— Договорились, — буркнул Пых. — Скучно.

— Лучше скучно, чем разоблачение.

Но это было только начало. Через пару дней Алиса заметила под окнами подозрительных личностей. Какие-то люди в одинаковых куртках ходили вокруг дома, задирали головы и фотографировали её окна.

— Кто это? — спросила она у Пыха.

— Понятия не имею, — ответил дракон. — Но они тут третий день ошиваются. Я за ними наблюдаю.

— Третий день? И ты молчал?!

— А что говорить? Я думал, это обычные зеваки. У тебя же блог популярный, вот и приходят посмотреть.

— Пых, это не зеваки! Это... не знаю кто. Но явно не простые прохожие.

Сия, который с балкона тоже наблюдал за подозрительными личностями, вдруг сказал:

— Они магию чувствуют. Я вижу их ауру. Они не простые люди.

— Кто же они?

— Охотники, — мрачно сказал Пых. — За магическими существами. Я думал, они только в моём мире есть, а оказывается, и здесь водятся.

— Какие охотники?! — Алиса почувствовала, как холодеет внутри.

— Которые ловят нас. Для коллекций, для экспериментов, для продажи. Варвара Степановна рассказывала, что в вашем мире тоже такие есть. Только они маскируются под обычных людей.

— И что делать?

— Не высовываться, — посоветовал Пых. — Окна зашторить, эфиры временно прекратить. Пусть думают, что мы уехали.

— А если они в дом вломятся?

— Не вломятся. У нас защита. Варвара Степановна поставила. Но на всякий случай будем начеку.

Алиса зашторила окна, выключила свет и села в темноте, обняв Лампусика. Тот светился тревожно-красным, чувствуя её страх.

— Не бойся, — сказал Пых. — Мы не дадим себя в обиду. Я хоть и маленький, а огонь у меня настоящий.

— И я, — подала голос Клава. — Яйцо магическое могу кинуть. Если в них попасть, желание исполнится. Например, желание провалиться сквозь землю.

— Только осторожно, — напомнила Алиса. — Чтобы не наоборот.

— Я умею, — заверила Клава.

Так они просидели до вечера. Охотники ходили вокруг дома, иногда останавливались и смотрели на окна, но внутрь проникнуть не пытались. Видимо, защита работала.

— Может, они уйдут? — с надеждой спросила Алиса.

— Может, — согласился Пых. — Но если они магию чуют, то просто так не отстанут. Надо что-то придумать.

— Что?

— Не знаю. Но вместе придумаем.

Ночью, когда все уснули (кроме Сия, который дежурил на балконе), Алиса долго лежала с открытыми глазами и думала. Её жизнь, которая казалась такой тёплой и уютной, вдруг стала опасной. Оказывается, даже в обычном мире есть те, кто охотится на необычное.

— Бабуля, — шепнула она в темноту. — Что мне делать?

Ответа не было. Только Лампусик тихонько светился рядом, согревая своим теплом.

— Мы справимся, — сказала она себе. — Обязательно справимся.

Утром охотники исчезли. Но Алиса знала это ненадолго. Они вернутся. И к этому нужно быть готовыми.

После истории с охотниками в жизни Алисы наступило затишье. Подозрительные личности исчезли так же внезапно, как и появились, но осадок остался. Алиса теперь постоянно оглядывалась на улице, зашторивала окна по вечерам и вздрагивала от каждого шороха. Пых ходил мрачнее тучи и то и дело выпускал дым. Нервничал.

— Расслабьтесь, — говорил Сия. — Они ушли. Почувствовали защиту и отступили. Пока им не пробиться.

— А если пробьются? — спрашивала Алиса.

— Тогда будем драться, — просто ответил Пых. — Я не дам вас в обиду.

— Ты маленький, — вздыхала Алиса. — А они вон какие здоровые.

— Зато я огнедышащий, — гордо заявлял дракон. — И вообще, размер не главное. Главное характер.

Алиса улыбалась и гладила его по чешуйчатой голове. Пых довольно жмурился и мурлыкал (да, драконы умеют мурлыкать, звучит это как работающий трактор на малых оборотах). Лампусик в те дни почти не отходил от Алисы. Он сидел у неё на коленях или на плече, тихонько светился и, кажется, тоже пытался защитить своим присутствием. Пушистик освоился окончательно и теперь спал только на подушке Алисы, что было неудобно, но мило. Клава несла яйца с удвоенной скоростью, видимо, тоже переживала.

— Вы как моя личная армия, — шутила Алиса. — Маленькая, но преданная.

— Армия, — соглашался Пых. — И мы никому тебя не отдадим.

Он не знал, что эти слова скоро проверятся на прочность.

________

Это случилось в субботу днём. Алиса как раз собиралась в магазин. Продукты заканчивались, а Пых планировал на ужин какое-то сложное блюдо с труднопроизносимым названием. Она оделась, взяла сумку и уже открыла дверь, как вдруг в форточку влетело нечто. Алиса даже не сразу поняла, что это. Какая-то тень, быстрая, верткая, с противным писком. Тень метнулась к ней и вцепилась в волосы.

— Ай! — закричала Алиса, отмахиваясь.

— Пикси! — заорал Пых, мгновенно оказавшийся рядом. — Дикие пикси! Алиса, ложись!

— Куда ложиться? — не поняла она, но послушно пригнулась.

В форточку одна за другой влетали новые тени. Маленькие, размером с крупную бабочку, но агрессивные, с острыми зубками и злыми глазками. Они кружили по коридору, пищали и явно искали, кого бы укусить.

— Это те же, что тогда? — крикнула Алиса, закрывая голову руками.

— Те же! — подтвердил Пых. — Помнишь, феи говорили дикая стая? Это они. Вернулись за местью!

— Но мы же их поджарили!

— Видимо, недостаточно!

Пых выпустил струю пламени, но пикси были быстрыми. Они рассыпались в стороны, увернулись от огня и снова сомкнулись, теперь уже вокруг дракона.

— Получай, ящерица! — заверещала главная пикси, та самая, что была в прошлый раз. — Мы вернулись! И мы привели подкрепление!

Из форточки лезли всё новые и новые пикси. Их были десятки. Они заполнили коридор, кухню, уже залетали в комнату.

— Лампусик, назад! — крикнула Алиса, увидев, что светящийся комок катится к дверям.

Но Лампусик не слушался. Он выкатился в коридор и замер, оценивая обстановку.

— А вот и светлячок! — обрадовалась главная пикси. — Хватайте его! Он вкусный!

Несколько пикси рванули к Лампусику. Алиса закричала, Пых метнулся наперерез, но не успевал. И тут случилось невероятное. Лампусик, обычно мягкий и студенистый, вдруг начал расти. Прямо на глазах. Он раздувался, как воздушный шарик, становясь всё больше и больше. Его свечение менялось с золотистого на ослепительно-белое, ярче солнца. Пикси, которые к нему приблизились, заверещали и отшатнулись. Свет слепил их.

— Что это? — закричала главная пикси. — Что происходит?

Лампусик вырос до размеров большого арбуза. Потом до размеров воздушного шарика. Он парил в воздухе, не касаясь пола, и светился так, что в коридоре стало светло, как днём. А потом он заговорил. Вернее, зазвучал. Из него донёсся такой пронзительный, противный писк, что у Алисы заложило уши. Писк был на одной высокой ноте, режущей слух, дезориентирующей. Пикси заметались. Они врезались друг в друга, в стены, в потолок. Их строй рассыпался, они потеряли ориентацию в пространстве.

— Не слышу! — орала главная пикси. — Ничего не слышу! Где выход?!

— А-а-а! — вторили ей остальные.

Пых не растерялся. Пользуясь тем, что враги ослеплены и оглушены, он выпустил широкую струю пламени, целясь туда, где пикси было больше всего. Десятки маленьких тварей вспыхнули и посыпались на пол, догорая на лету.

— Ещё! — закричала Алиса, хватая тапок и прихлопывая тех, кто пытался уползти.

Лампусик продолжал пищать и светить. Его огромное тело пульсировало, переливалось всеми оттенками белого, и от этого у пикси окончательно съезжала крыша. Битва длилась минут десять, хотя показалась вечностью. Наконец, последние пикси, те, что уцелели, рванули к форточке и исчезли, оставив после себя только запах гари и мелкие обгоревшие тельца на полу. Алиса обессиленно прислонилась к стене. Пых тяжело дышал, из его пасти валил дым. Лампусик... Лампусик начал медленно сдуваться.