний настоящий шокирующий страх и потрясение.

Если Ян Глебович Жарковский и вправду решил построить морские рестораны, с экзотическими блюдами в меню, то можно не сомневаться, где именно он собрался брать ингредиенты для блюд своих заведений!

Я представила Сореля, Геракла и Эмму, всех наших дельфинов-афалина и прочих обитателей Сантоса.

И их то отец Ростислава собрался в буквальном смысле отправить под нож и в печь?! Господи… Есть дельфинов, косаток и акул, это всё равно, что употреблять в пищу кошек и собак! Это кровожадное невежественное варварство!

*(автор не желает оскорбить чьи-то гастрономические пристрастия и поклонников различной экзотической кулинарии, но со своей стороны оставляет за собой право категорически отказываться признавать «едой» вполне разумных млекопитающих).

Шторм панических чувств покорял меня, при одной только мысли, что Сорель, мой любимый и неповторимый Сорель, может стать пищей, для каких-то, пардон, в конец зажравшихся толстосумов.

Человечество совершенно начало сходить с ума: начав употреблять в пищу разумных животных, некоторые, с течением времени, задумаются о том, чтобы зайти ещё дальше… Но мне даже думать о таком омерзительно.

Живот свело рвотной судорогой, но я заставила себя подумать по чем-то другом.