Аня посмотрела на меня с сочувствием, но тут же переключилась:

-Ничего, у вас еще все впереди! Мы с Марком тоже не сразу решились. Зато теперь -двое погодок, и мы не представляем жизни без них. Лена, это такое счастье!

Она продолжала говорить, а я сидела и слушала, чувствуя, как внутри разливается пустота. Я смотрела на ее счастливое лицо, на ее руки, украшенные обручальным кольцом и бриллиантами, и понимала, что у меня нет ничего. Ни счастливого брака, ни детей, ни дома в пригороде. Только работа, которая висит на волоске, и муж, который изменяет мне в Тайланде.

Я сжала бокал с водой так сильно, что побелели костяшки. Аня не замечала моего состояния -она говорила о школе в Нью-Йорке, о новой машине, о том, как они планируют купить дом на берегу океана, и приглашать туда друзей детства.

-Знаешь, -вдруг сказала она, -я тебе немного завидую. У тебя свобода. Ты можешь делать что хочешь, ты не привязана к мужу и детям. А я… иногда так устаю, что хочется сбежать.

Я посмотрела на нее и вдруг поняла: она не понимает меня. Не знает, что такое просыпаться рядом с человеком, который тебя не любит. Что такое перехватывать взгляды, когда он смотрит на других женщин. Что такое читать смс, в которых он признается в любви не тебе.

-Да, -выдавила я, -свобода -это круто.

Мы еще посидели, заказали десерт. Аня рассказывала забавные истории про своих детей, и я даже пару раз улыбнулась. Но внутри я чувствовала себя так, будто нахожусь не в ресторане на Патриарших, а в какой-то чужой жизни, которая мне не принадлежит.

Когда мы допили чай и собрались уходить, Аня встала и пошла к выходу, а я немного задержалась, чтобы надеть пиджак. В этот момент официант, проходя мимо с подносом, споткнулся о ножку стула, и стакан с виноградным соком опрокинулся прямо на меня.

Яркая, липкая фиолетовая жидкость залила перед платья -от груди до самых колен.

-О боже! -ахнула Аня. -Лена!

Официант начал извиняться, заламывая руки. Я смотрела на платье, и мир вокруг меня остановился.

Моя мечта, мое прекрасное бордовое платье, которое я купила, чтобы чувствовать себя красивой, было безнадежно испорчено!..А ведь я впервые надела его сегодня, чтобы быть живой.

Платье, которое я защищала от взглядов Оливии, от замечаний, от собственной неуверенности…Теперь оно было испорчено. Бесповоротно.

Пятно от виноградного сока расползалось по ткани, оставляя уродливую, липкую кляксу.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то ломается.

-Я испортила его, -прошептала я. -Я только сегодня надела его в первый раз.

-Лена, ну это просто платье, -Аня попыталась успокоить меня. -Его можно отдать в химчистку, там выведут пятно!

Но я не слушала. Слезы подступили к горлу, и я не могла их сдержать. Они полились -горькие, горячие, соленые. Я стояла посреди ресторана в испорченном платье и рыдала, как ребенок.

-Аня, -всхлипывала я, -ты не понимаешь. Это не просто платье. Это платье, которое я купила, чтобы измениться. Чтобы перестать быть собой. А теперь оно испорчено. И я тоже испорчена.

Аня обняла меня, прижимая к себе, и я чувствовала, как она гладит меня по спине.

-Лена, глупая, -шептала она. -Ты не испорчена. Ты -самая лучшая. Ты просто устала. Пойдем, я довезу тебя до дома.

Она вывела меня из ресторана, поймала такси. Всю дорогу я молчала, уткнувшись в ее плечо, и чувствовала, как липкая ткань платья прилипает к телу.Мы скомкано распрощались, и я была уверена, что навсегда. Вечер испорчен, настроение из-за меня у Ани тоже испортилось… Зачем встречаться и общаться с такими как я?

Портить себе настроение?!

Дома я сняла платье и повесила его в ванной, попыталась оттереть пятно влажным полотенцем. Но сок въелся в шелк намертво. Я смотрела на уродливую фиолетовую кляксу и чувствовала, как внутри умирает последняя надежда на то, что я могу быть красивой.

Я села на пол ванной и заплакала снова -на этот раз тихо, беззвучно.

Платье было испорчено. Как и моя жизнь.

Глава 6. Предложение

Утро началось с того, что я долго стояла перед шкафом, перебирая вещи. Бордовое платье висело в ванной на плечиках -пятно от виноградного сока так и не отошло, оставив уродливый фиолетовый след на шелке. Я не могла смотреть на него. В груди дико щемило, и хотелось плакать, так что я резко закрыла дверь ванной и старалась туда не заходить.

Надела старый серый балахон. Тот самый, в котором ходила годами. Мешковатый, бесформенный, с высоким горлом и длинными рукавами. Я посмотрела в зеркало и увидела ту же женщину, что и раньше -незаметную, потухшую, уставшую.

«Зачем ты вообще пыталась?» -спросила я себя. И сама же ответила: «Не надо было. Не по тебе это!».

На работу я ехала с тяжелым сердцем. В метро никто на меня не смотрел. Я снова стала невидимкой. И, как ни странно, в этом было что-то успокаивающее. Никто не оборачивается, не оценивает, не флиртует. Только серый балахон и пустота внутри.

В офисе я прошла в кабинет, кивнула Ире и села за свой стол. Через пять минут дверь открылась, и на пороге появилась Оливия Бордо. В безупречном сером костюме, с идеальной укладкой и холодной улыбкой. Красивая, как топ-модель. Сорокового размера…

-Доброе утро, Лена, -приветливо сказала она, оглядывая меня с ног до головы. -О, я вижу, вы сегодня в деловом стиле. Отлично. Я рада, что вы прислушались к моему совету.

Я сжала ручку в руке. С каких пор балахон – деловой?.. Ну да ладно.

-Доброе утро, -ответила я ровно.

-Знаете, -она наклонила голову, разглядывая меня, -этот фасон вам очень идет. Намного лучше, чем то вызывающее платье. Вы выглядите профессионально. Сдержанно. Так и должно быть.

Она улыбнулась -довольная, как кошка, которая съела сметану. Потом развернулась и вышла, оставив дверь открытой.

Ира посмотрела на меня с сочувствием.

-Лена, она специально пришла, чтобы проверить тебя. Ты же понимаешь?

-Понимаю, -ответила я, не поднимая глаз. -Но она права. Я нарушила дресс-код. Надо было думать.

-Ты не нарушала! -возмутилась Ира. -Ты выглядела потрясающе! Она просто боится конкуренции. Ты красивее ее, и она это знает.

-Ира, хватит, -я подняла на нее усталый взгляд. -У меня нет сил на это. Пожалуйста… Какая может быть конкуренция между нами?! Что за бред?!!

Ира замолчала, но в глазах ее читалось сочувствие.

В середине дня по офису прокатился слух: сократили половину бухгалтерии. Люди собирались у кабинетов, перешептывались, некоторые стояли с мокрыми глазами и я, не будь истории с платьем и изменившим мужем, тоже бы переживала.Как и все, я видела, что сотрудники уходят с коробками, как их провожают коллеги. Увольняли одним днем!

Атмосфера была тяжелой, тревожной. Каждый боялся, что следующим будет он.

Роман ходил по коридорам озабоченный, с бумагами в руках, хмурый и сосредоточенный. Он даже не смотрел в мою сторону -словно меня не существовало. Я видела его мельком утром, потом в обед, но он проходил мимо, не замечая меня. Или делая вид, что не замечает.

Я чувствовала себя потерянной. Еще вчера он смотрел на меня с такой страстью, что подкашивались ноги. А сегодня -пустота. Как будто ничего не было. Как будто поцелуя в машине не существовало или он мне приснился.

К вечеру я совсем вымоталась. Оформлять увольнения было непросто, и мы с Ирой чуть не сдохли за эти пять часов постоянных увольнений!Я вышла из кабинета, чтобы пойти на кухню к кулеру -заварить себе чай. Бродила по пустому коридору, держа в руках кружку, и думала о том, как сильно хочу домой. Лечь, закрыть глаза и ни о чем не думать.

Я уже почти дошла до кухни, когда из-за угла вышел Роман. Он стоял у стены с телефоном в руках, но, увидев меня, убрал его в карман.

-Лена, -сказал он. -Можно тебя на минуту?

Я остановилась. Сердце забилось быстрее.

-Да, -ответила я.

Он оглянулся -в коридоре никого не было -и шагнул ко мне ближе. Так близко, что я чувствовала его парфюм, его дыхание. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах снова зажегся тот же огонь, что и вчера утром.