Приподняв бровь, я смотрю на него с вызовом.

– Да неужели? После тренировок по стрельбе у меня прицел что надо, так что посмотрим.

В этот момент его плейлист переключается на новую песню. – У тебя играет Mötley Crüe, одобряю.

Мы оба улыбаемся и расслабляемся впервые с тех пор, как я села в машину.

Подъезжаем к боулингу, и я замечаю белую машину Спенсера, стоящую рядом с пустым местом, которое тут же занимает Ашер.

– Ты приехала!

Когда я выхожу из машины, Ава обнимает меня так, словно хочет переломать все кости. Ашер пытается подбежать и открыть мне дверь, но мне это не нужно. Зато он протягивает мне зонтик, раз я по глупости оставила свой дома. Что за черт творится с погодой в последнее время?

– Разумеется, я приехала. Ты же меня вынудила, – шепчу я ей на ухо, и она смеется.

– Кто-то же должен был. Ты превратилась в настоящего отшельника. У нас, как говорится, идеальный дуэт – ворчун и солнышко.

Я невесело смеюсь.

– Смотри, кого называешь ворчуном.

Она игриво толкает меня, и мы начинаем хохотать.

Краем глаза я вижу, как Ашер и Спенсер похлопывают друг друга по спине, – типичное мужское приветствие. Как только они заканчивают, Ава тут же подбегает к своему парню. Взяв Спенсера за руку, она показывает на входную дверь и с торжествующим видом устремляется вперед. Я качаю головой – какая же она милая чудачка. Мы с Ашером идем рядом и останавливаемся под навесом, чтобы я могла стряхнуть зонт. Брызги летят во все стороны, пока я стараюсь как можно лучше его обсушить, затем сворачиваю зонт, и мы заходим в здание вслед за нашими друзьями.

Этот боулинг-клуб – очень симпатичное место за городом. Причудливый ковер в стиле 80-х с неоновыми узорами навевает на меня чувство ностальгии, хотя я никогда здесь раньше не была. Вывеска на стене зазывает на «космический» боулинг по средам, а под потолком я замечаю черные лампы. Похоже, это семейный бизнес, где работают в основном подростки.

– Давайте возьмем ботинки. – Ашер берет инициативу в свои руки и направляется к стойке.

Я позволяю себе оценить его фигуру. Не буду врать: мужчина невероятно привлекателен. Футболист в прошлом, он сохранил коренастое, мускулистое телосложение. Небольшой шрам над бровью, напоминающий о старой травме, придает ему брутальный вид, но стоит ему заговорить, как становится ясно – он сама доброта. Из-за рубашки в черно-красную клетку, надетой поверх черной футболки, и светлых джинсов он явно смахивает на лесоруба.

– Какой у вас размер обуви? – спрашивает Ашера удивительно знакомый голос, и я вопросительно наклоняю голову.

Откуда я его знаю?

Я обхожу Аву, чтобы подойти к стойке, и в шоке смотрю перед собой.

– Завьер? – В моем голосе явно слышится недоверие. – Ты здесь работаешь?

И в самом деле: мой новый таинственный сосед стоит за стойкой в синей полосатой форме «Страйк Лейнс». Мы так и не обсудили, чем он занимается, но я никогда бы не подумала, что он работает в таком месте, хотя в этом и нет ничего зазорного.

– Единственный и неповторимый. – Его тонкая цепочка переливается на свету, когда он наклоняется, чтобы взять туфли Ашера. – Я подрабатываю в разных местах по всему городу, в общем, не скучаю. Размер обуви? – Он кивает на стойку позади себя.

– Десятый, пожа… – Я не договариваю и заливаюсь краской, когда вижу, что он уже протягивает мне ботинки десятого размера.

Какого черта? Откуда он знает?

Я неохотно забираю обувь из его рук. Наши пальцы соприкасаются, и между нами пробегает знакомый разряд. Наши взгляды встречаются, и я замираю, оказавшись в плену глубоких чувств, отражающихся в его зеленых глазах. Но они тут же исчезают, и я гадаю, не привиделось ли мне все это. Тем временем к стойке уже подходят Ава и Спенсер.

– Два восьмых, пожалуйста. – Она вопросительно смотрит на меня, но я намеренно ее игнорирую, направляясь к дорожке, которую нам дал Завьер, где Ашер уже ждет и вводит наши имена в программу.

К тому времени, как я оказываюсь рядом, он уже начал разуваться, поэтому я тоже сажусь и начинаю развязывать кроссовки. Я обожаю свои верные ботинки, но решила, что сегодня лучше надеть что-то повседневное, ведь нам все равно придется сменить свою обувь на эти уродливые клоунские башмаки.

– Они всегда кажутся такими громоздкими, не правда ли? – Ашер вытягивает свои длинные ноги и, словно герой «Волшебника из страны Оз», постукивает каблуками, читая мои мысли.

Да уж, нет места лучше дома. Вот бы сейчас там оказаться.

Я сама себе противна. И хотя чрезмерная опека Авы может действовать на нервы, я понимаю ее мотивы. Я никогда ни с кем не познакомлюсь, если буду вечно сидеть дома. Шансы на то, что мой рыцарь в сияющих доспехах ворвется ко мне в квартиру и устроится со мной на диване, равны нулю.

Продев шнурки и туго завязав их, я вытягиваю ноги.

– Да уж. Но это не значит, что я не смогу надрать тебе задницу. – Я игриво толкаю его в плечо, пытаясь сделать вид, что мне все это нравится чуть больше, чем есть на самом деле.

Ашер смеется и поднимается, протягивая мне свою большую ладонь. После мимолетного колебания моя рука скользит по его огрубевшей коже, он рывком поднимает меня и тут же неловко отпускает руку. Мы подходим к стойке, чтобы выбрать шары. Уверена: шар нужно выбирать не просто так, а с особым подходом, но я просто беру тот, что мне нравится, – не думаю, что он вырвет мне руки из сустава при броске. Ашер, наоборот, подходит к делу со всей серьезностью, даже подносит шар к лицу и внимательно изучает его поверхность. Довольные своим выбором, мы возвращаемся к столу, где уже сидят Ава и Спенсер со своими шарами.

– Селин, ты первая. – Спенсер показывает на экран, и я вижу свое имя под номером один в списке.

Подхожу к дорожке, подношу красный шар к лицу и выдыхаю, пытаясь сосредоточиться. Делаю шаг вперед, замахиваюсь, а потом выпускаю его, вытягивая руку вперед. Он с грохотом катится по деревянной дорожке и одним махом сбивает все десять кеглей. Я издаю победный клич и вскидываю руки вверх.

– Офигеть! – кричит Ава со своего места, и я даю ей пять, когда она проходит мимо, чтобы подготовиться к своему броску. – Да ты этих лузеров только так обыграешь.

Ашер аплодирует, не веря своим глазам.

– Даешь жару. Я все понял.

– Я же, кажется, говорила, что надеру тебе задницу? – На моем лице появляется торжествующая ухмылка, и я театрально откидываю волосы набок, чтобы мои слова выглядели убедительнее.

Я жутко азартный человек, ничего не поделаешь. Люблю выигрывать. А кто не любит?

Мы все аплодируем Аве, когда она выбивает спэр[3]. Спенсер целует ее так, что она заливается румянцем, после чего к дорожке направляется Ашер. Он берет свой шар и грозит мне пальцем с таким видом, будто победа у него уже в кармане.

Я качаю головой, скрестив руки на груди, и чувствую его приближение еще до того, как слышу его шаги. Тревожное, но в то же время успокаивающее присутствие. Странно – он так сильно на меня влияет, а ведь я его совсем не знаю.

Завьер.

– Где ты научилась так играть? – Его рыжие волосы появляются в поле моего зрения, когда он встает рядом с моим стулом.

– Мы с Авой ходили пару раз в другой боулинг-клуб. – Я бросаю на него беглый взгляд, а потом перевожу внимание на Ашера. Вот на ком мне следовало бы сосредоточиться – мы вообще-то на свидании. Я не должна пялиться на своего соседа… своего чертовски привлекательного соседа.

Как только Ашер замахивается, у Завьера вырывается ужасно противный чих, от которого мы все вздрагиваем, включая самого Ашера, чей шар улетает в гаттер[4]. Он оборачивается и бросает свирепый взгляд на Завьера, который с подозрительным видом вытирает несуществующие сопли и бормочет извинения.

– Мне так жаль. Не сдержался. Это все пыль. – Он небрежно машет рукой. – Может, поставить бамперы? – С самодовольным видом кота, только что съевшего банку сметаны, он ухмыляется сам себе и, не дожидаясь ответа, возвращается за стойку, помогать другим клиентам.